Предзимье. Осень+зима
Шрифт:
— Не спеши! — Илья проводил её задумчивым взглядом и принялся накрывать на стол.
Тая схватила первое попавшееся белье в рюкзаке, зубную пасту и щетку. Менять одежду она не стала — все равно по полю ходить в поисках ответа: что же случилось с Виноградовым. В ванной ждал сюрприз — Илья, оказывается, умеет быть галантным. Он сделал ей горячую ванну, еще и пену взбил. Красиво! И задавать вопрос князю, помыл ли он перед этим ванну, желательно с антисептиками, она не будет. Ясно же, что не помыл… Тая вздохнула и включила душ. Простите, широкие жесты она ценит, но она слишком много помнит из микробиологии и не только из неё.
Из ванны она вышла чистая и довольная судьбой — она поцеловала в макушку пытавшегося воспитанно подскочить со стула Илью и поблагодарила:
— Спасибо! Я оценила!
— Да не за что! — расплылся он в довольной улыбке. — Садись есть.
Он не Гордей, который бы позвал «кушать».
Тая задумчиво кивнула и взяла первое, что попалось под руку — свежую яичницу. Илья выбрал пирожки.
— Ты уже что-то писал Коту в молнеграмме?
— Нет, Таюша. Тебе виднее, как сообщить Коту про меня.
Она снова кивнула — верно. Сейчас поест и… Рискнет. Жизнью Ильи. Имеет право или нет? Хотя, с другой стороны, вариант, когда он пойдет сам, куда как хуже.
От Ильи её задумчивость не ускользнула:
— Что тебя беспокоит? Я справлюсь, даже если Кот не примет мою помощь. И я постараюсь не оказаться энергобомбой. Меня нельзя загипнотизировать.
Тая вздохнула и промолчала про его вечную излишнюю самоуверенность. Не подвело бы это его. Илья посмотрел на неё, но спрашивать причины её вздоха не стал.
— Кстати, я связался с Владимиром. Он принесет к Круглому озеру мои вещи и походник с «серым» номером. Ты же понимаешь, что место убийства Виноградова надо тщательно осмотреть.
— Согласна! — Тая расправилась с яичницей и поняла, что больше есть не хочет. Разволновалась. — Только там камеры.
— Я договорился — сегодня будут технические работы в «Безопасном городе». Что-то еще беспокоит?
— Водолазы и криминалисты.
— Уже отозваны, Таюша.
Она улыбнулась и забрала себе единственную чашку, наливая в нее кофе из высокого кофейника:
— А ты быстрый.
— Я предусмотрительный. Это же положительное качество?
Тая подтвердила:
— Положительное.
Бой Ильи с тенью Гордея её потрясал. Наверное, надо было утром его все же взять и самой поцеловать, а то страдает, что-то придумывает себе… Она вытерла руки салфеткой и придвинула к себе походник. Надо все же связаться с Котом.
«Кот, как ты?»
Ответ пришел почти мгновенно: «Жив!»
«Как Гордей?»
Наверное, набирать текст Коту было лень — он тут же перезвонил:
— Доброе утро, Асюшка!
Прозвучало громко, на весь номер, потому что для Ильи Тая специально включила громкую связь. Илья промолчал, не уточняя, что значит «Асюшка». Зря Кот опять вернулся к этому прозвищу. Тая уже перевернула страницу с неслучившейся для них любовью.
— Как Гордей, Кот?
Хорошо, что Кот необидчивый — он легко ответил:
— Его сегодня попытаются снять с ИВЛ, чтобы это ни значило. Как только снимут и разрешат транспортировку — сразу же поедем в Санкт-Петербург.
Илья задумчиво приподнял бровь.
Тая уточнила:
— Ты же позовешь меня попрощаться с вами?
А вот тут Кот все же обиделся:
— А разве ты не вернешься с нами в столицу? Тебя тут больше ничего не держит.
— Мне нужно подумать, Паша, — честно сказала она. Илья кивнул: мол, соглашайся.
— Асюшка, а что тут думать? Тебе стоит забыть все, что случилось тут и возвращаться домой. Хватит гостить в этом негостеприимном Змеегорске. Зимовского поймают и без нас с тобой.
— Ты не допускаешь мысли, что он невиновен, Паша? Его могли…
Кот ее оборвал:
— Прости, Асюша, но тут ты лезешь на территорию, на которой не разбираешься. Мне и Виноградову виднее. Прошу, не отказывайся от моей помощи. Мне будет так значительно легче — знать, что ты в безопасности. Приблизительно поедем сегодня вечером — успеешь уладить любые свои дела. Если с Гордеем все сложно — поедем завтра утром. Ну так как?
Тая повторилась:
— Мне нужно подумать.
Она еще с Никой и Орловым не разобралась. Кот понял иначе:
— Асюша… Я понимаю, что ты сомневаешься в том, что ко мне в палату приходил Зимовский — мне Виноградов говорил о твоих сомнения, но… Асюша, Зимовский точно пытался убить меня. Он опасен. Не сомневайся в его виновности — прошу, поверь моим словам. Он убийца. Он этой ночью убил Виноградова. Он может прийти к тебе.
— Он не придет ко мне, Паша, — устало сказала Тая, посматривая, как Илья лихо расправляется с очередным бутербродом.
— Откуда такая уверенность?
— Потому что ему не надо приходить…
«Он сидит передо мной!» — Тая не сказала, лишь солгала:
— …у нас с ним не те отношения. Ревновать меня к нему не стоит — я от него с юности стараюсь держаться подальше.
«И как ты, из человека, помогавшего разбираться с неприятностями, в одночасье превратился в человека, их создающего на ровном месте?» — Тая тоже не спросила у Кота. Она помнила слова Гордея, что Кот излишне резко реагирует на Зимовского и все, что связано с Таей. Вот же кот — не умеет отпускать уже не свое…
— Асюша, это не ревность. Он стоит за убийствами императорской четы и всех Великих князей. Прошу, будь осторожной.
— Спасибо, Паша, за заботу. Я буду очень осторожна.
— Тогда я пришлю за тобой машину перед отправкой маглева.
— Хорошо! Выздоравливай, Кот.
— До свидания, Асюша.
Она прервала звонок и посмотрела на Илью. Он осторожно сказал:
— Он волнуется за тебя, потому и не слышит…
— Ты меня тоже не слышишь?
— Слышу. Но игнорирую по другой причине, — признал свое несовершенство Илья.
Тая закрыла глаза. Пока обсуждать Кота и отъезд она не собиралась. Она все же до последнего надеялась, что Кот её услышит. Не услышал, а ведь как все могло легко решиться с Ильей и змейкой, открывшей охоту на Кота. Да, именно о змейке Тая и спросит Илью.