Чтение онлайн

Суль стиснула зубы.

–  Я бы хотела обратить их в камни, оставив им человеческие чувства. Чтобы люди пинали их тяжелыми башмаками!

Мета онемела. "Кажется, я напугала ее", - подумала Суль, внимательно глядя на девочку.

–  Все будет хорошо, - сказала она, - выдавив из себя улыбку.
– А где жили вы с матерью?

–  Около речки. Мы как раз идем туда.

–  Прекрасно.

Это было довольно далеко. Девочка по-прежнему всхлипывала. Но теперь это был просто жалкий и несчастный ребенок, вцепившийся в гриву коня.

Наконец Мета указала на какую-то землянку, которую Суль даже не заметила и которая напоминала дыру в земле. Она помогла девочке спустить с коня.

–  Я не думаю...
– нерешительно произнесла Мета, - что нам следует туда входить...

–  Почему нет?

–  Я не хочу...

"Глупая, - подумала Суль, - тебе же нужен какой-нибудь дом!" Это была жалкая, мрачная нора, вырытая под крутым откосом.

Обнаружив что-то вроде входа, Суль нагнулась и вошла внутрь. На кровати, прямо напротив нее, лежал полуразложившийся труп.

"Выходит, она не могла похоронить мать!
– удрученно подумала она.
– Не с кем поговорить, некого позвать на помощь. Нужно забрать отсюда все необходимое, ребенку здесь жить нельзя".

Она нашла котелок - убогую посудину без ручки. Вышла и, с силой тряхнув пару столбов, завалила землянку.

–  Вот. Пусть это будет ее могилой. Мир ее праху, - пробормотала Суль и быстро опустила в яму защитный амулет. Теперь дух мертвой не будет преследовать их. Суль не нуждалась в чтении молитвы, но ради девочки сложила из ивовых прутьев крест. То, что она сама называла предрассудками, было ей несвойственно.

Мета по-прежнему тихо и безнадежно плакала. Еще около часу они брели вдоль речки, пока не подошли к месту, где течение было медленным, Суль разожгла костер.

Это было красивое, открытое место, река здесь разливалась и заканчивалась небольшой плотиной.

Суль достала для девочки еду. Та набросилась на нее с такой жадностью, что Суль пришлось остановить ее:

–  Ты заболеешь, если будешь так есть.

Когда девочка наелась, Суль встала и сказала:

–  Ну, а теперь начнем.

Мета удивленно уставилась на нее.

–  Что начнем?

–  Тебя купать, конечно! Раздевайся и лезь в речку!

–  Лезть в воду?! Нет!
– испуганно завопила она.
– Это опасно для жизни!

–  Опасно? Похоже, ты боишься воды! Нет, купаться совсем не опасно. Наоборот.

–  Нет, я не буду!

Дело закончилось тем, что Суль разделась и потащила Мету за собой в воду. Но сначала она достала щелочь и промыла как следует волосы и лицо девочки над котелком, в теплой воде. Мета кричала, думая, что умирает. А Суль в это время нахлестывала ее березовым веником.

–  Посмотри!
– вопила Суль (ей приходилось кричать, чтобы заглушить вопли Меты).
– Посмотри в котелок! Видишь, там плавает целое полчище дохлых вшей, блох и еще Бог знает каких тварей, так привольно живших на тебе! А теперь в реку, смоем все, что осталось!

Вопли, последовавшие за этими словами, должно быть, были слышны на мили вокруг. Но Суль действовала решительно, к тому же она была сильнее - хотя и чувствовала вину перед ребенком, напуганным вторично. Но иначе было нельзя.

И когда Мета в конце концов поняла, как благотворно вода действует на ее тело, она перешла от крика на слабое хныканье. Робкая, дрожащая улыбка показалась на ее лице.

–  Речной конь не утащит меня?
– с опаской спросила она.
– Мать всегда говорила, что я не должна близко подходить к воде, потому что там живет речной конь.

Суль поняла, что речной конь - сконская версия водяного.

–  Это его ты так боялась?
– спросила она.
– Он же мой друг!

Мета взглянула на нее так, словно ей вдруг стало интересно, кто же такая Суль. А Суль в это время тщательно прополаскивала ее волосы. Девочке было смешно, когда ее уши погружались в воду.

–  Я слышу, как вода перекатывает камни, - смеялась она.

–  Я тоже слышу их грохот.

Наконец, Суль решила, что девочка чистая.

–  Вы такая красивая, - сказала Мета, когда обе они, нагие, выходили из воды, взявшись за руки.

–  Да, - просто ответила Суль.
– Это большое преимущество для девушки, поверь мне! Ты тоже будешь что надо, стоит только нарастить немного мяса, а блошиные укусы пройдут быстро.

–  Но я никогда не буду такой красивой, как вы, - восхищенно произнесла Мета.

"Нет, тебя тоже не обделила природа, - подумала Суль, - не слишком скромна, зато откровенна".

У Суль было с собой два платья, и одно из них она отдала Мете. Теперь Мета, это маленькое, несчастное существо, была сияюще чистой. Суль расчесала ее густые, светлые, с пепельным оттенком, волосы и дала средство, убивающее жизнь, возможно, зародившуюся в ней в результате жестоких солдатских забав.

Вынув зеркало, Суль протянула его Мете.

–  Взгляни, чистота все же не такая уж глупость, а?

Девочка сияла, как солнце.

–  Как я хороша!
– застенчиво произнесла она.
– И как великолепно чувствовать себя чистой! Благодарю вас, фрекен! Никогда бы ни подумала, что такая прекрасная дама, как вы, может быть такой доброй!

Тут Суль громко рассмеялась.

–  Я - добрая? Опять я слышу об этом! Запомни, Мета, я делаю лишь то, что развлекает меня - и ничего другого! Ты останешься здесь, пока я не вернусь. У меня есть дела, я не могу тебя взять с собой. Это займет, возможно, два-три дня. Построй себе шалаш, ты наверняка знаешь, как это делается. А потом решим, куда тебя определить. Нет ли здесь поблизости поместья?

–  Есть. Гюлленстьерне живет в Фюллтофте. А на взморье находится монастырь Босье. И еще Виттскевле. Мою мать знали там.

"Прославилась, ничего себе", - подумала Суль.

–  Виттескевле я проезжала, это далеко отсюда. Придется спросить, не возьмут ли тебя служанкой в Фюллтофту или в монастырь Босье. Хочешь туда?

–  Да, теперь, когда я такая хорошенькая, я могла бы устроиться служанкой, - сказала Мета.
– Но мне придется вернуть вам это чудесное платье.

–  Ах, нет, это старое тряпье, - сказала Суль, но тут же раскаялась, заметя свой высокомерный тон. Ее собственное платье в сравнении с одеждой несчастной девочки казалось верхом желаний.
– Нет, я так вовсе не считаю, Мета, я пошутила. Оставь это платье себе.