Чтение онлайн

– Теперь ты моя, Ия, – прошептали мужские губы рядом с моими. – И это правильное решение.

Решение?

Правильное решение?

Мужские руки скользнули за мою спину. Я прижалась к парню, от которого так заманчиво и притягательно пахло морозным утром в хвойном лесу. Его мягкие губы осторожно накрыли мои и на пару секунд замерли, словно знакомясь. Я почувствовала горьковатый вкус виски и табачную дымку. Так непривычно… Так возбуждающе! Его губы приоткрылись, влажный язык лишь слегка коснулся моего… Я вся растаяла. Как масло. Сыр. Мороженое на солнце! Мои глаза были закрыты и в них один за другим взрывались яркие фейерверки! Мое лицо обнимали теплые пальцы, вынуждая желать большего от сладкого и неспешного поцелуя. Я хотела почувствовать его глубину, позволить своему языку исследовать горячий рот Максима, который явно наслаждался неспешностью нашего знакомства…

– Браво!

– Она сказала «да»!

– Какое счастье!

– Поздравляем! Поздравляем!

Лишь услышав громкие визги и радостные вопли, я осознала, что до этой минуты нас окружала полная тишина. Поцелуй, унесший меня в другую реальность, погас, как звезда, уставшая сиять на небе. Я с непониманием таращилась на толпу гостей во главе с моими родителями и бабушкой. Мама плакала от счастья, держа за руки папу. С гордостью и искренней радостью в сверкающих глазах он смотрел на меня, силясь не пустить слезу.

– Я выиграла! – раздался громкий и радостный голос Мии где-то в толпе. – Я выиграла! Я знала! Знала!

Я не знала, что сказать. Забыла, как дышать. Как двигаться! Когда это я умудрилась запрыгнуть в высокоскоростной поезд, который уносил меня в жуткую и непроглядную бездну? Бабушка выскочила из толпы с телефоном в руках и, смахивая дрожащей рукой слезы, фотографировала меня… Нас.

Когда я медленно повернула голову к Максиму, поцелуй с которым уже казался мне сном, он встал передо мной на одно колено, держа в руке массивную бархатную коробочку. В моих глазах всё плыло, в голове кружилась карусель. Единственное, что я видела в полной четкости и резкости, было кольцо. Красивое и сияющее.

– А я ничуть не сомневалась, что у Максима есть вкус!

– Боже, Ия, кольцо волшебное!

– И наверняка стоит целое состояние!

– Такой бриллиант сложно не заметить! Максим сразу дает понять окружающим, что ты занята.

– Что ты – его и точка!

– Умный, воспитанный, щедрый и заботливый, девочки! – вбивала последний гвоздь в крышку моего гроба довольная бабушка. – Именно такого мужа я желала своей внучке. У меня весь телефон в ваших фотографиях и видео! Нужно всем-всем отправить!

– Ох, Ия! – обняла меня мама. – Как же мы счастливы за вас!

Мне хотелось уснуть и больше не просыпаться. Разговоры вокруг, улыбки и суматоха стремительно сливались в один тяжелый и густой гул, давящий на меня, как съезжающий вниз потолок. Мой безымянный палец болел. Он стонал и пульсировал от массивного груза в виде белого золота и крупного розового камня.

– Моя девочка всё ещё в шоке! – засмеялась мама, погладив мои волосы. – Удивительное кольцо. Оно так на тебя похоже, Ия.

– Такое же нежное и романтичное, как и ты, – согласилась Кристина, обнимая свой круглый живот. – Новый год только начался, а уже обещает стать богатым на важные и счастливые события.

Я с трудом улыбнулась и взяла предложенный Варей бокал с шампанским. Пока все вокруг меня выбирали напитки, чтобы в очередной раз выпить за нас с Максимом, я, сжимая невидимые кулаки, смотрела вслед покидающей гостиную мужской компании. Максим шел между папой и Олегом, остальные плелись следом.

Меня бесило, что все они направлялись в бильярдную. Бесило, что сейчас они все, как ни в чем не бывало, будут играть, выпивать и курить сигары. И всё у них спокойно, ровно и прекрасно. Все довольны и чертовски счастливы!

От злости, что боролась во мне с отчаянием, меня пронзила сильнейшая дрожь. Максим прошел мимо, проигнорировав меня, а, может, и вовсе позабыв о моем существовании.

Не дождавшись, когда все возьмут свои напитки, я залпом выпила шампанское в своем бокале. Хохотнув, Варя обновила бокал и только потянулась ко мне со своим, как я снова влила в себя игристое. И так достаточное количество раз, для того, чтобы забыться.

Я очнулась, потому что мне на голову упал стеллаж с книгами. Или потолок.

Упал ведь, да?

Грохот и нескончаемый писк в ушах раскалывали мою черепушку на части. И где-то между всем этим хаосом с привкусом кислого молока во рту я услышала собственный страдальческий стон. Мой желудок постепенно скручивало. Я безуспешно пыталась подавить поднимающуюся тошноту частыми глотками, но организм оказался сильнее. С трудом выпутавшись из одеяла, которое странным образом обвилось вокруг ног, я побежала в ванную комнату, по пути больно ударяясь плечами о стены. А ещё я, кажется, сбила напольную лампу. Ну, и черт с ней.

Я очнулась, потому что живот сдавил болезненный спазм. Лежать в позе зародыша казалось спасением, но потом и в этом положении стало хреново.

– Помогите, – произнесла я в подушку, прижимая колени к груди. – Мне плохо. Мне очень и очень плохо.

– И кто в этом виноват?

Я с трудом приоткрыла опухшие глаза и увидела в окне тусклый свет уходящего дня.

– У тебя жуткое похмелье, девочка, – услышала я вновь ненавистный мне голос. Правда, кошмарная головная боль значительно притупляла это чувство. – Из-за него ты пропустила традиционное новогоднее застолье своей семьи.

– Отвали, – пробубнила я, зарывшись лицом в подушку.

Моя голова. Господи, как же она трещала!

– Не беспокойся, – продолжал Максим. – Никто на тебя не в обиде. Все понимают, что вчерашняя ночь стала для тебя особенной. Тут уж действительно грех не напиться от счастья.

– Негодяй.

Оторвать от подушки голову было равносильно поднятию приросшего к земле булыжника размером с двухэтажный дом. Но я это сделала. Более того, даже умудрилась продемонстрировать Максиму свое возмущение на помятом, опухшем и не первой свежести лице.

– У-у-у, – перекосило его физиономию. – А ты внушаешь настоящий ужас.

– Пошел к черту! – попыталась я спихнуть его рукой со своей кровати. Но, разумеется, я даже дотянуться до него не смогла, так и свалилась обратно распрекрасным фейсом в подушку. – Мерзавец конченый! Психопат обкуренный! Моральный урод!

Воспоминания о прошлой ночи настигали меня, как ядовитые стрелы, выпущенные представителями диких племен. Мне хотелось рыдать, но боль в животе была намного сильнее моих душевных терзаний. Не говоря уже о пульсирующем грохоте в висках.