Чтение онлайн

Вдруг Лиэм отстранился, и Полли с ужасом услышала негромкий ироничный присвист Кайла футболиста, который занимал в рейтинге чуть более высокое место.

— А теперь молитесь, чтобы это не попало в кадр.

Ни за что! Если такое покажут по телевизору, пресса сойдет с ума от счастья. Но и она, и Лиэм уже получили свою дозу печатных знаков по причинам, которые не хотелось вспоминать.

— Ох, кажется, у меня головокружение от успехов, — пробормотала Полли, бросаясь прочь со сцены.

Всю ночь Полли казнила себя за глупость. Чем она думала, когда полезла к Лиэму с поцелуями на сцене, а потом трусливо сбежала? Она не отвечала ни на звонки, ни на сообщения, просто сидела в квартире и переживала, представляя себе последствия своего необдуманного поступка.

Ну хорошо, предположим, это должно было случиться рано или поздно. Они с Лиэмом едва не поцеловались сначала в клубе, потом — на тренировке. Но когда время пришло, она повела себя как идиотка.

Интересно, думал ли об этом Лиэм прошедшей ночью? Понял ли он, что ее бегство было вызвано паникой? Или решил, что она просто такая же взбалмошная, как его бывшая жена?

Когда Полли нажимала кнопку домофона, она нервничала больше, чем перед первым занятием. Вдруг он вообще больше не захочет ее видеть?

— Входите. — Дверь открылась.

По лицу Лиэма нельзя было прочитать ничего, голос тоже звучал нейтрально, но Полли знала, что объяснять свое вчерашнее поведение все равно придется.

— То, что случилось вечером… — Она помолчала в замешательстве. — Я должна извиниться.

— Угу.

Почему надо быть таким невнятным? Более определенная реакция помогла бы Полли понять, как он ко всему этому относится, чего ждет, чего хочет.

— Я запаниковала.

— Не нужно объяснять, вы уже все сказали вчера. Мы оба слишком завелись оттого, что прошли дальше. Такое случается, но это ничего не значит.

Это ничего не значит.

Полли с трудом сохранила ровное выражение лица. Значит, из них двоих только она испытала бабах. Обидно.

Теперь надо было вести себя так, будто ничего не случилось. Следить, чтобы их отношения оставались чисто деловыми. Полли поклялась не повторять ошибку, допущенную с Гарри: она больше не влюбится в человека, который не испытывает тех же чувств, что и она. Понять бы еще, что это за чувства…

— Вот и хорошо, — жизнерадостно заявила она. — Не будем терять времени. Нас ждет вальс.

— Вальс немного похож на фокстрот, только счет не на четыре такта, а на три. Ритм тоже немного другой. Шаг назад, в сторону, приставить.

Все выглядело достаточно просто, но она помнила о проблемах с фокстротом. Придется удвоить усилия, тем более и Лиэму очень важно оставаться в конкурсе сейчас, когда им заинтересовался бродвейский продюсер.

— Сегодня попробуем простые движения, чтобы освоить шаг. Будем танцевать против часовой стрелки вдоль зала по кругу. Привыкайте к ритму, а повороты добавим позже.

Когда первые аккорды «Лунной реки» заполнили комнату, Полли заулыбалась:

— Песня из «Завтрака у Тиффани» — моего любимого фильма с Одри Хепберн!

— Вы похожи на нее с этой стрижкой.

Хоть Полли знала, что ей далеко до красоты и изящества знаменитой актрисы, комплимент согрел ее — и смутил тоже. Она все еще пыталась понять, почему Лиэм вызывает у нее такие сильные и противоречивые эмоции. Может быть, они проводят слишком много времени вместе? Или копать следовало глубже? Ко всему прочему, ее преследовало чувство вины: за две недели она умудрилась начисто забыть, что чувствовала наедине с Гарри, за которого собиралась замуж. Полли была уверена только в том, что это не был бабах. Как хорошо было бы забыть о том, что она испытала! Тогда она не разрывалась бы между страхом и желанием пережить это еще раз.

Полли заметила, что Лиэм смотрит на ее губы, и у нее перехватило дыхание. Его слова о том, что вчерашний поцелуй ничего не значил, были ложью. Возможно, он хотел снова поцеловать ее, но тоже боялся…

Или она выдает желаемое за действительное?

Лиэм сделал над собой усилие:

— Для начала я буду считать такты. Раз-два-три, раз-два-три, давайте…

Полли споткнулась.

Подсказки Лиэма не помогали. Как в старые добрые времена, она путала ноги и не попадала в ритм.

— Ужасно, почему ничего не получается? — причитала она, пока Лиэм переключал музыку. — Неужели я так глупа, что не могу сосчитать до трех?

— Вальс сложнее фокстрота. Здесь важна концентрация, потому что надо помнить, с какой ноги делать следующий шаг.

Полли снова сбилась и налетела на Лиэма:

— Извините.

— Не извиняйтесь и даже не спрашивайте про мою спину, с ней все в порядке. Продолжим урок.

В конце занятия Полли совсем расстроилась, потому что Лиэм не предложил позавтракать вместе. Возможно, это к лучшему: на расстоянии легче побороть непрошеное чувство. Он всем своим видом показывал, что намерен держать их отношения в рамках «учитель-ученица». Полли не хотела давать ему повод отвергнуть ее. У нее все еще оставалась гордость.

В понедельник, войдя в студию, Аманда погрозила им пальцем:

— Знаете ли вы двое, что все только о вас и говорят? Весь Интернет гудит от споров, любовники вы или нет. Ну, признавайтесь.

— Нет, — сказал Лиэм.

— Вы целовались перед камерами национального телевидения.

— Это я потеряла голову от радости, что мы вышли в следующий тур, — поторопилась объяснить Полли. — Кроме того, кого я только не целовала: инструктора по вождению после экзамена на права, парня, который научил меня кататься на одноколесном велосипеде, а Майка, Дэнни и Чарли — вообще постоянно.

— Это правда, сама видела на прошлой неделе. — Но Аманда все еще выглядела озабоченной. — Если говорить серьезно, мне уже звонили репортеры. Что им говорить?

— Скажи, что я от волнения целую всех подряд, — сказала Полли. — Это ничего не значит.

Вальс не давался Полли. Утром в среду Лиэм начал беспокоиться. Он пробовал научить ее классическому повороту, потом обратному, более простому, но она упорно спотыкалась и путала шаги. Дела шли хуже, чем с фокстротом. Он понимал, что, если не включит в танец все обязательные элементы — проходы, вращения и пируэты, которых ждала публика, — за Полли никто не проголосует.