Чтение онлайн

— Вообще–то я не планировала связываться с вами до послезавтра. Но сейчас звоню, чтобы узнать, не кажется ли вам, мистер Уотсон, что подобное количество цветов — это уже назойливость? — сварливо поинтересовалась девушка.

На секунду в трубке повисла пауза, а потом Роберт расхохотался.

— Признаться, за мою насыщенную жизнь я впервые встречаю леди, которой обилие букетов кажется проявлением этого неприятного качества, — отсмеявшись, проговорил он. — Как правило, цветы дамам приходятся по душе, не очень обременяют и ни к чему не обязывают. Ни в коем случае не хотел показаться вам назойливым — это не в моих правилах. Надеюсь, вы не посчитаете себя чем–то обязанной мне по поводу этих цветов? Я бы еще понял ваши колебания, если бы вам предлагалось принимать от меня плюшевые игрушки или еще какие–нибудь значимые мелочи.

Обладавшая живым воображением, Лиз немедленно представила себе, как в контору мистера Девероу вносят огромных плюшевых медвежат или слонят и какими глазами на это бесчинство смотрят сотрудники и сам хозяин, и фыркнула от смеха. Только этого Лиз еще не хватало для полного счастья! Наверняка Роберт Уотсон не поскупился бы и на такое проявление внимания и благодарности, поэтому медвежата в ее воображении были просто гигантскими — соразмерными примерно с рождественской елкой или огромными «страшилами», ежегодно устанавливаемыми в Гайд–парке на День всех святых.

— Я бы смирилась с цветами, если бы их появление не так губительно действовало на мою репутацию! — с напускной строгостью сказала Лиз.

В трубке опять повисло молчание — на этот раз, как ей показалось, настороженное.

— Вероятно, мне следует принести свои извинения, — судя по голосу, у Роберта начисто пропало желание веселиться. — Прошу прощения, что не подумал о том, что цветы от меня могут вас скомпрометировать.

— И еще как! — весело подтвердила Элизабет. — Теперь, как бы я ни преуспела в своей карьере, мои коллеги будут многозначительно переглядываться, памятуя о том, что мне покровительствуют сильные мира сего. И мне больше никогда и никому не удастся доказать, что своими успехами я обязана исключительно самой себе, а не всемогущим лорду Бенсингтону и его сыну! Мне понадобятся месяцы, чтобы снова доказать окружающим, что я дипломированный юрист, а не ваша знакомая. Конечно, я потребую извинений за это!

— А, так вот вы о чем, — снова повеселел ее собеседник. — Не расстраивайтесь, как только это дело завершится, Марк вернется к собственному бизнесу и заберет вас из милейшего вертепа мистера Девероу. Полагаю, что уж он–то не усомнится в том, что вы всего добиваетесь сами.

— Ох, поскорее бы! — искренне вздохнула Элизабет. — Хотя, может быть, ему так понравится быть главой крупной финансовой корпорации, что он уже не захочет снова стать всего лишь солиситором. Наверное, ворочать миллионами гораздо интереснее.

— Еще как захочет! Он звонит мне чуть ли не трижды в день и каждый раз сетует на свою горькую долю, говоря, что всегда недооценивал меня на этом посту, и называя то Тристаном, то Персивалем. И это он еще не успел пообщаться со всеми нашими зарубежными партнерами! Кроме того, он признался, что очень скучает по своей прекрасной помощнице — и я его понимаю.

Лиз смущенно хихикнула. Она была рада узнать, что Марку не очень–то нравится на новом месте. Несмотря на все преимущества конторы мистера Девероу, мисс Смолвуд все еще надеялась однажды вернуться к положению младшего партнера в фирме юриста Уотсона.

— Вы будете очень возражать, если я скомпрометирую вас еще больше? — поинтересовался тем временем Роберт.

— У меня слишком бедное воображение, чтобы с ходу сообразить, каким образом это возможно, — легкомысленно откликнулась Элизабет. — И мне, честно говоря, странно, что вы меня спрашиваете — ведь для цветов вам моего разрешения не понадобилось.

— Я просто стараюсь избежать вашего гнева по поводу очередной компрометации, — признался Роберт. — У меня, напротив, вполне живое воображение, и я хорошо себе представляю, чем чревата ссора с человеком, который готовит документы по твоему юридическому делу. Приглашаю вас сегодня на ланч. Вам ведь все равно придется допрашивать меня, так почему бы не совместить приятное с полезным?

— Не «допрашивать», а «опрашивать», — машинально поправила Элизабет — прописную истину о том, что клиентов нельзя травмировать полицейскими терминами, будущим светилам юриспруденции вбивали с первого курса в Оксфорде.

— Очень тактично! — саркастически восхитился Роберт. — Но даже для того, чтобы меня «опросить», вам придется со мной встретиться. Надеюсь, вы не возражаете, если я вас похищу из офиса?

— Когда?

— Часа через полтора, если не возражаете.

— Но я… — только успела сказать Элизабет.

— Я рад, что мы договорились. Всего наилучшего, — и ее невыносимо самоуверенный собеседник повесил трубку.

Лиз растерянно покосилась на телефон. Судя по всему, перезванивать было бесполезно. Вот интересно, а что бы было, если бы она сказала «нет»? Почему–то ей казалось, что Роберт Уотсон все равно сумел бы настоять на своем — как несколько дней назад его отец вежливо, но настойчиво нанял сопротивлявшуюся Лиз готовить документы по делу об изнасиловании. Наверное, прежде чем связываться с Уотсонами, ей следовало бы взять пару уроков по тому, как сопротивляться их спокойному обаянию.

Вздохнув, Элизабет посмотрела на лежащую на столе кипу бумаг из полиции и решительно накинулась на нее. Раз у нее всего полтора часа на подготовку к опросу подзащитного, то, по крайней мере, надо выжать максимум из всех этих экспертиз и обвинительных заключений!

Ровно через час сорок она сидела напротив Роберта Уотсона в уютном ресторанчике. Он, как и обещал, заехал за ней через полтора часа после звонка — минута в минуту. И прежде чем она успела что–то сказать, заявил, что рта не раскроет без ланча, который будет состоять как минимум из трех блюд. Элизабет, привыкшая перекусывать бутербродами с кофе, покорно поплелась за ним в ресторан, оказавшийся милым и, очевидно, очень дорогим местом. Сама она ни за что на свете не зашла бы в него — помощнице солиситора это было попросту не по карману.

— Здесь великолепно готовят мясные блюда, — отрекомендовал Роберт, привычным жестом раскрывая мужское меню. — Бифштекс с беконом и почками — настоящий шедевр, можете мне поверить!

— Не сомневаюсь, что так и есть, но мне хотелось бы сразу прояснить один вопрос. Дело в том, что я бы предпочла заплатить за себя сама, — робко проговорила Элизабет.

— Нимало в этом не сомневаюсь, — невозмутимо заметил ее спутник. — Почему–то деловые женщины всегда предпочитают именно такой тип отношений. Но не рассчитывайте на поблажки: я намерен компрометировать вас и дальше. Во–первых, я ваш клиент и обязан оплачивать все расходы по делу. Считайте, что сегодняшний ланч проходит по этой статье. А во–вторых… Неужели Марк позволяет вам платить за себя?

— Если он приглашает, то нет, — покраснела Лиз.

— А что, иногда приглашаете вы? — Сапфировые глаза смотрели на нее с любопытством. — Никогда не думал, что мой брат с таким нахальством манкирует своими обязанностями старшего партнера и кавалера.

— Нет, иногда мы просто заходим куда–нибудь поужинать, — смутилась Элизабет. — И тогда каждый платит за себя сам! — с вызовом закончила она.

— Прекрасное решение! — иронично одобрил Роберт. — Очень рад, что Марка это устраивает. Просто я подобных вольностей не одобряю. Считайте, что это мое проклятое старомодное воспитание. А если вам обязательно нужно какое–то оправдание перед собственными принципами, то вспомните, что я вас пригласил, поэтому имею полное моральное право заплатить за ланч.