Чтение онлайн

Non toccarla. Lei e mia. Capito?– Не трогай ее. Она моя. Понимаешь?

SI. Ho capito. Mi dispiace molto.
– ДА . Я понимаю. Мне очень жаль.

Potreiuccidertiperquesto.– Я мог бы убить тебя за это.

Dice che e urgente . – Он говорит, что это срочно.

Machefai, stronzo?! Что ты делаешь, мудак?!

Vaffanculo! Sei cieco? Madonna santa!– Иди на хуй! Вы слепой? Дорогая Богородица!

Coglione ! Mangia merda e morte, porca puttana! – Придурок! Ешь дерьмо и умри, свинья-шлюха!

Testadicazzo.– Ты придурок.

Tuttobene? –Все в порядке?

La mia principessa russa . – Моя русская принцесса.

Non ti lascer o mai andare .
– Я никогда тебя не отпущу.

Sei pronto ?
– Вы готовы?

Si. Iniziamo –Да. Давайте начнем.

Vidichiaromaritoemoglie. –Теперь я объявляю вас мужем и женой.

Farei qualsiasi cosa per te. Perfino lasciarti andare . – Я бы сделал для тебя все. Даже отпустить тебя.

Триггерное предупреждение

Имейте в виду, что эта книга содержит материалы, которые могут показаться тревожными некоторым читателям, например, упоминания о смерти близкого члена семьи, а также графические описания насилия, пыток и кровопролития.

Пролог

20 лет назад

(Рафаэль, 19 лет)

— Ясно, — говорю я в трубку.

Мгновение спустя мужчина, одетый как рабочий по техническому обслуживанию, выходит из эксклюзивного антикварного и ювелирного магазина на другом конце длинного коридора и спешит к двери с табличкой запасного выхода над головой. Даже низко натянув бейсболку, Джемин держит голову опущенной, а телефон прижатым к уху, пытаясь скрыть лицо от множества камер наблюдения. Чувак ведет себя осторожно, несмотря на то, что Эндри Душку, лидер албанской мафии, выложил немалую сумму парню из службы безопасности торгового центра, чтобы тот испортил видеопоток на десять минут.

В тот момент, когда Джемин исчезает из поля зрения, я вхожу на лестницу, предназначенную только для персонала. – Я спускаюсь.

– Нет– , — приказывает голос на другой стороне. – Эндри хочет видеозапись взрыва. Я установил таймер на пять минут, так что приготовьте камеру. Я буду ждать у выхода из гаража, когда ты закончишь.

Я закатываю рукав, чтобы взглянуть на свои наручные часы. Он старый, стеклянный циферблат поцарапан, кожаный ремешок изношен. Если не считать одежды на моей спине, это была единственная личная вещь, которая была у меня с собой, когда мы с братом бежали из Сицилии.

— Хорошо, — ворчу я в трубку и отключаю линию.

Меня бесконечно раздражает выполнение приказов такого претенциозного засранца, как Джемин, но сегодня это дерьмо закончится. Сделка, которую я заключил с главой албанской мафии, истекает сегодня вечером.

Вчера, к моему крайнему изумлению, Душку предложила мне постоянную роль в албанском клане, включающую все стандартные льготы. Мне хотелось согласиться. Это будет означать безопасность и отсутствие недостатка в деньгах. Но не уважение. Я останусь не более чем сицилийским отбросом, которого они приняли. Поэтому я со всем уважением отклонил это предложение.

В хаотичном и жестоком мире организованной преступности очень немногие ценности поддерживаются. Единственное исключение — сдержать слово. И Эндри Душку держит свои обещания. С сегодняшнего вечера я свободный человек. Благодаря опыту и подпольным связям, которые я приобрел, работая на албанцев, я могу легко зарабатывать на жизнь и достигать своих целей. Я обещал брату, что когда-нибудь мы вернемся домой. И я тоже держу свои обещания.

Мне просто нужно закончить эту работу.

Открыв дверь лестничной клетки, я слежу за секундной стрелкой, пока она движется вокруг моих наручных часов. Слабое тиканье — единственный звук, нарушающий тишину, отскакивающий от бетонных стен, словно проклятый шепот в часовне с высоким потолком. Торговый центр откроется только через пару часов, поэтому вокруг почти никого. Сотрудники большинства магазинов не прибудут в ближайшее время, а все остальные, как правило, собираются в более общественных местах, таких как фуд-корт. Этот конец комплекса пустын, идеальные условия для установки взрывчатки внутри магазина, наполненного старыми безделушками и блестящей деликатной ерундой, которая никому из рожденных в этом веке не интересна. Владелец магазина придерживается старой школы и должен был знать, что лучше не отказываться от – защиты– албанского клана. Если бы он не отказался платить, Душку не решилась бы проучить парня, начав эту неделю с треском. Бомба внутри магазина сровняет эту чертову штуку с землей и уничтожит предметы коллекционирования, спрятанные в миллионах стеклянных ящиков.

Я только настраиваю свой телефон на запись, когда в коридоре торгового центра раздается счастливый детский смех. Мое тело замирает. Здесь сейчас никого не должно быть. Меньше всего детей.

– Я не понимаю, почему вам пришлось утруждать бедную женщину, чтобы она помогла нам еще до того, как заведение открылось. Ко мне приближается женский голос. – Мы могли бы забрать платье позже.

– У меня не было настроения иметь дело с толпой– , — отвечает самец, пока топот маленьких ножек приближается. – Малыш! Вернуться сюда!–

– О, просто оставь ее в покое. Женщина снова. – Вы знаете, ей нравятся эти хрустальные розы в витрине антикварного магазина. Вокруг все равно никого нет, и ты все еще можешь видеть ее отсюда.

Моя рука так сильно сжимает край двери, что дерево трескается. Оглушительный удар раздается в моей голове — мое сердце бьется так чертовски громко, что оно могло бы соперничать с оглушительным громом, пока мой мозг обрабатывает ситуацию. Не хватает времени, чтобы позвонить Джемину и заставить его отключить таймер. Даже если я это сделаю, сомнительно, что он меня послушает. Его никогда не волновал сопутствующий ущерб.