Чтение онлайн

Тут из больших черных динамиков полились нотки знакомой мелодии. Выбора у меня не было - я поднесла увесистый микрофон к губам и стала петь выученную наизусть песню.

– Слышу голос из прекрасного далёка,

Голос утренний в серебряной росе...

На удивление, мои слова звучали в такт музыке. Я даже подловила себя на мысли, что все происходящее мне очень даже нравится. Я стояла на сцене, в свой последний вечер в стенах родной школы и пела красивую песню. Вот если бы и голос у меня подходил бы для этой песни...

Я посмотрела в правую часть зала. Там, у окна, стояла мама. Она держала мой школьный аттестат, смотрела на меня и улыбалась. Папа же сидел на стуле рядом с моим братом. Мишка даже свою компьютерную игрушку отложил - он с открытым ртом смотрел на меня.

– Слышу голос, голос спрашивает строго-

А сегодня что для завтра сделал я...

На репетиции мы пели эту песню кучу раз. Но ни разу я не вдумывалась в ее слова. Сейчас же, когда я пела в микрофон, я старалась петь с чувством. Слова песни невольно рисовали в моей голове различные картины и образы, вызывая противоречивые чувства. С одной стороны, мне очень хотелось поскорее окончить школу и с головой окунуться во взрослую жизнь, полную приключений и интересных вещей. Я уже поступила в престижный университет на бесплатное отделение, и мне очень хотелось начать новую страницу своей жизни.

Но в тоже время, мне было немного страшно так кардинально менять свою жизнь. Ведь тут, в школе, у меня были друзья, тут все было просто и знакомо. А что будет дальше?

– Я клянусь, что стану чище и добрее,

И в беде не брошу друга никогда...

Чистая правда. Я всегда стояла, и буду стоять горой за своих друзей, родных и близких мне людей.

Как-то раз, когда мы с братом еще были маленькими детьми - мне было семь лет, а ему шесть - мы как обычно гуляли в нашем дворе. И местный хулиган стал приставать к моему брату. Так я, на правах старшей сестры полезла защищать Мишку. Все закончилось разбитой коленкой и очень большой шишкой на голове, но дело того стоило. До сих пор все мальчишки нашего двора меня побаиваются.

Допев последние строки песни, я с облегчением выдохнула. Зал аплодировал нашему выступлению стоя.

Когда мы спускались со сцены, на секунду мне стало немного грустно. В голове промелькнула мысль о том, что я больше никогда не пройдусь по этим деревянным ступенькам, больше никогда не разобью школьное окно... И замечание в дневник мне больше никто не напишет.

Остаток вечера прошел как нельзя лучше. Мы веселились, танцевали, пили, ели... И этот список можно продолжать и продолжать до бесконечности. Прекрасное завершение школьной жизни.

На следующий день я проснулась от какого-то странного ощущения. Словно я уже проспала достаточно долго, и мне пора было вставать. Когда я открыла глаза, то обнаружила, что нахожусь в большой просторной комнате с высокими потолками и огромным зеркальным окном. Стены, предметы, даже постельное белье и одежда, которая была на мне - все было белого цвета.

Я резко села и осмотрелась по сторонам. В светлой комнате была всего лишь одна кровать - моя. Около кровати стоял небольшой стол, на котором располагался странный электронный агрегат. От непонятной машины к моей кровати тянулись тонкие провода. Провода красного цвета были подключены к небольшим присоскам, которые были прикреплены к моим рукам; синие - тянулись к моим ногам.

Не успела я, как следует осмотреться, как белая дверь слегка приоткрылась, и в комнату вошел темноволосый мужчина в очах лет тридцати на вид.

– Вероника, здравствуй, - с небольшим акцентом произнес мужчина и почти вплотную подошел к моей кровати.
– Меня зовут Стив Мэйер. Можно просто Стив. Я твой лечащий доктор.

– Здравствуйте, - вяло пролепетала я в ответ.
– Где я?

Несколько секунд у меня ушло на то, чтобы понять, что мы общаемся на английском языке. Надо заметить, в школе я не была одной из лучших учениц. И на занятия, в том числе по иностранным языкам, я ходила лишь за оценкой. Мне было совершенно не интересно познавать культуры иностранных государств, и уж тем более учить их языки.

В школе нас обучали двум языкам. По крайней мере, пытались обучить. Английский и немецкий. Уж если английский нам преподавали с первого класса, и я хоть как-то смогла вникнуть в азы иностранного языка, то с немецким у меня было совсем туго. Второй язык нам решили ввести в пятом классе. И, сразу скажу, эту затею бросили, когда поняли, что дети ни в какую не хотят изучать немецкий. В этих двух языках очень много слов, которые пишутся совершенно одинаково, а произносятся по-разному. К этому нам было очень сложно привыкнуть.

Так каково же было мое удивление, когда я, сама того не понимая, заговорила на английском языке, да еще и смогла определись, что у этого Мэйера немецкий акцент.

– Ты в частной клинике, - спокойно ответил Мэйер.

– Чего?
– моему удивлению не было предела.

– Ты в Германии, - сказал Стив.
– Извини, но детали строго засекречены. Что ты помнишь?

– Я...
– когда Стив задал этот вопрос, я сильно растерялась.
– Меня зовут Вероника...
– пролепетала я.

– Ну, это я только что сам тебе сказал, - с улыбкой ответил Мэйер.
– Опиши мне последнее, что ты запомнила.

Я сильно зажмурилась и обхватила голову руками, отчаянно напрягая свою память. После нескольких неудачных попыток, мне удалось вспомнить свой выпускной вечер.

– Я помню свой выпускной, - в недоумении произнесла я, и посмотрела на доктора.

– Хорошо, - доктор одобрительно кивнул.
– Что еще?

Я опять задумалась, пытаясь вспомнить что-то, о чем даже и понятия не имела.

Неожиданно, я перед глазами у меня предстала совершенно новая картина. Был чудесный летний день. Буквально вчера я получила свой аттестат и теперь уже гордо могла сказать, что закончила школу.

На радостях, мы с братом решили пойти в кино, чтобы отметить такое знаменательное событие. Ведь теперь я перехожу во взрослую жизнь - буду учиться в Университете, устроюсь на хорошую работу, буду заниматься всякими важными делами...

На улице стояла теплая, солнечная погода. На детской площадке яблоку негде было упасть. Все, кому не лень высыпали на улицу и радовались весеннему солнцу.