Прекрасное изгнание
Шрифт:
Она вздрогнула, прижалась ко мне сильнее.
— Так холодно.
Я поднялся, сжимая телефон в одной руке, а Арден — в другой. Я не мог стереть ее воспоминания, но мог позаботиться о ней сейчас.
Держа Арден на руках, я направился к ванной — надеясь, что бойлер у нее газовый, а не электрический. К счастью, я вспомнил, как Коуп говорил, что у системы водоснабжения есть маленький генератор на случай отключения света. Брут поднялся, но я протянул руку:
— Стой. Я справлюсь.
Он смотрел на меня пару секунд, а потом опустился на задницу. Ну хоть с собакой бороться не придется.
Я шел через дом, освещая путь только телефоном, пока Арден дрожала в моих объятиях, и каждая ее судорога разжигала во мне ярость — как пламя в кузнечном горне. С нее хватит. Достаточно травм. Достаточно угроз. Достаточно страха.
Я бы отдал все, чтобы забрать это у нее. Все — лишь бы положить конец этому кошмару.
Войдя в ванную, я поставил телефон и осторожно опустил Арден на край раковины, но она вцепилась в мою футболку мертвой хваткой:
— Не уходи.
Блядь.
Я стиснул челюсть, ярость готова была поглотить меня. Я уткнулся лбом в ее лоб, пытаясь сдержать бурю.
— Я здесь. Никуда не уйду. Просто хочу включить воду. Разрешишь?
Она молчала. Едва дышала.
— Хорошо, — прошептала наконец.
Я как можно быстрее открыл теплую воду и тут же вернулся к ней, наш фонарик от телефона отбрасывал слабое сияние. Я провел губами по ее виску:
— Я рядом. Видишь?
Арден положила ладонь мне на грудь, прямо на сердце:
— Здесь.
Она убивала меня. Все это разрывало на части. Я хотел забрать ее боль — всю, до капли. Но не мог.
Вместо этого я снял ботинки, сдернул джинсы, носки и футболку, оставив на себе только мокрые боксеры. Если кто-то и должен мерзнуть здесь — так это я.
Я коснулся ее лица:
— Можно я тебя раздену? Чтобы ты встала под горячий душ?
Пар уже начинал заполнять комнату, обещая спасительное тепло. Арден медленно кивнула, сглотнув.
— Подними руки, — мягко попросил я.
Она подчинилась. Я подошел ближе и стянул с нее футболку. В тусклом свете я увидел ее в черном кружевном лифчике, в который даже не стал вглядываться. Обнял ее, расстегнул застежку и ткань упала на пол.
— Сейчас опущу тебя. Сможешь стоять?
Она кивнула — машинально, без капли прежней жизни.
Я опустился на колени, развязал шнурки на кедах:
— Подними ногу.
Она послушалась. Я снял обувь и носки, потом повторил с другой ногой. Когда посмотрел вверх, Арден смотрела на меня — будто сквозь стекло, искаженно, откуда-то издалека.
Я расстегнул пуговицу на ее штанах:
— Почти закончили.
— Почти, — повторила она стеклянным голосом.
Я стянул с нее брюки и нижнее белье. Она вздрогнула, и я выругался, резко поднявшись:
— Пора согреться.
Я проверил воду, отрегулировал и помог Арден зайти в душевую кабинку, поставив ее под струи, лицом ко мне.
— Тепло, — прошептала она.
— Вот и хорошо. Я позабочусь о тебе. Ладно?
Ее серо-фиолетовые глаза встретились с моими:
— Ты всегда обо мне заботишься.
Эти слова вонзились в сердце, и я принял их, как заслуженное наказание:
— Верно.
Я поднял руки к ее волосам, нашел резинку, сдерживающую темные спутанные пряди, и аккуратно снял ее. Волосы упали под воду.
Я осмотрел полку в душе, стараясь в полутьме разобрать надписи. Нашел шампунь, выдавил в ладонь:
— Повернешься?
Арден шагнула назад. Я растер средство в пену и понял, откуда у нее запах вишни. Этот шампунь. Может, он вернет ей хоть частичку самой себя.
Мои пальцы бережно массировали ее голову, промывая каждую прядь. Арден тихо замурлыкала.
Этот звук — как лекарство. Он стирал воспоминания о ее всхлипе. Я хотел дарить ей только хорошее. Столько, чтобы плохое стерлось.
— Повернись, — прохрипел я.
Она подчинилась.
Я смывал шампунь, глядя на нее. Арден не закрывала глаз — так верила, что я не допущу, чтобы мыло попало ей в них. Это доверие было подарком. Я двигался, будто реставрировал произведение искусства.
Когда волосы стали чистыми, я повторил процедуру с кондиционером. Затем, глядя ей в глаза, выдавил гель для тела, растер в ладонях и провел по ее рукам, туловищу, дотронулся до груди — идеальной, полной, тяжелой в моих ладонях.
Арден тихо застонала, соски затвердели. Мой член отозвался сразу, плевать ему было, что это не подходящее время. И пусть я был в мокрых боксерах — тело хотело ее.
Мои большие пальцы обвели тугие бугорки, и Арден запрокинула голову. Я заставил себя отпустить ее грудь, хотя это было последнее, чего я хотел.
Опустившись на колени, я намылил сначала одну ногу, потом вторую. Арден тяжело дышала, ее пальцы впивались мне в плечи.
Струи смывали пену, но я не двигался. Она была прекрасна. Настоящее произведение искусства. Сильная. Прошедшая через ад.
Серо-фиолетовые глаза нашли мои. Теперь они были ярче.
— Линк.
Все мое тело напряглось от одного только ее голоса, от того, как она произнесла мое имя.
— Что тебе нужно?
В ее глазах вспыхнул фиолетовый.
— Тебя.
В голове пронеслась вереница проклятий.
— Не уверен, что это хорошая…
Но Арден не дала мне договорить — потянулась и накрыла мои губы своими, ее язык мягко скользнул внутрь. Стоило мне ощутить ее вкус — вишня, мята и что-то, что было только ее и я сдался.
Она отстранилась, потянула меня за руки, заставляя подняться.
— Доверься мне. Я знаю, чего хочу. А сейчас... я хочу чувствовать тебя. Повсюду.
Мой член дернулся от этой картины, от ее обещания. Я сделал шаг назад и заметил, как боль мелькнула в ее глазах, словно она приняла это за отказ. Быстро сел на кафельную скамью в душе и взял ее за руку.
— Бери все, что тебе нужно, Злюка.
34
Арден
Все мое тело дрожало, словно я провела на морозе несколько часов, а теперь возвращалась в тепло — каждый нерв оживал, каждая мышца приходила в себя. Все из-за Линка.