Чтение онлайн

Америка прищурилась, пока Трэвис говорил. Она заметила то, что не заметил я.

— Так Томас знал, что тебя должны были арестовать, и договорился с кем-то в бюро, чтобы тебе предложили работу из-за твоей связи с Миком и Бенни? Почему не Эбби?

Эбби усмехнулась.

— Трэвис мог дать Бенни то, что он хотел. И, кроме того, Трэвис бы никогда не согласился на это.

Америка кивнула, хотя все еще не была удовлетворена. Что-то не складывалось — они все еще что-то скрывали.

— Так Томас... — Америка замолчала. Она часто так делала с мальчиками, надеясь, что они заполнят пробелы.

Трэвис откашлялся.

— Был ранен, да.

— А эти порезы на твоей голове? — Спросил я.

Он переглянулся со своей женой.

— Я был следующим, да. Поэтому агенты приехали к папе. Поэтому мы все здесь. Поэтому мы должны оставаться вместе.

— Ты считаешь, что они примутся за остальную семью после того, как пришли за тобой и за Томасом? — Спросила Америка.

— Не за Трэвисом, — сказала Эбби. — Он был в моей машине. Они пришли за мной и детьми.

Америка прикрыла рот рукой.

Трэвис уставился в пол.

— Те, кто пытались убить меня по дороге... Это были люди Бенни Карлиси. У них в машине были наши фотографии. Всех нас: наших семей, детей...

— Почему? — Спросил я. — Потому что тебя раскрыли?

— Я облажался. — Сказал Трэвис. — Я убил Бенни. Они жаждут крови.

— Ты убил его? — Ошеломленно спросила Америка. — Мой друг Трэвис, двоюродный брат моего мужа, муж моей лучшей подруги убил главу мафии ? Мы что, попали в серию «Клана Сопрано» [1] ? Как, черт возьми, это произошло?

[1] «Клан Сопрано» — американский криминально-драматический телесериал про мафиозный клан (1999-2007).

— У него не было выбора, — сказала Эбби. — Или он, или Бенни.

— А Мик? — Спросила Америка.

— Он был под защитой. Он пропал.

— Пропал ? — Взвизгнула Америка, глядя на Эбби.

— Потише, — сказал Трэвис.

Америка встала и принялась расхаживать.

— Ну и что теперь? Мы будем заперты в собственном доме, пока они всех не поймают?

— Это ненадолго, — сказал Трэвис. — Обещаю, Мерик. Они стреляли в агента — в моего брата. Мы не остановимся, пока не посадим или не уничтожим их всех.

Трэвис скрестил руки на груди. В колледже он был крупным, сейчас же стал настоящим зверем. Его руки были толще моих ног, а грудь была чуть ли не вдвое больше, чем должна была быть. Он был будто сделан из мышц. Я не мог даже представить, как кто-то мог видеть его и думать, что взяться за его семью было хорошей идеей, и так же трудно было поверить, что Томас втянул его в эту неразбериху.

Трэвис заметил, как сильно я задумался.

— Что такое, Шеп?

Я покачал головой.

— Скажи уже, — сказал Трэвис.

— Ты сказал, что это спасало тебя от тюрьмы. Но не мог ли Томас помочь тебе без привлечения тебя под прикрытие? Каждый раз на задании ты был в опасности. Почему Томас сделал это?

— Это было нелегким решением для него, — сказала Эбби.

— Значит, у него был выбор. — Сказал я. — Так ведь?

Трэвис перенес вес с одной ноги на другую, некомфортно чувствуя себя от того, куда зашла беседа.

— Что было бы, если бы ты не был собой? — Спросила Америка. — Если бы Эбби осталась с Джесси, с Паркером или еще кем-то, не столь... способным, как ты?

Трэвис пожал плечами.

— Тогда, если бы этот человек был настолько глуп, чтобы принимать участие в боях Круга и стать виновным в сборе сотни студентов в небольшом подвале с паршивыми выходами, он бы попал в тюрьму.

— Или выторговал свободу в обмен на связи Эбби с Миком. Я просто... — Я замолчал, не решаясь сказать больше, чтобы не навредить нашей семье. — Томас мог бы найти и другой путь, если бы захотел. Он мог бы, Трэв. Понимаю, вероятно, сейчас не лучшее время, чтобы высказывать свое мнение, но тогда я не знал. Поэтому говорю сейчас.

Трэвис опустил взгляд и кивнул, глубоко вдохнув через нос. Он посмотрел на меня, будто я произнес вслух истину, которая все это время сидела где-то на закорках его сознания.

— Он это знает. Я вижу это на его лице каждый раз, когда он смотрит на меня на работе.

— Это выглядит слишком идеальным, — сказала Америка. — Томас работает в ФБР, а его брат встречается с дочерью человека, связанного с криминальной семьей, которую они расследуют?

— Томасу повезло, — сказал Трэвис.

— Повезло ? — Зарычала Америка. — Он получил продвижение по службе?

Трэвис и Эбби напряглись.

— Получил или нет? — Потребовала ответ Америка.

— Ага, — сказал Трэвис. — Получил.

— Не-блин-вероятно! — Сказала Америка, а ее руки безвольно упали вниз и глухо ударились о ноги. — И тебя это устраивало?

— Нет! — Сказал Трэвис. Его терпение было на исходе. — Нет, меня это не устраивало. Я просто делал то, что должен был делать.

— Томас продал тебя, — сказала Америка, указывая на Трэвиса.

— Так Лииз едет сюда? Без Томаса? — Спросил я. — Полагаю, он в какой-нибудь сверхсекретной фбровской больнице с кучей охраны?

— Я не могу говорить об этом, — сказал Трэвис. — Пока что не могу.

— Мы твои друзья, — сказала Америка. — По крайней мере, мы так думали.

Трэвис вздохнул, потирая затылок.

— Дело не в том, что мы вам не доверяем. Дело в том, кто может нас услышать.

— Правда опасна, — сказала Эбби. — Чем меньше вы знаете, тем лучше.

— Эбби, — с отвращением сказала Америка . — Мы сейчас под федеральной защитой. Мы и так уже в опасности.

Трэвис и Эбби переглянулись.

— Не так уж много информации вы не знаете, — сказал Трэвис.

— Ну так просветите нас, — сказала Америка, вставая. — Мы не настолько важны, умны или имеем недостаточно высокий доступ? Видимо, со мной что-то не так, раз я не понимаю, почему мы не можем знать, почему кто-то пытается убить нас и наших детей!

— У них... У них были снимки наших мальчиков? — Спросил я.

Трэвис поколебался, после чего кивнул.

Америка отступила ко мне, образуя единый фронт. Я знал, что за этим последует, и, судя по лицу Эбби, она тоже знала.