Чтение онлайн

— Да и рецепт был так себе, — добавила тетя Мерси.

Тетя Грейс перевернула коробку с конфетами вверх дном, чтобы прочитать их названия:

— Мерси, а какая из них с масляным кремом?

— Когда я умру, я хочу, чтобы меня похоронили с моей меховой накидкой и Библией, — сказала тетя Прю.

— Это тебе не добавит дополнительных очков у Господа, Пруденс Джейн.

— Я и не пытаюсь заработать очки, я просто хочу, чтобы у меня было, что почитать, пока я буду сидеть в очереди. Но если бы там раздавались очки, у меня бы их было побольше, чем у тебя, Грейс Энн.

Похоронена с книгой рецептов…

А что если Книга Лун тоже похоронена где-то? Что если кто-то не хотел, чтобы ее нашли, и спрятал ее? Может быть тот, кто знал ее силу лучше всех. Женевьева.

Лена, похоже, я знаю, где книга.

Секунду была только тишина, а потом мысли Лены нашли свою дорогу ко мне.

О чем ты говоришь?

Книга Лун. Я думаю, она у Женевьевы.

Женевьева мертва.

Я знаю.

О чем ты говоришь, Итан?

Думаю, ты уже догадалась.

Харлон Джеймс приковылял к столу, вид у него был плачевный — его нога все еще была в гипсе. Тетя Мерси начала кормить его горьким шоколадом из коробки.

— Мерси, не корми собаку шоколадом! Ты убьешь его. Я видела это в шоу Опры. Шоколад, или это был луковый соус?

— Итан, оставить тебе ириски? — спросила тетя Мерси. — Итан?

Но я ее не слушал. Я думал о том, как вскрыть могилу.

(переводчик: Ирина Ийка Маликова)

Это была идея Лены. Сегодня был день рождения тети Дель, и в последнюю минуту Лена решила забить на семейное торжество в Равенвуде. И это было Лениной идеей пригласить туда Амму, при этом она отлично знала, что Амма согласится переступить порог Равенвуда, только если сами небеса обрушатся на землю. Как бы там ни было с самим Мэйконом, Амма на него реагировала немногим лучше, чем на медальон. И она предпочитала держать Мэйкона на максимальном удалении.

Страшила Рэдли заявился к нам днем, в зубах у него был свиток, подписанный изящным почерком. Амма к нему даже не прикоснулась, хотя это было всего лишь приглашение, и почти что запретила мне идти. Слава богу, она не видела, как я потом разрывал могилу одной из старых садовых лопат моей мамы, она бы с катушек съехала.

Я был рад удрать из дому по любой причине, даже если причина включала в себя разграбление захоронений. После Дня благодарения мой отец опять заперся в своем кабинете, а с тех пор, как Мэйкон и Амма поймали нас в Доме Книги Лун, я всюду встречал злобный взгляд Аммы.

Нам с Леной запретили появляться в Доме, по крайней мере, в ближайшие шестьдесят восемь дней. Мэйкон и Амма, видимо, не хотели, чтобы мы нашли еще какую-нибудь информацию, которой они сами не хотели с нами поделиться.

— После одиннадцатого февраля, ты можешь делать все, что твоей душе угодно, — ворчала Амма, — а до этого делай то, что обычно делают твои ровесники: смотри телевизор, слушай музыку, и держись подальше от всех этих книг.

Мою маму очень бы развеселила мысль, что мне запрещают читать книги. Совсем дела плохи.

Тут еще хуже, Итан. Страшила теперь спит возле моей кровати.

Это звучит не так уж плохо, по-моему.

Он ждет меня у двери в ванную комнату.

Просто Мэйкон — это Мэйкон.

Это похоже на домашний арест.

Это и был арест, и мы оба это понимали.

Мы должны были найти Книгу Лун, а она должна была быть с Женевьевой. Более чем вероятно, что Женевьева похоронена в Гринбрайере. Были там, на прогалине в саду, какие-то обветренные надгробия. Их можно было увидеть с того камня, на котором мы обычно сидели, этот камень тоже, как оказалось, был надгробным. Наш пятачок, как я всегда думал о нем, хоть и не говорил этого вслух. Женевьева точно похоронена там, если только она не переехала куда-то после войны, но ведь никто и никогда не уезжал из Гатлина. Я всегда думал, что буду первым.

Но сейчас, когда я уже выбрался из дома, как я должен был найти потерянную магическую книгу, которая то ли спасет, то ли нет Ленину жизнь, и которая то ли похоронена, то ли нет в могиле проклятого мага, которая может быть, а может и не быть на соседнем с Равенвудом участке. И сделать это так, чтобы ее дядя не увидел меня, не остановил меня или не убил меня на месте.

Все остальное было за Леной.

— Это по какому же проекту для истории может понадобиться посещать кладбище ночью? — спросила тетя Дель, на ходу запутавшись в лозах ежевики, — о, Боже.

— Мама, осторожнее, — Рис взяла свою мать под руку, помогая ей справиться с зарослями. Тетя Дель и днем-то с трудом справлялась с задачей не врезаться в окружающие предметы, а ночью эта задача становилась непосильной.

— Нам нужно срисовать одно из надгробий наших предков. Мы изучаем генеалогию, — звучало правдиво.

— И почему Женевьева? — Рис была полна подозрений.

Рис посмотрела на Лену, но та тут же отвела взгляд. Лена предупредила меня, что нельзя позволять Рис посмотреть мне в лицо. Стоит только Сивилле посмотреть на тебя, и она уже будет точно знать, врешь ты или нет. Соврать Сивилле еще сложнее, чем даже Амме.

— Она нарисована на портрете в холле. Я подумала, что было бы здорово написать о ней. У нас не очень-то большое семейное кладбище, чтобы было из кого выбирать, в отличие ото всех остальных семей здесь.

Завораживающая музыка магов затихала вдали по мере нашего удаления от особняка, ее звук сменился на шорох листьев под ногами. Мы зашли за границу Гринбрайера. Мы были близко. Вокруг была ночь, но полная луна была такой яркой, что нам даже не нужны были наши фонарики. Я вспомнил, что сказала тогда Амма Мэйкону на могилах своих предков: «Для белой магии необходима середина лунного цикла, а полнолуние — для черной». Я надеялся, что мы не будем творить ничего магического, но от этого менее жутко не становилось.

— Сомневаюсь, что Мэйкону понравилось бы, что мы бродим тут в темноте. Ты сказала ему, куда мы пошли? — тетя Дель была полна тревоги, она подтянула повыше воротник-стойку своей атласной блузки.

— Я сказала ему, что мы идем гулять. А он сказал держаться поближе к вам.

— Не думаю, что я сейчас в хорошей форме для всего этого. Надо признать, я немного простужена, — тетя Дель запыхалась, ее волосы как обычно уже выбились из всегда немного скособоченного пучка и вились возле лица.