Чтение онлайн

Дьявол. Я настолько возбудился, что руки так и норовили сжать ее бедра. Но мне хотелось, чтобы в нашем разговоре Ханна играла ведущую роль. Она начала это, затащив меня сюда. Мне хотелось, чтобы она полностью высказалась, прежде чем передать мне инициативу. И уж тогда-то я не стану сдерживаться.

– В порнухе это обычное дело, – сказал я. – Мужчины не кончают внутрь.

Ханна взглянула на меня.

– Мне понравилось.

Член в брюках стал тверже камня. Я шумно сглотнул.

– Да?

– Мне это понравилось, потому что выглядело по-настоящему. Мне кажется, я только сейчас начинаю разбираться в себе. Раньше я ничего такого не пробовала… или, может, не хотела пробовать с теми парнями, с которыми встречалась. Но с тех пор как мы начали общаться, я не перестаю думать об этом. Я хочу понять, что мне нравится.

– Это хорошо.

Я передернулся в темноте, пожалев, что ответил так поспешно, а в моем голосе прозвучало такое нетерпение. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы Ханна попросила меня отнести ее на кровать и оттрахать так громко, чтобы у остальных гостей не осталось ни малейших сомнений, чем мы занимаемся и как ей хорошо.

– Я не совсем понимаю, что доставляет мужчинам удовольствие. Знаю, ты говоришь, мужчины примитивны, но это не так. Не для меня.

Глядя мне в лицо, Ханна взяла мою руку и положила себе на грудь. Под ладонью она была именно такой, как я представлял себе сотни гребаных раз: полной и мягкой, с роскошными изгибами и молочно-белой кожей. Мне едва хватало терпения, чтобы не поднять Ханну и не прижать всем телом к стене.

– Я хочу, чтобы ты показал мне, – шепнула она.

– Что значит «показал»?

Она на секунду прикрыла глаза и сглотнула.

– Я хочу ласкать тебя и заставить тебя кончить.

Глубоко вздохнув, я перевел взгляд на кровать в центре комнаты.

– Здесь?

Увидев, куда я смотрю, Ханна покачала головой.

– Не там. Пока не в кровати. Просто… – поколебавшись, она быстро выдохнула. – Так ты согласен?

– Э-э, конечно, я согласен. Ну думаю, что смог бы тебе отказать, даже если был бы должен.

Прикусив губу, чтобы спрятать улыбку, она опустила мою ладонь себе на бедро.

– Ты хочешь поработать ручками? Ты об этом просишь?

Я чуть присел, чтобы заглянуть ей в глаза. Спрашивая об этом так прямо, я ощутил себя полным идиотом – да и весь этот разговор звучал совершенно бредово. Однако мне надо было удостовериться, что я верно понимаю происходящее, прежде чем полностью отпустить вожжи и удариться во все тяжкие.

– Мне просто надо знать, правильно ли я тебя понял.

Внезапно застеснявшись, она снова сглотнула и кивнула:

– Ага.

Я шагнул ближе и, когда чуть ощутимый травяной аромат ее шампуня коснулся моих ноздрей, понял, насколько возбужден. Никогда прежде я не нервничал, но сейчас испытывал панический ужас. Меня не волновало, насколько хорошо у нее получится – неловко или неосторожно, слишком медленно или слишком быстро, слишком нежно или слишком грубо, – я все равно был уверен, что кончу. Мне просто хотелось, чтобы она чувствовала себя так же непринужденно каждую секунду, проведенную со мной. Мне хотелось, чтобы секс ей понравился.

– Я не против, чтобы ты меня приласкала, – сказал я Ханне, стараясь уравновесить желание быть нежным с ней и свою обычную требовательность.

Она потянулась к моему ремню, расстегивая его, а я убрал руки с ее бедер и двинулся выше, от талии и до верхней пуговицы ее блузки. По ее лицу расплылась хмельная улыбка. Ханна попыталась отвернуться, чтобы спрятать ее, но не успела. Себя я не видел, но представил, как смотрю на нее широко распахнутыми глазами, с приоткрытым ртом, пока мои пальцы дрожат над ее маленькими пуговичками. Стягивая блузку с плеч Ханны, я заметил, как она заколебалась, добравшись до моей ширинки, а затем подалась чуть назад, роняя одежду на пол.

Теперь она стояла передо мной в простеньком белом лифчике. Встретившись с ней глазами и молча попросив разрешения, я протянул руки ей за спину, расстегнул лифчик и спустил лямки с плеч.

Вид ее обнаженной груди застал меня врасплох, и я застыл на месте, пожирая ее взглядом.

– К твоему сведению, – шепнула Ханна, – делать что-то со мной не обязательно.

– К твоему сведению, – так же тихо ответил я, – удержать руки при себе я сейчас не способен.

– Я хочу внимательно подойти к делу. А ты будешь меня… отвлекать.

Я застонал: эта девушка меня убивала.

– Такая прилежная ученица, – сказал я и нагнулся, чтобы поцеловать ямку у основания шеи. – Но, увы, я не смогу просто стоять и смотреть. Ты могла бы заметить, что я несколько одержим твоей грудью.

Ее кожа была нежной и восхитительно пахла. Приоткрыв рот, я легонько куснул, испытывая Ханну. Она охнула и прижалась ко мне – лучшая из возможных реакций. Мозг немедленно заполнился образами: ее ногти впиваются в мою спину, мои губы жадно прильнули к ее груди, я раскачиваюсь над Ханной…

– Возьми его в руку, Ханна.

Я приподнял ее груди на ладонях, взвесил, сжал сильнее. Матерь божья, я готов был их съесть.

Она снова опустила руки к молнии на брюках, но дальше не пошла.

– Покажешь мне, как это делается?

Пожалуй, ничего сексуальней я от женщины не слышал. Может, все дело было в ее голосе, немного хриплом и очень нетерпеливом. Может, в том, что я знал, как Ханна талантлива и как далеко эта задача выходит за рамки ее зоны комфорта, и все же она попросила меня о помощи. Или, может, просто-напросто в том, что я сходил по ней с ума, и показать Ханне, как доставить мне удовольствие, было все равно что сказать Вселенной: «Эта женщина принадлежит мне».

Я передвинул ее руки на ремень джинсов, и вместе мы спустили их с боксерами, высвобождая мой член.

Позволив Ханне хорошенько его рассмотреть, я откинул волосы ей за спину и, наклонившись, поцеловал в шею.

– Ты такая вкусная.

Эрекция была настолько мощной, что я чувствовал пульсацию по всей его длине. Надо было освободиться от этого напряжения.

– Черт, Ханна, возьми его в руку.

– Покажи мне как, Уилл, – взмолилась она, обеими руками лаская мой живот и едва касаясь напряженного кончика члена.

Оба мы, посмотрев вниз, чуть качнулись в унисон.

Я взял ее теплую ладонь, заставил пальцами обхватить середину ствола и провел вверх и вниз, испустив долгий, мучительный стон.

Она приглушенно охнула – сдавленный, возбужденный звук, – и я чуть не взорвался. Вместо этого я плотно сжал веки, нагнувшись, снова покрыл поцелуями ее шею и показал ей, как действовать. Это было так медленно. Мне уже вечность никто не дрочил, в ста случаях из ста я выбирал орал или обычный перепихон, но сейчас все было идеально.