Чтение онлайн

Я не знал, как назвать свои чувства, но чувствовал, что они росли и углублялись, и это пугало – в конце концов, потеря Порции ощущалась как свобода, а сама мысль потери Руби была отвратительной и переворачивало все внутри.

И вот, выразив свои чувства так ярко, она замерла в тишине, ожидая, что теперь я найду слова… Я хотел отдать ей все, что у меня есть, хотел дать ей знать, насколько обезумел из-за нее.

Посасывая и покусывая, я провел губами от ее скул к шее. Прочувствуй это, подумал я. Позволь показать то, что не могу сказать вслух.

Я стащил с нее пальто, отбросил в сторону и начал расстегивать пуговицы ее блузки, молча умоляя ее встретиться со мной взглядом. Она посмотрела на меня, и на ее лице явно читалась нерешительность, после чего она что-то увидела в моем взгляде – мучительную мольбу, потребность и надежду – и, словно выдохнув все напряжение, притянула к себе мое лицо.

– Ты предлагаешь отложить ужин? – у моих губ спросила она.

Я кивнул, обнимая ее за талию, и подтолкнул нас к широкому креслу без ручек в гостиной.

Мои руки были нетерпеливыми; я поспешно снял с нее юбку, стянул вниз по ногам ее нижнее белье, жадными ладонями проводя по каждому сантиметру ее обнаженной кожи. Изгибы тела Руби были гладкими, бледными и совершенно безупречными, и, посасывая кожу ее плеча, я наклонился обхватить рукой ее грудь.

Куда более осторожно она расстегнула мою рубашку, глядя на меня и вчитываясь в мою реакцию.

– Мы можем не… – начала она, но я прервал ее поцелуем.

Отпусти.

Она спустила рубашку по моим плечам, расстегнула ремень и не спеша стянула с меня брюки, после чего я отпихнул их ногой.

Обхватив меня рукой, она начала опускаться передо мной на колени.

Я покачал головой, одним движением подняв ее, и наклонился скользнуть губами по ее, раскрывая их и пробуя на вкус. Ее язычок казался маленьким и таким сладким у меня во рту, с неожиданным отчаяньем скользя по моему. Ее тонкие настойчивые ладони прижались к моей груди, подталкивая меня к креслу, и она последовала за мной, не отступая и погружая пальцы в мои волосы, лихорадочно целуя меня и кусая, издавая стоны и негромкие мольбы, в то время как мои руки скользили вниз по ее бокам и между ног, ощущая мягчайшую и самую нежную кожу.

– Хочешь оказаться в… – начала она; ее губы были влажными, а взгляд тяжелым.

Она имела в виду оказаться… внутри нее?

– Я… да? – я выгнулся под ней в поисках соприкосновения.

Она склонилась поцеловать меня снова и прошептала:

– Я имею в виду, хочешь ли ты в кровать?

Закрыв глаза, я изо всех сил старался, чтобы мозг не начал слишком внимательно рассматривать этот вопрос. Подняться и направиться в мою спальню – значит вытащить обоих из этого ощущения взаимной похоти и облегчения, которые ощущались так чертовски хорошо. Я слишком много думал, что это будет значить и как это будет чувствоваться, что я никогда не занимался сексом на этой кровати, и что всего лишь четыре недели назад я познакомился с Руби.

Мой разум хотел быть уверенным во всем этом.

Стоп.

Нет.

Нет.

– Нет, – я подался вперед, целуя ее шею, и одновременно с этим руками притянул ее за ягодицы ближе и прижал ее влажность к своему стволу. – Я не хочу никуда двигаться отсюда.

Слегка приподнимаясь, она выписывала маленькие круги бедрами, пока не настал такой момент, что было достаточно слегка выгнуться и толкнуться в нее.

– Господи, – застонал я. Я и забыл – а может, никогда и не знал – как желание может быть таким поглощающим, будоражащим и первобытным. Я сейчас не был самим собой. Я был мужчиной, который жаждал удовольствия, хотел трахаться и получил возможность сделать это впервые в жизни.

– Вот черт. Защита, – выдавил я.

– Я чиста, – на сдавленном выдохе сказала она. – И на таблетках.

Ее взгляд встретился с моим, и в нем плескался вопрос.

– Возьми меня, дорогая, – прошептал я.

Я со стоном приподнялся, когда она опустилась на меня и издала легкий вздох, который звучал как боль или удовольствие, и я чуть было не рванул бедрами вверх – настолько яростным она меня делала.

– Подожди, – прошептала она. Ее голос вышел напряженным и тонким, и немного отстранился, чтобы вглядеться в ее лицо. Она пристально смотрела на мой рот, ее губы были влажными и приоткрытыми… и она выглядела охрененно безупречно.

– Дай мне… просто… привыкнуть… – она закрыла глаза, и из нее вырывались эти изумительные хриплые всхлипы, когда с каждым сантиметром она опускалась на меня.

Я изо всех старался оставаться неподвижным, мои мысли исчезли от шелковистого ощущения ее… от того, как тело так плотно сжимало меня… от ее отрывистых вздохов… и как она притянула мою голову к своей груди.

Когда я полностью оказался в ней, она начала приподниматься, выписывая бедрами идеальные, крохотные и сводящие с ума круги. Вонзив ногти в мою шею сзади, она прижалась грудью к моему лицу, прерывисто шепча мне прямо на ухо:

Найл

О боже

Я не cмогу

Это так

Она наслаждалась, используя мое тело, и я начал приподниматься с каждым разом, толкаясь все сильнее ей навстречу. Скользнув пальцами выше, она схватила меня за волосы, горячим ртом посасывая и царапая зубами мою шею. Ее запах и вкус, тепло бедер и груди, когда она потиралась кожей о меня, необыкновенное скольжение и всасывающее движение ее тела по моей длине – все это было словно погружение на глубину, когда не нуждаешься и не желаешь вынырнуть, чтобы глотнуть воздуха.

И ее звуки, о-о-о. Я еще никогда не слышал такого откровенного выражения собственного удовольствия, сдавленно и резко звучащего у меня в ушах. Эти звуки и ощущение ее – и это гребанное блаженство, которое она себе позволяла – уничтожало мои туманные понятия о сексе, весь мой откровенно смехотворный опыт. Ее удовольствие было столь же сильным, как и мое, и эта реальность – что секс и должен быть таким: разделить эту близость друг с другом, а не терпеть – лихорадочно пронзала меня, жаром проносясь по коже.

Я никогда еще не был таким твердым и жадным, чтобы хватать, нырять в ощущения и поглощать. И когда подумал, что не смог бы выдержать больше, она, ускоряясь, двигалась вперед и откидывалась назад, затягивая меня внутрь себя. Я втянул в рот ее сосок и ладонью накрыл другую грудь, еще больше заводясь от ее отчаянной скачки, но желая растянуть эту эйфорию, чтобы видеть, как она отражается на ее лице, прежде чем окончательно потеряю контроль.

Потому что был уверен: с Руби это произойдет уже очень скоро.