Чтение онлайн

Дамиль же вообще вел себя странно, проводя все время за книгами днем, а ночью слонялся по замку с поникшей головой, подозрительно пялясь на Катю.

Юки продолжал наведываться в гости почти каждый день, мотивируя свои визиты желанием изучить "феномен Майи", хотя всем и так было понятно, кого он так стремится изучить на самом деле. Ученый хренов, малолетний выскочка, влюбившийся в голубоглазую вампиршу.

Иллюзию, к которой мы все так привыкли, пришлось вернуть обратно, во избежание "бунта на корабле" и тщательно следя за тем, что бы вампиры ничего не пронюхали. Сейчас, справится со всеми их проблемами помогали Игорь и Маришка, взявшие на себя мои обязанности, спасая тем самым от дурдома.

Теперь, выгнав в очередной раз из комнаты нахальных бурчащих подруг Майи, мы, наконец, остались наедине. Я до сих пор не мог спокойно смотреть на серое лицо полукровки, которое время от времени искажает боль. Разрываясь на части, не в силах чем-либо помочь и даже дотронутся, обхватил голову руками, стараясь не закричать. Время шло, а она не приходила в себя, не возвращалась и ничего не менялось. Я считал часы, потом дни, а после - недели, наконец, поняв, что в душе осталась лишь надежда, которая умирала с каждой следующей минутой беспамятства любимой. С ужасом думая, что могу потерять единственно дорогое существо, больше всего корил себя за то, что не успел сказать об истинных чувствах.

Майя.

Боль теперь стала единственным чувством, что я ощущала. Она накатывала волнами одна за другой, не оставляя время для передышки. То, что я высосала из вампиров, теперь медленно уничтожало меня и зверя. Сознательно сделав такой выбор, я не понимала, как сложен он может оказаться. Мысль о смерти не покидала сознание ни на минуту, ведь испытуемая боль была хуже любой пытки. Я желала конца и молила о нем. Вот только зверь не давал мне возможности сдаться, решивший бороться до конца и выжить. Я сражалась сколько было сил, пытаясь избавится от ужасных страданий, терзающих тело и помочь израненному рычащему другу, то и дело рвущему на куски черных змей. Мы израсходовали уже половину тумана, половину сил, отобранных у вампиров, а количество нитей все не уменьшалось. Во тьме, в той безграничной пустоте, некогда принадлежавшей лишь нам, теперь нашла убежище иная сила, грозясь вот-вот заполнить все собой и оплести, словно паутина. В каком-то уголке сознания, я хотела этого, я хотела окончания страданий, тишины и покоя, но понимание того, что погибаю так и не сказав "люблю" придавало мне сил бороться.

Но и они были на исходе. Услышав очередной рык зверя, пытаясь помочь, отбросила змей, дав обоим малую передышку.

Все бесполезно. Их невозможно уничтожить. Полагаю, это конец.

Впервые наступил момент, когда и он пал духом.

Сколько времени прошло с тех пор как мы пытаемся уничтожить их. Все зря.
– Но должен же быть способ!
– Хм, способ...Ты его знаешь? Я - нет. Теперь наконец понял... нам не победить.
– Я превращусь в подобие Морганы?
– Думаю, мы просто исчезнем в этой темноте, а полукровка умрет.
– Хочу увидеть его снова...

Зверь вздохнул и расслабился в ожидании смерти.

Хранитель... как жаль, что мы не можем использовать энергию Земли... Какая - то ты недоделанная полукровка, Майя. Могла бы хоть этот талант унаследовать!
– Хам!
– Ну и что, что хам?! У них хоть мечи есть, а у тебя что? Зубы? И те маленькие, тьфу.
– Да ты на себя посмотри! Лохматый засранец!
– Неправда! Не было такого! Такого не было! Хам, да, но не засранец!
– Стой, что ты сказал? Мечи?

Я вспомнила, как сражались хранители, вспомнила, как Дамиль учил меня создавать собственный меч, вот только тогда у меня не было столько энергии как сейчас. Пусть и осталась лишь половина накопленного тумана, но полагаю, этого будет более чем достаточно.

Ты и вправду думаешь, подобное сработает?- А почему нет?
– Но ведь это не настоящий вампир, не материальный вампир с аурой.
– Ну и что? Это в жизни нужен материальный противник, а ведь и здесь у нас вполне реальный враг.
– Как хочешь, но это будет последняя попытка. На большее я уже не способен.
– Не хнычь, лучше сосредоточься и помоги.

Звериное фырканье заставило мысленно улыбнуться. Сконцентрировавшись на части оставшейся энергии, мы потянули ее из глубин тьмы, заставляя сгущаться и материализоваться в подобие меча. Первый блин был больше похож на острую длинную палку, чем на ком, что вполне устроило нас обоих. Плюнув на осторожность, я взмахнула искрящимся оружием, разрывая ближайший клубок черных змей. Они извивались и дергались, словно ужаленные. Разрубленные мечем нити, больше не шевелились и не множились, покрываясь, словно трещинами и язвочками, медленно сгорали во тьме. Крик радости затмил лишь победный рык зверя, выхватившего меч и, принявшись размахивать им в разные стороны, уничтожая гадких паразитов.

Спустя время, все они были истреблены, а мой верный друг, вернувший свою бездну законному хозяину (то есть себе), вовсю развлекался, наслаждаясь свободой.

Я устало рухнула на колени, не в силах больше сдерживаться, дала волю невидимым слезам, которые, чувствовала, сейчас текут по щекам в реальной жизни. Подобные испытания меняют людей, именно это произошло и со мной. Зверь замер тронутый рыданиями, и наступила долгожданная тишина. Он приблизился ко мне и лизнул щеку, тыкая мордой в лицо. Я, всхлипывая, улыбнулась и обняла засранца.

Тебе пора. Он, наверное, все еще ждет.
– Думаешь?
– Уверен!

И растворившись во тьме, зверь исчез, фыркая себе под нос что-то о женской чувствительности.

Звуки и запахи медленно касались измученного рассудка, заставляя продрать глаза и возвратиться на землю. У кровати, уронив голову на руки, словно застыв в мольбе, сидел такой знакомый и родной, прежний Ноа. Как мало я знала о нем и как сильно нуждалась в его заботе, нежности, любви. Протянув руку, робко коснулась черных волос.

– И долго ты здесь торчишь?
– Ухмыльнулась, потянув за ушко и сбрасывая одеяло.
– Ой, а что это на мне? Нееет, только не говори, что сам переодел старые вещи?! Извращенец чертов!

Ноа сорвался с места, оцепенев от столь радостного приветствия и, оклемавшись, бросился ко мне, заключив в объятья.

– Задушишь...
– Простонала ему в грудь, чувствуя, как дрожат его пальцы, зарываясь в белые волосы. Немного ослабив хватку, он прижался своим лбом к моему и, не открывая глаз, прошептал:

– Прости меня... за все.

– Шшш, не надо.
– Протянула, легко касаясь щеки хранителя.
– Я скучала, Ноа, даже там, во тьме. И желание вернутся, еще хотя бы раз почувствовать знакомое прикосновение, голос, увидеть тебя, заставляло бороться изо всех сил.

Он глухо простонал, прижав еще сильнее к себе, словно пытаясь впитать всю боль и страдания, мучавшие меня так долго.

– Ты же понимаешь, что больше я никуда не отпущу тебя, Майя. Никогда. Даже если ты заплачешь.
– Рычал, припав к губам в страстном и одновременно столь нежном поцелуе, заставляя ноги подкосится и забыть обо всем на свете. Мы больше не могли молчать, хотя и не сказали тех волшебных заветных слов. Но каждый из нас выразил гораздо больше, заполнив пустоту сердец друг друга, и дав новое будущее, где нет места одиночеству.