Чтение онлайн

В самый раз для нашего сына, у которого на уме только пища и сон. Едва мы только разместились на своих местах, как Эдик тут же улёгся в своём кресле и вскоре уснул. До регистрации билетов многочисленные тёти накормили своего племянника осталось ему спать.

Лайнер оторвался плавно от земли. Едва мы только успели привыкнуть к полёту, как стюардесс по радио объявила, что будет лёгкий завтрак. Эдик тут же стал принюхиваться к запаху пищи и вскоре проснулся, как только стюардесса принесла ему молочный напиток и бисквит.

С конфетами церемонится Эдик ни стал. Поднос с конфетами очистил в карманы на половину. После лёгкого завтрака наш сын обратно уснул. Мы тоже решили поспать до обеда. Закрыли глаза чёрными масками и тут же погрузились в сон.

Примерно через час нас разбудили к обеду. Эдика мы ни стали будить. Он проснулся сам, как только к нам в салон просочился запах сочного мяса.

Сын сразу самостоятельно выдвинул столик у своего кресла, стал ждать сытный обед. Обед действительно был сытным. Кусок жаренного мяса говядины с гарниром варёного риса. Салат из свежих овощей.

Нам чёрное кофе с молоком и бисквит. Сыну принесли какао с молоком и кусочек шоколадного торта. В этот раз на подносе конфет не было.

Вместо конфет стюардесса принесла Эдику плитку шоколада. Но сын шоколад кушать ни стал. Спрятал на запас.

– Наверно, сыт по горло? – смеясь, сказала Людмила, стюардессе. – Спасибо за подарки сыну.

– Это вашему красавчику спасибо, что он любит так хорошо кушать. – пожимая руку Эдику, радостно сказала стюардесса. – Он у вас такой красивый, что в начале подумала это девочка.

– Не девочка, а мальчик. – надувая щёки с обидой выдавил из себя наш сынок.

Мы все разом засмеялись. Людмила поцеловала сына в щеку и слегка потрепала за волосы. После ухода из салона стюардессы мы по очереди сходили в туалет.

Вскоре стюардесса объявила по радио о том, что все должны пристегнуться ремнями безопасности к предстоящей посадке в аэропорту Ташкента столицы Советской Социалистической Республике Узбекистан.

Пристегнувшись ремнями безопасности, мы тут же стали собирать свои вещи по сумкам. Эдик уткнулся лицом в иллюминатор и стал внимательно следить за посадкой самолёта.

Людмила, как всегда, при полёте в самолёте вцепилась руками в ручки своего кресла и в ужасе закрыла глаза. Можно было подумать, что наш самолёт начнёт крутится в турбулентной яме.

Однако наш самолёт приземлился плавно. Даже почти незаметно. Лишь лёгкое прикосновение колёс лайнера к бетонной полосе оповестило о нашем приземлении.

Самолёт замедлил бег. Развернул на полосе и проехал на свою парковку. Двигатели заглохли. К лайнеру сбоку уткнулся трап. Первыми из самолёта вышли пилоты.

– Пассажиры, летящие до Душанбе, проходят в транзитный зал ожидания. – сообщила стюардесса. – Время ожидания не больше полчаса. Время посадки вам сообщат дополнительно.

– Ну, всё, будем прощаться сейчас. Нас сейчас разделят у трапа. – сказал, Людмиле, целуя в щёку сына и жену. – Вас в Душанбе встретят, мама или мои братья. В командировке два дня.

Людмила хотела что-то сказать мне. Но в это время стюардесса объявила, что первыми выходят транзитные пассажиры. Людмила взяла сына на руки и пошла в сторону трапа. Мне пришлось подождать пару минут своей очереди.

Впереди меня вышли две семьи с детьми. По виду на лица и на одежду можно было догадаться, что одна семья прибыла в гости, а другая домой. Когда направился к трапу, то горячий воздух с улицы коснулся моего лица.

По сравнению с температурой в Перми, здесь в Ташкенте температура на двадцать градусов больше. Хоть и южный человек с Кавказа. Но после акклиматизации на Урале чувствовал себя в Узбекистане как белый медведь в Африке. Мне сразу пришлось на улице снять с себя верхнюю одежду до майки.

– Здравствуйте! Меня зовут Черевков Александр Сергеевич. – обратился к администратору гостиницы возле аэропорта. – На меня должна быть бронь из Перми или из Чирчика. Обе стороны обещали бронь.

– Да! Так и есть. – сказала администратор, просматривая журнал на бронь. – Обе стороны подтвердили вашу бронь на неделю в нашей гостиницы на Черевкова Александра Сергеевича. Ваше проживание будет оплачено по времени вашего выезда одной из сторон. Ваш номер двести пять. Приятного отдыха.

– Спасибо! Вам тоже всего хорошего, – взаимно, поблагодарил симпатичную даму, забирая ключ.

Мой номер в гостиницу был на втором этаже. Ничем не отличался от номеров советских гостиниц. Так же двухместный с раздельным туалетом и душем с умывальником. Телевизор и телефон на письменном столике.

По одной тумбочке у каждой кровати. Графин с водой и рядом два гранёных стакана. Один шкаф с перегородкой на двоих под верхнюю одежду, с полкой внизу под обувь и чемоданы.

Хорошо, что в номере никого не было. Мне можно было свободно отдохнуть и расслабиться после напряжённого дня с полётом на самолёте. В первую очередь принять душ и побриться. Ведь завтра у меня деликатная встреча. Как всегда, надо выглядеть солидно.

Конечно, костюм тройка и галстук в такую жару не одену. Но белая сорочка с бритым лицом рис запахом одеколона будет в самый раз. Примерно через пару часов выглядел именно так, как рассчитывал.

Но такой парадный вид нужен только завтра утром, что можно завтра рано утром повторить. Ну, а сегодня с таким видом можно прогуляться по Ташкенту до того места, где есть свежее холодное пиво и сушёная рыба к хорошему пиву. Конечно, до свинства напиваться не буду. Ведь в Ташкенте ни на отдыхе, а на служебной командировке.

– Где у вас здесь по близости есть хорошее пиво и сушёная рыба к пиву. – спросил у дворника на улице.

– Совсем близко здесь ничего такого нет. – ответил дворник. – Но если проедешь до старого рынка, то там всё найдёшь. Хоты такому крепкому парню лучше быстрее дворами пройти, чем долго ехать по городу.

Дворник показал мне направление к старому рынку через дворы. Поблагодарив дворника за совет, не спеша отправился по старым улицам Ташкента. В народе говорят, что в середине шестидесятых годов во время сильного землетрясения в Ташкенте уцелела только старая часть города и старый рынок, к которому сейчас иду пить пиво.