Чтение онлайн

– Отпустите ее или вы умрете!

Ярость в голосе, требовавшем подчинения, превратила мужчин из толпы в солдат под командованием старшего. Солдат, державший Калли, оттолкнул ее и попятился, бормоча:

– Вашу жену? Но… но она сказала, что вдова!

Держа под прицелом пистолета капрала, который, похоже, был здесь заводилой, Гордон шагнул к Калли свободной рукой крепко прижал ее к себе.

– Кэткин, подыграй мне, – прошептал он.

Как он и надеялся, это прозвище, которое знали только они двое, убедило Калли, что перед ней действительно ее старый друг. Напряженная фигура обмякла, и она обвила его руками:

– Боже праведный, любовь моя, я думала, ты погиб!

Калли разразилась рыданиями. Гордон с удовольствием отметил, что объятия не помешали ему держать пистолет. Калли всегда была самой сообразительной во всем Ланкашире. Ее шелковистые волосы пахли дымом и лавандой. Когда-то они были почти одного роста, но сейчас, одной рукой обнимая Калли за талию, он смотрел поверх ее головы и сверлил солдат самым яростным, устрашающим взглядом.

– Я лорд Джордж Одли, я был разлучен со своей женой, потому что, рискуя жизнью, выполнял поручения короля. И что я вижу, вернувшись? Что ее лапают британские солдаты! Это в высшей степени возмутительно! Я бы еще мог ожидать подобного от американцев, но от солдат Королевской армии? Вы позорите свою форму!

– Простите сэр, – пробормотал капрал, запинаясь, – но в нас стреляли из ее дома. Убили лошадь генерала Росса, ранили нескольких человек. Когда мы ворвались в дом, чтобы найти стрелков, она держала в руке пистолет и вид у нее был такой, будто она умеет с ним обращаться.

– Дорогая, это тот пистолет, который я дал тебе для самозащиты? – спросил Гордон, не отрывая взгляда от капрала и продолжая держать его на мушке.

Калли кивнула и немного отстранилась:

– Да, но я из него не стреляла. Один выстрел меня бы не спас, и мне было невыносимо представить, каково будет бедной матери какого-то парня узнать, что ее сын убит.

Гордон оскалил зубы, глядя на солдат:

– И эту женщину вы хотели изнасиловать и убить! Вам должно быть стыдно!

Калли показала на капрала, ее голос прозвучал тверже:

– Мой пистолет у него, я хочу получить его обратно. Из всего, что ты мне дал, это единственное, что у меня осталось. И еще обручальное кольцо.

Она подняла левую руку, и пламя пожара отразилось в золотой полоске на пальце. У Калли всегда было прекрасное чувство сцены.

Пристыженный капрал шагнул вперед и протянул пистолет, держа его дулом к себе.

– Простите мэм, но вы выглядели виновной, как сам грех.

– Она не виновна! – Гордон коснулся губами ее волос. – Любовь моя, мне очень жаль, что тебе пришлось перенести такое, но теперь я отвезу тебя домой в Англию, и там ты будешь в безопасности. Мы можем отплыть завтра.

– Мы не можем отплыть без детей! – воскликнула Калли.

Гордон заморгал. Детей? Учитывая, что она вышла замуж в шестнадцать лет, существование детей не должно быть для него сюрпризом, однако это напомнило ему, как много лет прошло с тех пор, когда они виделись в последний раз.

– Нет, конечно, я думал, ты их уже отправила в безопасное место. Где они?

– В Балтиморе.

«Прекрасно, ее дети в городе, который скоро возьмет в осаду половина Королевского флота, пока армия генерала Росса нападет на него с суши». Но даже старый холостяк вроде Гордона понимал, что дети обсуждению не подлежат. Он ободряюще сжал Калли. Обнимать ее было приятно.

– Тогда мы отправимся в Балтимор и отвезем их домой.

Взглянув на солдат, Гордон холодно произнес:

– Я понимаю, вы разозлились, потому что снайперы могли убить генерала Росса, но он жив, и вам пора вернуться в его войско и помочь сжечь большое правительственное здание, что в конце этой дороги. А теперь, марш отсюда!

Радуясь, что Гордон не собирается сообщать генералу Россу об их дурном поведении, солдаты побежали за основной армией так быстро, как только способны изможденные мужчины.

Солдаты скрылись из виду, а Гордон все еще обнимал Калли одной рукой. Она немного дрожала, и неудивительно. Его самого бросало в дрожь и от потрясения, что он ее нашел, и от ужаса при мысли, в какой Калли была опасности. Изнасилование – один и самых старых и самых уродливых спутников войны. Что могло бы произойти, появись он на несколько минут позднее! Калли подняла голову, собираясь что-то сказать, но в это время из переулка вышла женщина постарше, отблески пожара озаряли ее встревоженное лицо.

– О, Кэтрин, дорогая, ваш прекрасный дом! Мне очень жаль!

Калли высвободилась из объятий Гордона и шагнула к женщине.

– Ричард, это моя подруга – миссис Тернер. Она была мне хорошей соседкой. – Калли с тоской посмотрела на пламя, пожирающее ее дом. – Ах, Эдит, мне гораздо лучше, чем могло бы быть, но… я надеялась, что все-таки удастся не допустить подобной катастрофы.

– Я видела, как из вашей кухни выбегали стрелки. По-моему, это были моряки. Бравые бойцы, но плохо, что они выбрали для своего убежища ваш дом. – Миссис Тернер перевела взгляд на Гордона. – Это ваш муж, которого вы считали погибшим?

– Да, мэм. – Гордон отвесил ей легкий поклон. – Лорд Джордж Гордон Ричард Одли к вашим услугам.

– Боже правый! – Слыша столь длинную череду имен, миссис Тернер заморгала. – Дорогая, это означает, что вы леди Джордж Одли?

Калли улыбнулась:

– Мы в Америке, так что мне показалось неуместным использовать английский дворянский титул. Не говоря уже о том, что для швеи он звучал бы претенциозно.

В отдалении послышались крики и выстрелы. Миссис Тернер нахмурилась.

– Надо войти в дом, одному богу известно, что за люди орудуют сейчас в Вашингтоне. Пойдемте ко мне, вам нужна еда и безопасное место, где можно переночевать. Вам придется спать в одной комнате, но не думаю, что вас это расстроит.

– Нет, мэм. Вы правы, нам действительно необходимо где-то укрыться на ночь. – Гордон с нежностью посмотрел на Калли. – Дорогая, нам надо о многом поговорить.

– Сколько времени прошло с тех пор, как вы виделись в последний раз? – спросила миссис Тернер.

Калли вздохнула:

– По-моему, целая вечность. Спасибо за ваше предложение, Эдит, но у вас и без того полон дом народу. Мы можем переночевать в гостевом коттедже на моем участке.

– Дорогая, вы уверены? Это же почти лачуга.

– Пусть лачуга, зато знакомая и удобная. – Калли уже не терпелось там оказаться. – Но если вы можете выделить нам немного еды и питья, я буду очень благодарна. Хлеба, сыра и вашего чудесного лимонада…

– Я сейчас же пришлю вам корзинку. – Эдит снова обняла подругу. – Эта ночь была ужасной, но по крайней мере ваши дети и слуги в безопасности, и ваш муж жив! Попытайтесь уснуть, у вас изможденный вид.

– Да, теперь, когда муж со мной, я верю, что все будет хорошо. – Эдит вернулась к себе. – Ричард, сюда. – Калли кивнула на заросли кустарника за садом, озаренным пламенем пожара. – Этот коттедж раньше был помещением для рабов, но у меня нет рабов. Домик стоит уединенно и окружен деревьями, так что здесь будет гораздо прохладнее, чем в мансарде Эдит. Тут имеется и конюшня для твоего коня. Она сейчас пустует, потому что на моих лошадях уехала в Балтимор моя семья, но вода и корм есть.