Прелестная обманщица
Шрифт:
– Я согласна с тобой, Тедди, – сказала Эмма. Она знала, что брат преклоняется перед отцом и
очень по нему скучает, так же как и она сама. – Вернемся домой. Может быть, сегодня поступят вести
от него.
Они развернулись в сторону форта, остановились возле конюшен и передали лошадей груму
расседлать и почистить. Затем прошли мимо правительственного здания к жилому району, где стояло
их бунгало4. Служанка Сита наверняка уже готовила завтрак. Тедди был, как всегда, голодный, но он
забыл о еде, увидав, что на веранде стоит военный, явно поджидая их.
– Это капитан Гудрайт! – воскликнул Тедди. – Они вернулись. – Он побежал вперед. – Где мой
отец? Они одержали победу? Когда полк вернется? – набросился на капитана с вопросами Тедди.
Но тот, не ответив ему, повернулся к Эмме.
– Доброе утро, мисс Монтфорест. Я прибыл по поручению сэра Эдуарда...
У Эммы упало сердце. По скорбному выражению лица этого обычно жизнерадостного человека
она поняла, что случилось несчастье.
– Пожалуйста, пройдем в дом – там прохладнее, – стараясь говорить спокойно, пригласила всех
Эмма. – У вас есть новости?
1 Майдан – площадь в городе, используемая для базаров либо парадов. – Здесь и далее примечания переводчика.
2 Клайв, Роберт (1725–1774) – английский генерал и государственный деятель, служивший в Индии.
3 Гурки – народность, живущая в Непале.
4 Бунгало – дом с верандой.
2
– Да. – Он тяжело вздохнул. – И боюсь, что плохие. Мой печальный долг сообщить вам, что ваш
отец, майор Монтфорест, пал в бою.
– Пал? – переспросила Эмма, сжав ладони, чтобы не дрожали. – Вы хотите сказать... – у нее
перехватило дыхание, – что он умер?
– Да. Мне очень жаль. Они попали в засаду к северу от Горакпура. Погибли все – сто отличных
солдат.
Эмма упала в кресло.
Наступила тишина – все молчали и думали о человеке, доблестном воине и любимом отце. Они
знали, что больше никогда его не увидят, так как из-за жары погребения в Индии происходили очень
быстро и нечего было и помышлять о том, что тела убитых привезут и похоронят в присутствии
родственников.
– Вы в этом уверены? – спросил Тедди. – А вдруг он выжил и еще вернется? Вдруг его задержали
дожди? Ведь дороги размыло, а мосты снесло, так что у него уйдет не один месяц, чтобы добраться
сюда.
– Это невозможно, – ответил офицер. – Косцы травы, которых отправили собирать корм для
скота, услыхали стрельбу и убежали. Кроме них, в живых не осталось никого. – Капитан повернулся к
Эмме. – Мисс Монтфорест, пожалуйста, скажите, чем я могу быть вам полезен. Моя жена зайдет к вам
попозже, и вы обсудите, что делать дальше. Полагаю, сейчас вы захотите побыть одни.
– Да. Благодарю вас, капитан.
Он ушел. Эмме вдруг стало тяжело дышать. Тедди сдавил руками голову и уставился в пол. В
соседней комнате выла Сита, другой слуга читал молитву на хинди. Тедди вдруг вскочил и выбежал из
комнаты.
Эмма решила не удерживать его – он не хотел, чтобы она видела, как он плачет. Эмма смотрела
на тигровую шкуру, лежащую на полу у ее ног. Отец застрелил людоеда несколько лет назад, когда тигр
стал нападать на жителей деревни. Вместе с индийским слугой Чинкарой они привезли его домой в
тележке, и оба веселились, как два школьника. Никогда больше она не услышит его смеха.
Боль потери охватила ее, и она разрыдалась под шум начавшегося дождя. Звук падающих капель
нарастал, дождь стучал по циновке и полу на веранде, по дороге за домом и рассекал со свистом воздух.
Казалось, вместе с ней плачет вся земля.
Эмма смогла встать лишь спустя час. Она вытерла глаза носовым платком. Рядом оказалась
Сита.
– Он перешел в следующую жизнь, – заявила индианка. – И эта жизнь будет лучше, потому что
он хороший человек, и Чинкара тоже с ним – он заботится о нем. Теперь наш хозяин – Тедди-сагиб.
– Да-да, конечно. – Эмма вымученно улыбнулась при мысли о школьнике Тедди,
распоряжающемся их жизнями. Совершенно очевидно, кто возьмет бразды правления в свои руки и
станет принимать решения. Ей надо быть сильной, разумно мыслить и не поддаваться горю,
съедающему душу и ум.
Голова кружилась от тысячи вопросов. Самое главное: как они станут жить без отца? Эмму
волновало не ведение хозяйства – она занималась этим не один год. Разрешат ли им остаться в бунгало,
которое принадлежало Ост-Индской компании? А если нет, то куда им деваться? Она предполагала, что
у отца имелись какие-то деньги, но достаточно ли их, чтобы Тедди продолжал учиться в колледже?
К тому же пойдут разговоры. Молодой девушке не пристало жить одной. Эмма подозревала, что
офицерские жены налетят как назойливые мухи и станут давать советы о том, как ей следует жить.
Ей было двадцать два года, и она давно вышла из возраста, когда нуждалась в компаньонке. Она
одевалась так, как хотела, и вела себя по собственному разумению. В дни испытаний она могла
рассчитывать на своих верных слуг, от которых было больше пользы, чем от ограниченных
европейских дам, которые, дай им волю, тут же выдали бы ее замуж за первого новоприбывшего
офицера.
Опасения Эммы оказались не лишены основания, когда, как только кончился дождь, прибыла
миссис Гудрайт. Похолодало, и маленький сад был полон испарений: деревья, кусты и служебные
строения виднелись как в дымке. С листьев пальмы около двери налило целую лужу – по ступени
веранды.
– Ты должна переехать к нам, – деловито заявила миссис Гудрайт, стягивая перчатки и поднимая
вуаль. Эмме всегда было непонятно, почему эта дама наряжается так, словно живет в Европе. – Мы