Чтение онлайн

В один прекрасный день мистер Скэркроу появился на полубаке, где двое матросов исполняли свои обычные обязанности при 5-дюймовом «Тулио» — главном орудии корабля. Прохаживаясь туда-сюда, он обратил внимание на то, что палубное покрытие испещрено круглыми отверстиями, сквозь которые просматривается лежащий ниже металл. И начал «зудеть». Вынужденные слушать его пустопорожнюю тираду матросы не знали, как избавиться от этого зануды в погонах. Но тут он произнес:

— Откуда, интересно, взялись эти безобразные дырки?

Эта фраза сыграла роль спички, поднесенной к бикфордову шнуру. Матросы наперебой принялись объяснять офицеру, что это работа палубного дятла — крупной темно-серой ночной птицы, распространенной в северной части Тихого океана. Палубный дятел, говорили они, по ночам летает над морем, высматривая корабли, а найдя, опускается на палубу и принимается искать паразитов, гнездящихся под слоем краски. Упомянутые паразиты, в свою очередь, питаются остатками кордита (бездымного нитроглицеринового пороха), изобилующими возле орудий. Круглые же отверстия в палубах военных кораблей образуются оттого, что эта птица имеет привычку долбить клювом вокруг себя, прежде чем переместиться на новое место. А благодаря ночному образу жизни и очень темной окраске палубные дятлы крайне редко попадаются на глаза людям.

Офицер был совершенно захвачен рассказом моряков. Они даже продемонстрировали ему крик редкой птицы — странный хриплый звук, который привлек внимание других членов команды, и они собрались вокруг, чтобы послушать, как двое парней, перебивая и дополняя друг друга, продолжают просвещать мистера Всезнайку. А когда эта импровизированная лекция подошла к концу, мистер Скэркроу, окинув взглядом восхищенных слушателей, произнес:

— А знаете, я где-то читал об этом.

Не прошло и часа, как всей команде, начиная от самого зеленого новичка и кончая капитаном, стала известна эта история. Разумеется, на самом деле упомянутые отверстия в палубном покрытии образуются совсем по другой причине — это следы от снарядных гильз, выбрасываемых из орудия после выстрела. Однако палубный дятел, водящийся в северной части Тихого океана, продолжает жить в моряцких байках.

 Источник: сообщение частного лица (William P. Sparling, Sr.).

1999 ГОД

Много лет назад среди прочих материалов, используемых при подготовке полицейских, им демонстрировался учебный видеофильм под названием «Как дурак испытывал бронежилет». В качестве главного героя в нем фигурировал человек, предлагавший всем желающим выстрелить в его пуленепробиваемый жилет.

При этом сам он находился внутри последнего.

Желающих оказалось хоть отбавляй. В него стреляли из всех калибров — от скромного 22-го до «магнума-357». Последний выстрел был сделан из винтовки АК-15, близкой родственницы М-16. Пуля прошла буквально парой миллиметров ниже жилета «Кевлар» с его металлической защитной пластиной. Она прошила нижнюю часть желудка и толстую кишку экспериментатора и на всю оставшуюся жизнь повредила ему позвоночник. И по сей день он не может ходить нормально.

Да… Как говорится, бывает.

 Источник: сообщение частного лица, пожелавшего остаться неизвестным.

Все истории, собранные нами в этой главе, объединяет один общий элемент: тестостерон. Действия номинантов до такой степени недальновидны, до такой степени противоречат здравому смыслу, что объяснить их можно, наверное, лишь некой врожденной потребностью в повышенном риске. Знакомясь с этими историями, невольно задаешься вопросом: а что, если эти люди уже успели обзавестись потомством?

Должен ли номинант быть автоматически дисквалифицирован, если у него есть дети? Поскольку в определении нашего поведения и наших решений в тех или иных ситуациях играют свою роль факторы как генетические, так и связанные с окружением, нам придется рассмотреть в качестве источника потенциальных кандидатов на Премию Дарвина и те и другие, а уж потом попытаться ответить на этот вопрос.

Чтобы облегчить самим себе поставленную задачу, рассмотрим следующий конкретный пример. Представим себе, что единственной причиной того, что человек становится лауреатом Премии Дарвина, является наличие у него гипотетического гена подрывника-неудачника — гена, заставляющего его игнорировать потенциальные неприятные последствия несерьезного обращения с минами и гранатами.

Человек, обладающий этим воображаемым геном, склонен преуменьшать опасность, считая, что «умеет обращаться со взрывчаткой», а посему ему ничто не грозит. Сколько бы ему ни довелось видеть на кино или телеэкране кадров с разлетающимися в разные стороны частями человеческого тела, скольких бы он ни знал лично людей, пострадавших при взрывах, он все равно будет мнить себя большим докой в этом деле, а следовательно, неуязвимым.

И вот в один прекрасный день ему придет в голову поиграть в русскую рулетку с противотанковой миной, как это пришло в голову трем парням, о которых вы прочтете в истории «Роковой пинок», и его сыну придется предавать земле то немногое, что от него осталось.

Сын этого человека унаследовал половину генов отца и половину — матери. Он должен быть попросту благодарен судьбе за то, что у него вдвое меньше шансов носить в себе папин роковой ген подрывника-неудачника. Поскольку есть большой процент вероятности того, что дети не заполучили этот малоприятный ген, наличие потомства никак не мешает родителю-подрывнику стать лауреатом Премии Дарвина.

Однако генетическая сторона дела — это лишь часть обсуждаемой проблемы. Наше окружение также играет свою роль в склонности того или иного индивидуума рисковать собственной жизнью и здоровьем. Это разделение известно как конфликт «природа против природы», и специалисты регулярно высказывают противоречивые мнения по этому вопросу. Давайте посмотрим, как фактор окружения может повлиять на получение человеком Премии Дарвина.

Если отец ребенка обладает геном подрывника-неудачника, этот ребенок под влиянием папы может усвоить, что играть со взрывчаткой — дело вполне нормальное. Даже если сам ребенок не носит в себе упомянутого гена, он имеет серьезные шансы сделаться лауреатом Премии Дарвина, потому что его окружение внушает ему мысль: ты умеешь обращаться со взрывчаткой. Пока рядом папа, вдохновляющий своего отпрыска на рискованные действия, можно считать, что само социальное окружение сына прямо-таки подталкивает его навстречу опасности.

Но предположим, что папа бросает сигарету в ведро с тротилом, как детективы в истории «К вопросу о вреде курения» (глава «Семь пядей под козырьком»), и взлетает на воздух. В этом случае в высшей степени маловероятно, что ребенок последует по его стопам. Влияние фактора окружения отрицается действием, повлекшим присуждение Премии Дарвина. И снова нам приходится сделать вывод, что мужчины, имеющие потомство, могут на равных участвовать в борьбе за эту награду.

И наконец, отпрыск, унаследовавший злополучный ген, рано или поздно и сам «отличится». Так что правила не дисквалифицируют тех из номинантов, кто уже успел стать отцом.