Чтение онлайн

— Точно. Наверное. Ты меня не отвлекай давай, — приподнялась она на локтях. — Лучше расскажи, как Антар тебя на метку уговорил, вы же на юге обычно свысока на них смотрите.

— Как будто он меня спрашивал, — жрец вытянулся рядом. — Меня перед фактом поставили.

— А я все-таки спрошу, — она протянула к нему левую руку, покрытую тонкой вязью, словно искусно выведенной пером, — со мной метками обменяешься?

Мактар кивнул, оплетая пальцами предплечье Альхэ, чтобы запястья соприкоснулись. Сейчас проявление метки на коже ощущалось иначе, не как случайный ожог, когда он обменивался метками с Антаром прошедшей ночью, не как клеймо, как это было тогда в Храме. Жгло, зудело, но было терпимо. И прошло удивительно легко, завершенная метка даже не опухла и никакого дискомфорта не доставляла.

— Вот тебе и разница, между полностью добровольной и осознанной и всеми остальными вариантами. И я все еще жду от тебя историю про отметину на шее.

Ему показалось, или в голосе Аль проскользнула ревность? Мактар внимательнее посмотрел на Альхэ, которая продолжала буравить его взглядом. Ему оставалось только неловко пожать плечами и бездумно прикрыть основание шеи ладонью. Преобразовательница еще немного поразглядывала его, но потом махнула рукой, мол, не хочешь — не надо. И легла обратно, подтягивая под себя подушку, чтобы удобнее устроиться. Покрытый намоленным металлом позвоночник медленно становился просто рисунком на коже, хвост укладывался вдоль спины вторым рядом, Альхэ раздраженно зашипела, когда тяжелый наконечник лег на плечо.

Мактар встал с кровати, отходя к полкам, на которых стояли ровные ряды неподписанных флаконов. Но запас обезболивающего он узнал сразу. Альхэ под прикосновениями даже не вздрагивала, но Мактар, со вчерашнего вечера ощущающий на горле ледяную хватку, наконец-то смог вздохнуть свободнее. Кажется, в этот раз все обошлось.

*

Альхэ вертелась перед зеркалом, пытаясь понять, можно ли магическим зрением уловить фон “хвоста”, когда тот скрыт под кожей. Выходило, что только если знать, что искать. И этот факт заставлял преобразовательницу довольно улыбаться, да и мать, пусть и оттаскала сначала за уши за такой риск, но все-таки признала и уровень работы, и ее полезность. Но уезжать в Керэн-Лэ Рейте Антар от этого легче не было, хотя Райтану она увозила с собой, Альхэ пообещала никого не задирать до ее возвращения, и вроде бы основные точки преткновения были убраны, но на сердце все равно было неспокойно. Нервозность передалась и самой Альхэ, которая ходила за родительницей хвостом, выслушивая все замечания и старательно вникая в ее дела. Пока только в эксперименты в лаборатории, но Аль и этого хватало, чтобы загрузить голову до полной неспособности воспринимать что-то еще.

Мактар просто был где-то рядом, на краю восприятия, то уводя заработавшуюся Альхэ из лаборатории, где та засиживалась сутками, то помогая там, будучи на подхвате. Изредка дотягивался до Антара, который спешил натаскать сестру перед отъездом и тоже маялся от тревоги. Райтана закатывала глаза, называя старшего брата наседкой, и обещая, что все будет хорошо. Дунха отбивался от Совета, которому кто-то донес об опытном образце в лаборатории, и тихо радовался, что они с Альхэ заучивали расчеты наизусть, сжигая лабораторные дневники. Макху в последнее время начал говорить тревожащие вещи про людей и их место в мире, про роль преобразователей, и история вроде бы не новая, но давать ей хоть призрачный шанс пойти куда-то дальше разговоров… Молодое поколение старательно ускользало от таких обсуждений.

Рейта Анктар не выдержала этого всеобщего напряжения и недомолвок первой, в один из вечеров собрав компанию дочери у себя в лаборатории. Альхэ бесцеремонно уселась на стол, очистив себе часть столешницы. В углу неловко притулился Мактар, все еще не слишком комфортно ощущающий себя среди других преобразователей, Дженталь устроились рядом с книжными полками, о чем-то безмолвно переговариваясь. Опоздавшие алхимики просто пристроились у двери, кажется, у них был в самом разгаре какой-то эксперимент, так что сорваться с места они были готовы в любой момент.

— Дети, — она устало сжала переносицу, — я ведь могу положиться на ваше благоразумие? Не хотелось бы, чтобы вы в эти полгода нашли себе неприятности.

— Ма, ты просишь невозможного, — Альхэ подобралась ближе, устраивая голову на плече матери. — Мне для этого надо в лес уйти. Или нам всей компанией в храме закрыться на все полгода. Не получится.

— Если очень нужно — я ее там закрою, — нервно хмыкнул Мактар, все еще иногда с содроганием прошлый раз вспоминая.

— Она тебя сожрет, — в один голос произнесли Дунха и Менху, рассматривая покрасневшего от какой-то своей мысли жреца, старательно игнорирующего некультурный хмык прочитавшего его мысли менталиста.

— Я надеюсь, — добавила строгости в голос Рейта, — что никто никого не съест, не выпотрошит, не нарвется на неприятности с Макху, не наделает полукровок в ближайшей деревне и не наживет себе врагов сверх того, что уже есть. Я ведь могу рассчитывать на вашу сознательность?

Рейта дождалась кивка ото всех присутствующих. Улыбки постепенно меркли, Мактар и вовсе сверлил взглядом стену над плечом Альхэ, из-за чего та нервно поводила плечом под пустыми глазами жреца. Тот вообще в последнее время ходил сам не свой, то и дело выпадая из происходящих вокруг него событий, затем резко возвращаясь и тревожно осматриваясь. Анктар-младшая стала еще громче, еще острее реагируя на все реплики в свой адрес. Про остальных она не знала, разве что Антар перестал спать, лишь раз вскользь пожаловавшись на слишком громкие мысли, пробивающиеся через все защиты. Даже нервно шутил, что скоро пойдет к Мактару проситься на ночлег.

А еще менталист странно косился на Макху, но наводящие вопросы ничего не дали, он и сам до конца не мог разобрать, о чем тот думает. Словом, над Башней висел удушающий туман непонятной настороженности, но никто не знал, откуда ждать беды. По старой привычке решили свалить вину на южных соседей — да те и в самом деле странно зашевелились — и собрать посольство в Керэн-Лэ, чтобы “присмотреть”.

Альхэ нервно провернула кольцо на пальце. Смысла в нем особого не было, так, символическая безделушка, после помолвки только восприятие по меткам стало острее, но постоянное кручение украшения хотя бы немного успокаивало, не давало окончательно скатиться во всеобщую подавляемую нервозность.

*

— Я так больше не могу, — протянула Альхэ, наконец выбравшись из лаборатории и вяло ковыряя вилкой в тарелке. — Они опять переносят возвращение… уже три года прошло.

Анктар покосилась на сидящих за соседним столом людей. Людей! Макху притащил в Башню смертных, говоря что-то о дружбе между соседями. Скептицизм, с которым на него смотрели окружающие, можно было потрогать руками. Новый состав Совета смотрел алхимику в рот. Дунха отчетливо скрипнул зубами — Макху якобы “случайно”, потому что опыт из-под контроля вышел, спалил Белую Рощу, преобразовательское кладбище, основанное еще первыми пришельцами из другого мира, и лишил лежащих там шанса на пробуждение. Его отца в том числе. Аирани, те самые переселенцы, считали, что проснуться вновь можно только если твое тело цело, даже известны такие случаи уже здесь, в это мире. Но “спящее” тело могли сохранять только принесенные с прародины растения, а теперь они погибли. Схожий эффект был у склепа под храмом, ночью, увы, не в первые сутки, они с Мактаром перенесли некоторых уцелевших туда, пока Антар отвлекал неспящих, но таких были единицы, тех, чьи тела не рассыпались без подпитки. Древние чистокровные. И то, жрец предупредил, что это может не помочь, слишком много времени прошло. К рассвету всех трясло от перенапряжения, лица были покрыты кровавыми разводами. Солнце встретили на ступеньках позади храма. Мактар посмотрел в светлеющее небо и неожиданно сказал:

— Поздравляю, вы пережили нахождение в храме. Уникальный опыт.

— Ага, такой, что лечь и умереть охота, — Менху с трудом оторвал гудящую голову от колен старшего брата.

— Только попробуй, — лениво пригрозила Альхэ, которой сегодняшняя ночь далась значительно легче. — Хотя… тут нести недалеко.

— Ты ж дождешься моего пробуждения и потом упокоишь с особой жесткостью, я тебя знаю.

Тогда этот нервный смех помог немного разрядить обстановку, но сейчас даже хорошая шутка ситуацию не спасла бы. Когда кто-то из пришлых обратился с вопросом к Эттеру, тот не выдержал, демонстративно пересаживаясь за стол к компании Альхэ. По лицу и шее рыжего поползли алые пятна, как всегда бывало, если алхимика что-то раздражало. Сейчас Аль была готова поспорить, что тот готов сорваться на любую реплику в свою сторону. Дунха и Менху только синхронно глаза закатили, когда Эттер вклинился между ними, прямо напротив Альхэ.

— Будешь так кипятиться — я тебя прямо здесь чем-нибудь оболью, — едва слышно шепнула преобразовательница.

— Что? — он поднял глаза на химеролога, переключая внимание с людей на Анктар.

— Вот так лучше. Не смотри в ту сторону. Ты и так своим побегом нас подставил, — Альхэ пользовалась тем, что сидела спиной к Макху и тот не мог прочитать по губам. — Скажи какую-нибудь гадость, чтобы твой отец думал, что и мое общество тебя раздражает.

— Да катись ты… в Темноту, — почти искренне выдавил он, раздраженно отбрасывая нож.