Чтение онлайн

В другой раз к преподобному Феодосию пришел келарь Феодор и сказал: «Сегодня нечего предложить мне братии на трапезу». Преподобный отвечал ему: «Иди, потерпи немного, моля Бога, чтобы позаботился о нас. Или же, на крайний случай, свари пшеницу и, смешав кашу с медом, предложи братии на трапезе. Но я надеюсь на Бога, Который в пустыне на Него ропщущим людям хлеб небесный низвел дождем и одарил их перепелами. Тот Бог и нам ныне может пищу подать». Послушавшись преподобного, келарь ушел. Преподобный же встал на молитву. И вот один из бояр по имени Иоанн, по наставлению Божию, приказал нагрузить три телеги съестными припасами – хлебом, сыром, рыбой, пшеном, чечевицей, медом, и послал все это в Печерский монастырь. Увидев это, преподобный Феодосий возблагодарил Бога и сказал келарю: «Вот видишь, брат Феодор, что не оставляет нас Бог, если только надеемся на Него всем сердцем. Так иди же и приготовь для братии обед обильный в этот день, ибо это посещение Божие».

А однажды к преподобному Феодосию пришел священник одного из городских храмов и просил дать вина для служения Божественной литургии. Преподобный, тут же призвав пономаря, велел ему налить вина в сосуд, принесенный священником. Но пономарь отвечал: «Немного у меня вина – едва на три или четыре литургии». Преподобный же сказал ему: «Налей все, что есть, человеку этому, а о нас Бог позаботится». Но пономарь, вопреки указанию преподобного, налил тому священнику немного вина, оставив столько, чтобы хватило для служения литургии. Священник же пожаловался преподобному Феодосию, что так мало ему дали. Тогда преподобный вновь зовет пономаря и говорит ему: «Не сказал ли я тебе: «Вылей все, а о завтрашнем дне не заботься?» Неужели же Бог оставит завтра церковь Матери Своей без службы? Но сегодня же подаст нам вина в избытке». Пономарь пошел и отдал оставшееся вино священнику. А поздно вечером, когда братия уже отужинала, вдруг приехали в обитель три воза, наполненных бочками с вином. Их прислала женщина, ведшая хозяйство в доме князя Всеволода. Пономарь же прославил Бога, удивляясь прозорливости преподобного Феодосия, сказавшего: «В этот день подаст нам Бог вина до избытка».

Тот же пономарь стал свидетелем и другого чуда нестяжания. Как-то раз, накануне праздника Успения Пресвятой Богородицы, не было в обители деревянного (оливкового) масла, чтобы залить в лампады. Тогда пономарь хотел надавить льняного масла для лампад. Спросил он об этом и преподобного Феодосия. Преподобный благословил его поступить так, как он и задумал. Но когда пономарь собрался разливать масло по лампадам, он внезапно обнаружил, что в льняном масле утонула мышь. Не зная, что делать, побежал он к преподобному и сказал, что тщательно закрывал сосуд и не понимает, как могла мышь утонуть там. Но преподобный увидел в этом Божию милость и, укорив себя за неверие, сказал пономарю: «Следовало бы нам, брате, возложить надежду на Бога, ибо Он может подать нам нужное. А не делать по неверию то, чего не следовало. Иди, вылей масло то на землю и, молясь Богу, потерпи немного, и Он подаст нам сегодня деревянного масла с избытком». После этого преподобный встал на молитву. Вскоре, уже вечером, некий богач прислал в обитель бочку деревянного масла. Преподобный же прославил Бога, скоро внявшего его молитвам.

А некоторое время спустя пришел к преподобному старший над пекарями и сказал: «Нет у меня муки, чтоб печь братии хлебы». Преподобный ответил ему: «Пойди, посмотри в сусеке, а ну как найдется в нем пока немного муки, а там Господь снова позаботится о нас». Но тот инок, что подмел сусек и замел все отруби в один угол, да и тех немного – с три или четыре пригоршни, – и сказал: «Правду тебе говорю, отче, я сам вымел сусек, в нем нет ничего, разве только отрубей немного в одном углу». Преподобный же Феодосий отвечал ему: «Поверь мне, чадо, Бог может и из той пригоршни отрубей подать нам муки. Как при Илии сделал он для той вдовицы, которой из единой горсти подал множество муки, так что она с детьми своими прокормилась в голодное время, пока снова не пришла пора собирать урожай. Вот так и ныне может Бог также из малого многое сотворить. Иди же и смотри, будет ли на том месте благословение Божие». После этих слов брат ушел и снова направился к сусеку. Войдя же туда, он обнаружил, что прежде пустой закром полон муки, так что даже она просыпалась сквозь стену на землю. В ужасе от такого явления побежал он к преподобному Феодосию и рассказал ему все. Преподобный же сказал ему: «Иди, чадо, и никому о том не говори, но испеки, как обычно, хлебы для братии. Это по молитвам преподобной нашей братии ниспослал нам Бог Свою милость, подав нам все, чего ни пожелаем».

Такова была искренняя надежда на Бога у преподобного Феодосия, так уповал он на Господа нашего Иисуса Христа, что не рассчитывал ни на что в мире сем, но всеми мыслями и всей душой устремлялся к Богу, на Того все надежды возложив, совершенно не заботился о завтрашнем дне и постоянно держал в памяти сердца своего глас Господень, вещающий: Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы: и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? Итак не заботьтесь о завтрашнем дне (Мф. 6: 26, 54).

Наставляя братию в добродетелях, преподобный Феодосий и сам не ослабевал в подвижничестве. По словам жизнеописателей, все ночи преподобный проводил со слезами, молясь Богу. Лишь ненадолго он позволял себе уснуть сидя. При этом преподобный всячески скрывал свой подвиг. Но церковные уставщики, подходя к келье преподобного перед заутреней, чтобы взять благословение, слышали молитву и плач преподобного. Если же он сам слышал приближающиеся шаги, то тут же умолкал, притворяясь спящим. Когда же уставщик начинал стучать и восклицать: «Благослови, отче», преподобный не сразу откликался. Но лишь через некоторое время, будто проснувшись, отвечал: «Господь наш Иисус Христос да благословит тебя, чадо». Но как только уставщик отходил, преподобный сразу же выходил из кельи и первым приходил в храм.

Ежегодно, в начале Великого поста, преподобный Феодосий уходил и затворялся в пещере до наступления Вербной недели. В пятницу же Вербной недели преподобный выходил к братии и, остановившись в дверях церковных, поучал всех и утешал в подвижничестве их и в посте. Себя же уничижал перед ними, что ни в одну из недель не смог он сравняться с ними в подвижничестве.

Во время пребывания преподобного в пещере он перенес духовную брань. Неоднократно являлись ему злые духи, хотевшие устрашить его, но преподобный мужественно противостоял им, взывая о помощи ко Господу, и Господь Иисус Христос не оставил его.

Однажды, когда он, присев после повечерия, хотел немного отдохнуть, раздался в пещере шум и грохот и вопль множества бесов. Как будто одни из них ехали на колесницах, другие били в бубны, иные дудели в сопели, и так все кричали, что даже пещера тряслась от страшного гомона злых духов. Слыша все это, преподобный Феодосий не падал духом, но, оградив себя крестным знамением, вставал и начинал распевать псалмы Давидовы. И тотчас же страшный шум этот затихал. Когда же он, помолившись, садился, вновь раздавался шум бесовский. И тогда преподобный вновь принимался за молитву. И долго злые духи так вредили ему.

Но после победы над ними он поучал печерских иноков бороться с бесами, рассказывая о том, что было с ним самим. Преподобный говорил: «Вот как-то ночью пел я в келье обычные псалмы, и вдруг встал передо мной черный пес, так что мне нельзя было положить поклон. И долго он так стоял и, когда я хотел ударить его, он стал невидим. Тогда страх и трепет объяли меня в такой степени, что я захотел бы бежать с того места, если б Господь не помог мне. И вот, немного оправившись от страха, начал я прилежно молиться и класть частые поклоны, и постепенно оставил меня страх, так что с тех пор перестал я бояться бесов, даже если являлись они передо мною».

Всегда, по возможности, утешая братию, сам преподобный Феодосий был строгим постником. Поэтому в те дни, когда для братии бывало угощение, преподобный радовался с братией весельем духовным. Сам же ел только хлеб сухой и овощи вареные без масла, запивая водой. Но никогда не видели его унылым или понурым на трапезе с братией, но с лицом веселым, светящимся благодатью Божией.

Будучи настоятелем, преподобный Феодосий никогда не величался и не гордился, но всегда смиренно обращался с братией, считая себя низшим в подвиге и добродетели. Скромность и смирение преподобного Феодосия выражались также и в том, что, привыкнув с юности к убогой одежде, он не изменил своей привычке и став игуменом Печерской обители. Всегдашним одеянием преподобного – и в обители, и в гостях у князей и бояр – была власяница из грубой шерсти, поверх которой он надевал ветхую свитку, чтобы не видели одетой на нем власяницы. Многие, в том числе и некоторые печерские иноки, не понимали: зачем уважаемый игумен славной обители ходит в таком убогом виде? Они не раз укоряли преподобного, а миряне и вовсе насмехались над ним. Но он все переносил с благодушием, утешая себя евангельскими словами: Блаженны вы, когда (гудут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах (Мф. 5: 11–12).

Воистину, можно сказать, что преподобный Феодосий никогда не бывал несправедлив или гневен, не посмотрел ни на кого сердито, но был всегда милосерд, и тих, и жалостлив ко всем.

В игуменство преподобного Феодосия между тремя старшими князьями Ярославичами случился серьезный конфликт. Все началось с того, что в 1068 году триумвират этих князей потерпел поражение от половцев, предсказанное преподобным Антонием. После поражения киевский князь Изяслав хотел было отсидеться за городскими стенами, но горожане взбунтовались и изгнали князя, поставив вместо него томившегося в заточении Всеслава Полоцкого. Год спустя князь с помощью своих союзников – поляков – смог вернуть себе Киевский престол. Он расправился с бунтовщиками, но это не прибавило ему ни почтения горожан, ни уважения братьев-союзников. Между тем половцы вновь устраивали опустошительные набеги на киевские пределы. А князь Изяслав не мог дать им достойного отпора, связанный по рукам и ногам бесплодной войной с Всеславом Полоцким.