Чтение онлайн

Вернувшись в Стамбул, нас ожидало недолгое расставание. Отец Юсуфа, который неважно чувствовал себя в последнее время, требовал от сына к себе повышенного внимания.

— Совсем не кстати эта поездка. Я не хочу уезжать от тебя. — С горечью произносил Юсуф, раскрывая для меня свои тёплые объятья. Я прильнула к его широкой груди, и он сомкнул кольцо рук.

— Это же ненадолго. Отец поправится, и ты вернёшься. — Успокаивала я его.

Юсуф молчал. Это была одна из тех ситуаций, перед решением которой он был бессилен. Его отец.

— Я буду очень скучать по тебе. Обещай, что дождёшься меня Лисс? — его прямой взгляд был полон сожаления.

— А кого мне ещё ждать? Ты единственный, кого я люблю, — рука потянулась погладить его щетинистую щеку, но он снова перехватив, поднёс к своим губам и поцеловал.

— Скажи мне это ещё раз… — его взгляд снова заставлял меня плавиться.

— Ты единственный, кого я буду любить всю жизнь! — он ловил каждое слово, пытаясь запечатлеть его в памяти.

— Ты — моя жизнь Лисс!

Я боялась раствориться в его объятьях, так крепко он меня прижимал к себе. Мягкие тёплые губы снова клеймили меня, подтверждая мою полную принадлежность их владельцу. Вкус любви Юсуфа был несравним ни с чем. Он был неповторимым.

Смотря ему уходящему вслед, понимала, то, что произошло между нами, было глубоко всерьёз и надолго. И если бы мне сказали, что в тот день я видела лицо любимого в последний раз, я бы громко рассмеялась в ответ.

10.

Я ждала его… Ждала Юсуфа вопреки всему, надеясь на скорую встречу. Сгорая от любви в тоске по нему, единственным утешение для меня были медицинские энциклопедии. Я штудировала их днями и ночами, ожидая звонка от любимого. Но прошла неделя… Потом вторая… Третья… Все мои попытки услышать его голос заканчивались монотонным "Абонент вне зоны действия сети". Юсуф, человек, который и дня не мог прожить без меня, исчез…

— Что с тобой подруга? Мне совсем не нравится цвет твоего лица! — Верда начинала замечать мои изменения. Мой настрой изо дня в день уже был отнюдь не бодрый. И некогда весёлое лицо стало выглядеть бледным и измученным от постоянных переживаний.

— Юсуф пропал… — как можно тише открылась я подруге.

— Стрекоза расправила крылья и улетела?

— Верда мне не смешно!

— Погоди, как долго он не появлялся?

— Три недели.

— Три недели?! — чуть ли не криком переспросила подруга. — Он же жить без тебя не мог! Хотя…

Верда, сидящая в пол-оборота, развернулась ко мне всем телом и пристально посмотрела в глаза, словно искала в них ответ на свои предположения.

— Я же тебя предупреждала Лисса… Теперь ты испорченный товар, а покупателя и днем с огнём не сыщешь, — взгляд Верды потух. Она с сожалением опустила голову. — Стамбул такой Лисса, к одним он милостив, а к другим жесток. И понять на какой ты сейчас стороне, поверь, не составит труда.

Домой я возвращалась пешком, несмотря на проливной дождь. Пустые такси то и дело останавливались на обочине, предлагая довезти за бесплатно. Я лишь успевала отмахиваться. Мне было настолько гадко и противно на душе, что за этой острой грудной болью, на всё происходящее вокруг было абсолютно наплевать… Мысль о том, что все слова, которые произносил Юсуф до момента моего "полного" подчинения к себе, после оказались ложью, намертво засела в моей голове. Неужели он, человек, который со слезами на глазах клялся мне в вечной любви, добившись желаемого просто исчезнет? К чему тогда эти отношения, длившиеся больше года, если можно было силой уложить меня в постель, а не дожидаться, пока я сама для этого созрею? Зачем тратить на меня кучу своего времени? Зачем надо было приезжать ко мне каждую неделю летом, за тысячи километров? Зачем знакомиться и обзаводиться уважением моих родителей?

Слишком много "зачем" тяготили мою душу в последнее время.

Взяв на несколько дней отгул на работе, и впервые официально прогуливая учебу, я осталась дома, утопая в своих слезах ночи напролёт. Я пыталась найти Юсуфу оправдания. Предположений было несколько — поломка сотового, но у его семьи достаточно денег, чтобы позволить себе купить новый незамедлительно. Возможно, его отцу совсем плохо и он не может его оставить. Тем не менее, я надеялась на его приезд и последующие за ним объяснения.

Обеспокоенная Верда через пару дней, все таки вынудила меня вернуться к учёбе, заехав рано утром.

— Как ты? Есть новости? — с лёгкой нервозностью управляя машиной, интересовалась подруга.

— Нет. Никаких новостей. — направила опустошенный взгляд направо рассматривая проезжающие улицы.

— Хватит лить по нему слезы, черт возьми! Подумай о себе сама, если он не подумал! И начни уже, наконец, хоть что-нибудь есть, ты все ещё бледная и худая!

Каждое произнесенное ею слово было правдой. Я забыла, когда ела в последний раз и теперь походила на тень. Исхудавшее тело с некогда загоревшим кожным покровом было бледным, а где-то даже проявлялись капилляры сосудов.

— Обещаю, я съем целый семит сразу, как мы приедем.

Если бы просыпаясь с утра я знала, что мне предстоит перенести и удастся ли прожить этот день до конца, я бы вовсе не просыпалась…

За каждодневным пролистыванием ленты одной из социальных сетей между парами я наткнулась на обновлённый и до боли знакомый профиль. От увиденной фотографии, мне вдруг стало тяжело дышать, воздух перестал поступать в лёгкие. Я начала задыхаться… Сокурсники ринулись ко мне оказывать первую помощь. Через пару минут меня привели в чувство, дав воды и сбрызнув запястья одеколоном. Испуганная Верда уже не отходила от меня ни на шаг.

— Что произошло Лисса?

Мой язык все ещё был тяжёлым для разговора, поэтому я протянула ей свой мобильный с фото, наблюдая, как увеличиваются её глаза от негодования.

— Это он? Он что женился? — не сумев совладать с собой, прокричала подруга. Робкий кивок с моей стороны был подтверждением выдвинутых ею обвинений. — Мразь, я так и знала! — никак не могла успокоиться.

Горькие слезы прыснули с моих глаз, безжалостно окрашивая моё бледное лицо разводами потекшей туши. Я хотела привстать, но резь в животе сразила меня наповал.

— Лисса, тебе плохо? — с волнением обратилась Верда.

— В животе колики. Не могу встать.

— Это все из-за него черт возьми! Тоже мне Святой Юсуф! Погоди, я сейчас позову Адем бея, он ещё здесь, осмотрите тебя, как-никак профессор.

Через несколько минут в дверях аудитории показался профессор Челик и все оставшиеся студенты вышли в коридор.

Взглянув с содроганием на меня такую беспомощную и изможденную, всю в слезах, профессор провел плановый осмотр.

— Давно у тебя эти боли? — закончив процедуру, и сев рядом на стул поинтересовался профессор.

— Нет. Сегодня проявились.

— Есть подозрения на гастрит, но стоит ещё сдать анализы. Я вколол обезболивающее, думаю теперь тебе нужно открыть незамедлительно больничный лист и как следует пролечиться.

— Помогите мне встать Адем бей. — я все ещё оставалась бессильной, а холодный пот выступивший по всему телу ещё больше усугублял мой дискомфорт.

Молодой профессор подставил свое плечо как опору для меня и, обхватив за талию, вернул мое тело в вертикальное положение. От увиденной картины, которая происходила дальше, мы молча взглянули друг другу в глаза, не понимая всей сути ситуации, с которой нам пришлось столкнуться. И если предательство Юсуфа я может быть и смогла пережить, но как реагировать на ЭТО, я не знала.