Чтение онлайн

— Вам придется немедленно отправляться обратно, констебль, — сказал он. — А я останусь здесь. Мне нужно переговорить с Энди Мейденом.

Нката явно удивился.

— Неужели вам самому не хочется съездить в Лондон? На вашем месте я бы еще приплатил мне кругленькую сумму, чтобы я остался здесь.

Ханкен непонимающе поглядывал на приезжих. Он заметил, что Линли слегка порозовел. Это его удивило. До сих пор этот мужчина выглядел совершенно невозмутимым.

— Я думаю, Хелен вполне обойдется без меня пару дней, — сказал Линли.

— Новобрачных обычно не подвергают таким испытаниям, — возразил Нката и объяснил Ханкену: — Наш шеф женился всего три месяца назад. Практически у него только недавно закончился медовый месяц.

— Ну довольно, Уинстон, — сказал Линли.

— Так вы недавно женились! — Ханкен одобрительно кивнул. — Что ж, примите поздравления со столь радостным событием.

— Боюсь, это спорный вопрос, — туманно ответил Линли.

Он не ответил бы так сутки назад. Тогда он еще блаженствовал. Хотя начало семейной жизни проходило с многочисленными шероховатостями, которые им с Хелен приходилось сглаживать, приспосабливаясь к привычкам друг друга, они умудрялись как-то избегать острых моментов и улаживали все разногласия в ходе дискуссий, обсуждений и компромиссов. Так было до последней ситуации с Хейверс.

После их возвращения из свадебного путешествия Хелен хранила разумную сдержанность в отношении профессиональной деятельности Линли и лишь позволила себе заметить: «Томми, этому должно быть какое-то объяснение», — когда он вернулся домой после первого и единственного визита к Барбаре Хейверс и рассказал о фактах, вызвавших ее временное отстранение от должности. С тех пор Хелен ничего с ним не обсуждала и хотя сама разговаривала по телефону с Хейверс и другими заинтересованными лицами, но неизменно показывала, что ее преданность мужу остается вне сомнения. По крайней мере, так представлял себе Линли.

Вернувшись сегодня днем из лаборатории Сент-Джеймса, жена вывела его из этого заблуждения. Хелен вошла в комнату, когда он укладывал вещи перед поездкой в Дербишир и, запихнув в чемодан пару рубашек, искал старую непромокаемую куртку и туристские ботинки для походов по лесным тропам. Отступив от привычных для нее обходных путей приближения к деликатной теме, Хелен с ходу взяла быка за рога.

— Томми, почему ты предпочел взять с собой в командировку не Барбару Хейверс, а Уинстона Нкату?

Он сказал:

— Ага. Насколько я понимаю, ты поговорила с Барбарой, — на что Хелен ответила:

— Да, и она практически встала на твою защиту, хотя сердце у бедняжки совершенно разбито.

— Ты хочешь, чтобы мне тоже пришлось защищаться? — мягко спросил он. — Барбаре лучше тихо пересидеть какое-то время в Ярде. А поездка со мной в Дербишир не позволила бы ей сделать этого. И в отсутствие Барбары я, естественно, выбрал Уинстона.

— Но, Томми, она преклоняется перед тобой. Ой, только не смотри на меня так. Ты понимаешь, что я имею в виду. В ее глазах ты не можешь сделать ничего дурного.

Линли уложил последнюю рубашку, сунул между носками бритвенный прибор, закрыл чемодан и бросил на него куртку.

— Значит, ты теперь выступаешь как ее посредник? — небрежно уточнил он, поворачиваясь к жене.

— Будь добр, Томми, оставь свой снисходительный тон. Я терпеть его не могу.

Он вздохнул. Ему не хотелось спорить с Хелен, и у него промелькнула мысль о компромиссах, связанных с мирной семейной жизнью. Мы встречаемся с женщиной, сказал он себе, мы желаем ее, мы добиваемся ее и получаем ее. Но размышлял ли хоть один мужчина, охваченный жаром страсти и намеренный сделать матримониальное предложение, сможет ли он впоследствии ужиться с объектом своей страсти? Линли сомневался в этом.

— Хелен, — начал он, — учитывая выдвинутое против Барбары обвинение, просто чудо, что она вообще не потеряла работу. Уэбберли стеной встал на ее защиту, и бог знает что ему пришлось пообещать или на что согласиться ради того, чтобы ее оставили в Отделе уголовного розыска. В данный момент ей следует тихо благодарить свою счастливую судьбу за то, что ее не уволили. А вот чего ей не следует делать, так это лелеять обиду на меня и искать сочувствующих сторонников. И уж точно ей не следует настраивать против меня мою же собственную жену.

— Ничего подобного она не делала!

— Неужели?

— Она зашла повидать Саймона, а не меня. Она даже не знала, что я окажусь там. Увидев меня, она хотела развернуться и броситься наутек. Что наверняка и сделала бы, если бы я не помешала. Ей необходимо было с кем-то поговорить. Она чувствовала себя отвратительно и нуждалась в дружеском понимании, с каким ты обычно относился к ней. И мне очень хотелось бы узнать, почему ты перестал быть ее другом.

— Хелен, дружба тут ни при чем. О какой дружбе можно говорить, когда речь идет о невыполнении законных приказов? Барбара не выполнила приказ. И что еще хуже, нарушив его, едва не совершила убийство.

— Но ты ведь знаешь, что там случилось. Как же ты не понимаешь…

— Зато я очень хорошо понимаю пользу субординации.

— Она спасла жизнь человека!

— Не по чину ей было решать, грозит ли опасность чьей-то жизни.

Подойдя к нему, жена обхватила руками столбик в изножье их кровати.

— Мне непонятно, — сказала она. — Как ты можешь быть таким неумолимо суровым? Она была бы первым человеком, который простил бы тебе все, что угодно.

— В данных обстоятельствах я не стал бы рассчитывать на ее прощение. И ей не следовало рассчитывать на меня.

— Тебе ведь тоже приходилось обходить законы. Ты сам рассказывал мне.

— Ну, Хелен, не думаешь же ты, что можно закрыть глаза на попытку убийства? Это преступное дело. За которое, кстати, большинство людей отправляются в тюрьму.

— И по которому в данном случае ты решил выступить судьей, присяжными и палачом. Да, я понимаю.

— Неужели? — Линли начал злиться, и, конечно, ему следовало придержать язык. Странно, подумал он, что Хелен, как никто другой, умеет вывести его из себя. — Тогда пойми, пожалуйста, и еще кое-что. Дела Барбары Хейверс тебя абсолютно не касаются. Ее поведение в Эссексе, последующее расследование и любые пилюли, назначенные ей в результате анализа этого поведения, совершенно тебя не касаются. Если тебе не хватает в жизни проблем и ты ищешь выхода своей энергии, встав на путь поборницы справедливости, то подумай лучше о том, чтобы присоединиться ко мне. Честно говоря, я был бы признателен, если бы дома меня ждала поддержка, а не порицание.

Хелен заводилась так же быстро, как он, и так же умела выразить свое возмущение.

— Я не отношусь к такому типу женщин. И к такому типу жен. Если ты хотел жениться на подобострастной и льстивой…

— Это тавтология, — сказал он.

И вот этим кратким утверждением закончился их спор.

— Ты свинья! — выпалила Хелен и удалилась.

Закончив сборы, Линли пошел искать ее, чтобы проститься, но так и не нашел. Он мысленно помянул недобрым словом ее, себя и Барбару Хейверс за то, что она оказалась причиной его ссоры с Хелен. Но дорога в Дербишир дала ему время остыть и подумать, как часто он наносил противникам удар ниже пояса. И ему пришлось признать, что именно такой удар осложнил его отношения с Хелен.