Преследуемая квотербеком
Шрифт:
— Нет, — я покачала головой, пытаясь отмахнуться от этой мысли.
Должно быть, мне почудилось то, что я только что увидела в его шкафу. Мне это почудилось? Вообразила все это? Мой взгляд вернулся к изображениям на стенах.
Нет. Они все еще были там.
Мой желудок скрутило. Хотя и не совсем с отвращением.
— Мила, детка…
— Мне нужно идти, — прошептала я. Мои ноги задвигались, обходя его. Каким-то образом умудряясь пройти квотербека. Или, может быть, он мне позволил.
Так быстро, как только смогла, я выбралась оттуда. Не только из его спальни, но и из его квартиры. Низкий голос Джеймса звал меня вдогонку, но я проигнорировала его. Мои ноги не останавливались, пока я не добралась до своей двери. Она была заперта. Я открыла сумочку, но ключи выскользнули у меня из пальцев и упали обратно в сумку.
Я почувствовала его раньше, чем почувствовала его самого.
Большое тело Джеймса прижало мое к двери. Его дыхание мягко щекотало мне затылок. Даже после того, как я обнаружила его святыню, все его фотографии со мной, я все еще чувствовала себя до смешного мокрой для него. Что со мной не так?
— Пожалуйста, Мила, — его колючая просьба заставила меня сжать бедра вместе. — Чемпион, пожалуйста, позволь мне объяснить.
— Джа-Джеймс…
— Не нервничай! — взвыл он. Его кулак сжался рядом с моей головой, и я крепко зажмурилась. — Не бойся, — его голос дрогнул. Я чувствовала его губы у своего виска. — Не бойся меня. Я бы никогда не причинил тебе боль, — прошептал он так чертовски искренне, так чертовски сладко, что мое тело расслабилось в его объятиях.
— Я, ммм, я… — облизнув губы, я медленно обернулась. Мои глаза были прикованы прямо к его груди. Он был одет в свою форму, так что ему следовало быть в раздевалке или на поле. Только не со мной. Что он делал?
Сосредоточься, Мила! чей-то голос прокричал в моей голове. У него есть твоя святыня!
— Пожалуйста, посмотри на меня, Мила, — взмолился он, и, как у влюбленной дурочки, мои глаза скользнули вверх к его шее, не останавливаясь, пока наши взгляды не встретились. — Я могу объяснить.
— Тебе предстоит сыграть в игру, — прошептала я, решив не обращать внимания на шкаф.
Фотографии.
Мои вещи.
Его вопиющую одержимость.
— Я не могу уйти, пока не буду уверен, что с тобой все в порядке.
— Я в порядке, — я с трудом сглотнула.
— Ты с ума сошла! — отрезал он, как будто это разозлило его на меня.
Мои глаза расширились, а нос раздулся, когда мои руки легли на талию.
— Ты… ты винишь меня? — спросила я дрожащим голосом. — Я — это я, а ты-ты — это ты. З-зачем в-тебе это нужно?
— Разве ты не знаешь? — он заглянул мне в глаза. Боже, его взгляд убивал меня. Они были наполнены таким сожалением. Столько эмоций, любви и больше, чем одержимость.
Собственничество.
Как я могла упустить это раньше?
— Разве ты еще не собрала все воедино, принцесса?
— Джеймс! Давай, чувак! — голос Хеми заставил нас обоих подпрыгнуть. Но Джеймс не отвел взгляда. Его взгляд пригвоздил меня к месту. — Ты опоздаешь! Нам нужно идти!
— Пусть новичок сыграет за меня, — легко сказал он, не моргнув глазом.
Как будто мы не были в финале, а его игра определяла разницу между чемпионатом штата и концовкой нашего сезона. Не только это, но и его будущее будет зависеть от этого. Я достаточно слышала, как Маршалл и Хеми говорили об этом. О том, что скауты всерьез проверяют его. Ну, их всех троих.
— Джеймс… — прошептала я. — Ты должен уйти.
— Не без тебя.
— Ты должен, — уверенно отрезала я. — Иди.
— Пожалуйста, приходи, — он сунул билет мне в руку. Я открыла и закрыла рот. — Пожалуйста. Я знаю, — его голос был хриплым. — Я веду себя как эгоистичный ублюдок, прося тебя пойти на игру. У тебя есть полное гребаное право волноваться. Мне не следовало этого делать… Ты сводишь меня с ума. Все, чего я хочу, все, чем я могу дышать и видеть, — это ты. Я так чертовски сильно люблю тебя, — процедил он. Боже, мое тело казалось живым в его объятиях.
Слушая его маниакальные мольбы.
Это было нездорово и ненормально.
Но, боже, почему мне нравилась мысль о том, что он настолько без ума от меня? Почему мне это нравится?
— Джеймс, это… это не любовь, — прошептала я, борясь с желанием провалиться в ту же яму отчаяния вместе с ним. Если бы я это сделала, мы бы оба сгорели. Восхитительно, но это было безумие. Его лицо исказилось, как будто он испытывал ужасную боль. Самый худший вид. Его голова опустилась, и его лоб прижался к моему.
— Это больше, чем любовь, Мила, — прохрипел он, и я с трудом сглотнула.
— Джеймс! — крикнул Хеми. — Тренер сходит с ума!
— Пожалуйста, — взмолился он, задыхаясь. Его грудь тяжело поднималась и опускалась. Почти болезненно.
— Джеймс, — я собиралась поступить разумно.
Отдалиться.
Вернуться в свою квартиру и начать искать новое место. Потому что не было никакой возможности, что было бы здорово продолжать жить напротив кого-то, кто чуть ли не преследовал меня.
У него были мои трусики. В его постели.
Мятно-зеленые. Я попыталась вспомнить, когда в последний раз надевала именно эту пару, но не смогла вспомнить. Это должно было занять какое-то время. До того, как мы встретились?
— Не говори "нет", — убеждал он, протягивая мне билет, держа меня за руку, прежде чем его губы опустились и поцеловали кончики моих пальцев. — Не говори "нет". Я люблю тебя. Ты нужна мне.
— Тебе нужно пойти на игру. Это важно, — на его челюсти дрогнул мускул.
— Ты важнее футбола.
— Чушь собачья, — слова слетели с моих губ, и мои глаза расширились. — Я просто я… имею в виду… — я открыла и закрыла рот. — Футбол — это твое будущее.
— Футбол — это не мое будущее. Так и есть, — уверенно заявил он.
— Я п-думала, ты п-прятал меня, — он открыл рот, но я покачала головой. — Почему мы н-никогда никуда не ходили вместе, — призналась я без всякой причины.
— Джеймс! Чувак! — отчаянно крикнул Хеми. Я прикусила губу.
Ему действительно нужно было идти. Начало матча или подбрасывание монеты, как бы ни называлось начало футбольного матча, должно было произойти совсем скоро. Джеймсу нужно было идти, а мне нужно было уехать.