Преследуя любовь
Шрифт:
Я думаю так только потому, что я в ярости на Шарлотту за то, что она утаила важную информацию о том, что Саманта навещала ее.
Кейт прибывает с документами о предложении, и я представляю ее Виктории. Конечно, Виктория, будучи заносчивой стервой, накладывает свое фальшивое приветствие, за которым следует снисходительный взгляд на Кейт.
— Итак, мистер Эдвардс, основное предложение было высоко оценено, однако во время первоначального запуска мы потребуем от вас большой практической работы. Как вы можете себе представить, ваше отсутствие поставило под сомнение вашу преданность нам как клиенту, поэтому мы изначально отклонили предложение.
Сука. Один гребаный раз, серьезно.
Она говорит так, будто я весь день сижу дома и чешу яйца, смотря MTV.
— Мисс Престон, уверяю вас, что наша преданность этому проекту превосходит все ваши ожидания. Я прошу прощения за свое отсутствие, но оно было вызвано чрезвычайной ситуацией, о которой нужно было позаботиться здесь, на Манхэттене.
— Послушайте, мистер Эдвардс, моя команда подпишет это предложение только в том случае, если вы сможете выполнить свою часть контракта. Мы также просим, чтобы большая часть работы была выполнена в Лондоне.
Черт! Интуиция подсказывала мне, что все сведется к этому: долгие долбаные часы в их главном офисе. Как я смогу увидеть Шарлотту, если буду в Лондоне?
Может, Шарлотте вообще на меня в похуй?
Может, ей просто нужен был трах возмездия?
Может, она была мной две недели назад? Лекс Эдвардс, который ублажал дам, когда ему нужен был быстрый трах. Тот тип, который исчезал посреди ночи, даже не попрощавшись и не сказав «спасибо, мне было приятно засунуть свой член в твою киску».
Но потом я вспоминаю те времена, когда она теряла бдительность.
Когда она просила меня посмотреть ей в глаза. О том, что изумрудно-зеленый цвет по-прежнему ее любимый цвет. И когда она сказала мне, что будет следующий раз.
Есть надежда, что она все еще что-то чувствует.
— Это контракт на один год, мистер Эдвардс. Есть ли у нас ваше обязательство что это будет выполнено в указанные сроки?
Деловая сделка на пятьдесят миллионов чертовых долларов, а я ставлю ее под сомнение, потому что не хочу уезжать из Штатов. Она протягивает мне бумаги с ручкой, смотрит на меня, ожидая реакции. Я колеблюсь, смотрю на Кейт, которая наблюдает за мной, озадаченная моей запоздалой реакцией. Я беру ручку и начинаю подписывать документы, вся тяжесть мира теперь лежит на моих плечах.
Кейт объявляет, что сделает копии и вернется через десять минут. Оставляя меня наедине с Викторией, я с ужасом думаю, к чему приведет этот разговор.
— Будет здорово, если ты вернешься в Лондон, — игриво улыбается она, — Мы должны поужинать, когда вы вернетесь, чтобы обсудить любые другие идеи, которые у вас могут появиться.
— Послушайте, Виктория, это строго бизнес. Ты знаешь, что я не смешиваю бизнес с удовольствием.
— О, пожалуйста, Лекс, как будто ты не трахал свою маленькую помощницу, Кэт, Кэти, или как там ее зовут, — усмехается она.
— Ее зовут Кейт, и нет, она ценный сотрудник. Я имел в виду то, что сказал. Не играй со мной в игры.
Кейт возвращается с копиями документов. Мы завершаем встречу с Викторией, пообещав, что она пришлет мне по электронной почте подтверждение о том, когда начнется проект.
Поднимаясь мелкими шажками в свой номер, я повесила голову, чувствуя внутри себя пустоту. Последние двадцать четыре часа были раем и адом в равной степени. Я так чертовски сильно хочу Шарлотту, но не могу побороть ярость из-за Саманты, Джулиана и того факта, что я все еще на втором месте.
— Мистер Эдвардс, вы выглядите измотанным. Позвольте мне позаботиться о вас до конца дня. Я предлагаю вам хорошо выспаться, — предлагает Кейт.
Она права. Хотя время уже близится к обеду, у меня нет проблем с тем, чтобы поспать. Я никогда не бываю настолько измотанным, но сейчас я не приблизился к ответам на оставшиеся вопросы. А работа до трех утра только усугубила ситуацию.
Мне нужно переориентироваться и разработать план действий.
Господи, я отношусь ко всей этой истории с Шарлоттой как к чертову деловому предложению. Но, может быть, мне нужно действовать именно так? Единственное, в чем я уверен, так это в том, что она моя, и никто ее у меня не отнимет.
Ни сейчас. И никогда.
И все же я не могу избавиться от неприязни к ней за то, что она простила Саманту.
Почему она это сделала?
А как же я?
Почему она не прощает меня?
Тридцатая глава
Чарли
Дождь не отвлекает меня от моей обычной утренней пробежки. Наоборот, он охлаждает меня, позволяя бежать еще интенсивнее.
Я останавливаюсь у своей обычной скамейке, пытаясь перевести дух. Последние сорок восемь часов были, мягко говоря, изнурительными. Помимо большой рабочей нагрузки, с которой я не справлялась из-за нестабильной личной жизни, мне нужно было разобраться с Лексом.
— Снова привет! — знакомая блондинка остановилась у скамейки.
— Привет. Не видела тебя несколько дней. Ты уехала из Манхэттена?
— Да, ненадолго, но вот я снова здесь, — она смеется, затем протягивает руку, чтобы представиться, — Кстати, я Кейт.
Я пожимаю ей руку: — Чарли.
— Прости, я не знаю, почему я смеюсь, — она сжимает свой живот, испуская вздох, — У меня сейчас такой стресс из-за работы, что я, кажется, теряю рассудок.
— Я знаю, что ты чувствуешь. Я в той же лодке. У меня столько всего происходит, и не помогает то, что моя личная жизнь сейчас напоминает американские горки.
— Мужские проблемы?
— Мужские проблемы, во множественном числе, — признаюсь я.
— О, ничего себе. Я бы не хотела оказаться на вашем месте. Я рада, что у меня есть хороший мужчина, просто он на другом конце света, — говорит она, переводя дыхание.
Мы оба присаживаемся на скамейку и отдыхаем, наблюдая за другими бегунами, проносящимися мимо.
— Отношения на расстоянии требуют терпения. Я не знаю, как тебе это удается.
— Это нелегко. Любовь — это здорово, но в конце концов у каждой пары «есть потребности». Трудно удовлетворить их, находясь на другом конце света, — жалуется Кейт.
— Как мы докатились до таких сложных отношений?
— Я знаю, правда? — смеется Кейт, — Итак, я думаю…, — она скрестила брови, — … ты выбираешь того, кто тебе больше нравится, и двигаешься вместе с ним. Может, начать с того, кто наиболее привлекателен?
Мы смеемся в унисон. Есть что-то утешительное в том, чтобы довериться незнакомцу.
— Ну, мужчина номер один великолепен… как Кристиан Бэйл великолепен.
— О, святой ад! А номер два?
— Нет слов… он прекрасен.
— По мне, так номер два — это леди, стучащая в дверь.