Чтение онлайн

Роуэн утёрла пот со лба. — Что это была за тварь? — требовательно спросила она.

— Дрейк, — ответила Сериз. — Точь в точь такой, как нарисован в наших книгах.

— Да нет же, я про тень, которую видела у кургана. Было похоже на всадника с конём.

— Я тоже его видел, — сказал Уилл, тревожно поглядывая в ту сторону. — Но теперь он пропал.

— Я ничего не видела, — отрезала Эловен.

Дюжий шумно приземлился, напугав лошадей. — Все целы? — спросил Кадо. — Тит, ты не ранен?

— Я в порядке, — ответил Тит с толикой раздражения, или, скорее, смущения из-за того, что его застали врасплох. — Почему мы очутились здесь ночью?

— Портал отправил нас далеко на запад. Здесь рассвет ещё не наступил, — Эловен указала на восток, где небо постепенно светлело, окрашиваясь в розоватую серость предрассветных сумерек. — Две версии, которые мы обсуждали во время нашего путешествия…

— Часами напролёт, — пробормотала Роуэн.

— …по-прежнему кажутся мне наиболее правдоподобными. Либо сам Верховный король, либо его останки спрятаны где-то рядом с этими обелисками.

— Останки? — нахмурившись, переспросил Кадо. — Обязательно говорить о таких вещах при детях?

— Мы уже не дети! И мы вовсе не наивные! — огрызнулась Роуэн, и Уилл был рад, что она вмешалась так скоро.

Эловен кивнула. — Девочка права, Кадо. Это не прогулка в саду. Мы не должны притворяться, что всё закончится хорошо, когда Верховный король вполне может быть уже мёртв.

Эти слова причиняли боль, но Уилл знал, что нельзя спрятаться от неприглядной правды. — Давайте придерживаться того, что нам известно, — предложил он. — Как мы собираемся искать оленя?

— Видение показало нам оленя у подножия кургана и солнце, встающее между двух обелисков. Если мы будем на поляне в момент восхода, олень сам выйдет к нам.

— Откуда вам известно, что нужный восход настанет именно сегодня? — спросил Уилл.

— Разве я уже не объясняла? Эта пара обелисков установлена так, чтобы восходящее солнце светило точно между ними только в день зимнего солнцестояния. Обелиски обозначают границу сердца Дебрей, древней столицы эльфийских владений. Существует ещё три пирамиды, подобные этой, каждая — со своей парой обелисков на вершине, высеченных из разных материалов. Зимние обелиски вырезаны из кости. Другие пары отмечают восход солнца во время летнего солнцестояния, а также весеннего и осеннего равноденствия.

Уилл уставился на неё, открыв рот от изумления. — Вы и впрямь так много знаете.

— И ты можешь стать таким же, юноша, если хорошенько постараешься и завоюешь рыцарский титул Вантресса, как делают все достойные люди.

Кадо закашлялся.

С ухмылкой она повернулась к нему. — Сомневаюсь, что даже тебе, Кадо, доводилось стоять на берегу реки, окружающей сердце Дебрей. Немногим людям посчастливилось увидеть её, и лишь единицы из них до сих пор живы, чтобы поведать об увиденном. Тем не менее, вот мы здесь.

— Как ты верно подметила, лишь единицы до сих пор живы, чтобы поведать об увиденном, так что я, пожалуй, вернусь к караульной службе, — ответил Кадо. Взмахнув могучими крыльями, Дюжий поднялся в небо и принялся лениво описывать круги над поляной.

— На солнцеворот светило движется медленно, — сказала Эловен. — Пока мы дожидаемся рассвета, у вас, юнцы, есть редкая возможность приобщиться к древнему великолепию и удивительным загадкам, которыми наполнено сердце Дебрей. В старости вам будет чем похвастаться, если, конечно, кто-нибудь из вас доживёт до старости. Глядите!

Она сотворила ещё один пузырь света. Движимая её магией, яркая сфера проплыла мимо кургана и озарила речную отмель. Там стояли рядом два моста: один был высечен из нефрита, другой — из обсидиана. Выгибаясь над водой, они вели к туманному берегу, который невозможно было разглядеть, поскольку его скрывала завеса плотнее сумрака.

— Нельзя увидеть сердце Дебрей, пока не перейдёшь на ту сторону, — печально сказала Эловен. — Но вы можете вдохнуть очарование его пропитанных волшебством цветов.

В воздухе и впрямь растекался дурманящий аромат цветов, от которого у Уилла закружилась голова. Лёгкий ветерок пощекотал ему уши, словно дыхание незримых фей, дразнящих его своим насмешливым перешёптыванием. Его волосы зашевелились, как будто их чесали крохотные коготки. Уилл похлопал себя ладонями по щекам, и шум стих.

— Почему здесь тепло, как летом? — спросил он. — Почему нигде не видно снега?

— В Дебрях времена года не подчиняются привычному для нас распорядку. Они меняются столь же внезапно, как настроение эльфийской королевы. Но восходы солнца остаются незыблемыми. Отсюда и обелиски. Вы видите огонёк?

Огонёк, едва ли больше искорки, мерцал в темноте на противоположном берегу: то ли небольшое пламя поблизости, то ли огромный костёр в нескольких лигах отсюда.

Эловен продолжила. — Огонь пылает на кончике крыла окаменевшего дракона, чей остов столетия назад был превращён в амфитеатр. Именно там в былые времена собирался великий Совет. Говорят, что эльфы не признавали над собой ни короля, ни королевы, но, подобно собранию Эмберета, спорили по любому поводу до тех пор, пока не приходили к согласию. Учитывая их долголетие, они, должно быть, нисколько не смущались, если на принятие решения им требовались годы. Ходят слухи, что совет собирается и поныне, но сама я никогда его не видела, так что не могу сказать наверняка.

— А я думала, вы видели всё, — сказала Роуэн, и на этот раз Уилл не нашёл в её словах ни тени сарказма или насмешки.

— Я гуляла по пустому амфитеатру, любуясь обветшалыми башнями старого города и руинами его изящной архитектуры. Я слушала мелодию, извлекаемую из заколдованных струн эльфийской лютни. Я пробовала на вкус ключевую воду из Колодца призраков и боролась с бурей, застигшей меня на полпути через мост Сожалений. Но среди всех опасных мест в Дебрях это считается наиболее опасным. Как правило, эльфы равнодушны к таким как я, потому что я прихожу сюда не драться, а учиться. Но это вовсе не означает, что им по нраву, когда сказители бродят вокруг их драгоценных святынь. Опасные создания часто приходят испить волшебных вод этой реки, — она коснулась шрама на горле. Прищурившись, она окинула взглядом деревья и небо, но было по-прежнему слишком темно, чтобы увидеть хоть что-нибудь, кроме общих очертаний пейзажа.

— Зачем там два моста? — продолжил расспрашивать Уилл.

— Разве одного недостаточно? — добавила Роуэн. — Обсидиановый мост такой красивый.

Эловен неодобрительно усмехнулась. — Дети, вас вообще чему-нибудь учат? В Дебрях ни в коем случае нельзя ходить по обсидиановым мостам.

— Почему?

Сверху, нарушив предрассветную тишину, раздался пронзительный свист: Опасность!

Эловен мотнула головой, и её волшебный свет улетел в сторону воды, от чего вокруг них сделалось темнее, чем мгновение назад. Окутав ладони ледяным холодом, Уилл принялся высматривать цель. Почему внезапно всё так померкло, словно тьма накрыла их волной недоброй магии? Рядом с собой он ощутил покалывание молний Роуэн, жаждущих вырваться на свободу.