Чтение онлайн

После такой насыщенной ночи я нуждался в длительном отдыхе, но ни времени и желания это сделать у меня не было. Практически сразу по возвращении в свой номер, я успел только переодеться. Более удобная одежда была мне нужна для прогулки по городу. Я надеялся рассмотреть это древнее поселение. И найти тех, кто, я уверен, затаился здесь. Из-за изоляции параллели, эмиссар тоже не знает о новых правилах и я хочу первым ему сообщить об этом.

Я выхожу в холл. Еще довольно рано и потому здесь никого. Я еще раз осмотрел роскошное помещение, отмечая яркие элементы фрески и причудливые лепнины. Высокие прозрачные окна давали достаточно света уже разгоревшегося солнца.

— Ну и куда ты собираешься? — я вздрагиваю от звонкого и довольно знакомого голоса. Оборачиваюсь и вижу миитира, сидящую в одном из кресел холла. Странно, но я не заметил ее прежде.

— Хотела осмотреть город, пока не так жарко, — почти честно отвечаю я.

Она усмехается, слегка исказив идеальное точеное лицо.

— Снова что-то скрываешь, — презрительно искривляет точеные губы миитир, — Говори, зачем идешь, иначе сама выпытаю.

— Издеваешься? — это звучит совсем странно. Я не давал повода себе угрожать.

— Еще нет, — смеется Арит. И тут же мою голову пронзает раскаленный прут ментального воздействия, — так как, скажешь, или мне продолжить?

— Прекрати! — я прихожу в себя, понимая, что стою на коленях, а белоснежная фигура миитира высится надо мной, — Я не обязан ничего тебе рассказывать. Это мое свободное время и я использую его на свое усмотрение, — возвращаю себе спокойную речь, медленно поднимаюсь, ставя блок. Где-то за стойкой с писком перегорает компьютер, — если ты продолжишь, то я буду иметь полное право защищаться, — делаю шаг ей на встречу. Не важно, нарушу ли я правила, но подвергать опасности себя и информацию Куратора я не могу.

Арит слегка отступает, наконец, понимая серьезность своего поступка.

— Хочешь узнать? — спрашиваю ее, — Тогда идешь со мной.

Хватаю ее за руку и дергаю к выходу. Она вскрикивает, но идет, с трудом успевая за мной. Я сильно сжимаю ее запястье, применив силу сомы. Пусть не думает, что мне можно так просто угрожать. Надо только удалиться немного от города и я покажу ей, что значит оскорблять аннигилятора.

— Стой! Мне больно! — Арит справилась с шоком, когда мы уже достаточно далеко отошли от отеля.

— Замолчи, иначе руку сломаю, — говорю ей сквозь зубы, с трудом сдерживаясь от исполнения угрозы. Пусть поймет, что за свои слова нужно отвечать.

— Ты уже почти сломала, — уже со злобой говорит она, дергая меня назад, — отпусти, мне так идти неудобно.

Значит неудобно? А угрожать, мне было в самый раз?

— Да успокойся уже, я никуда не убегу, — жалобно говорит она.

Останавливаюсь, разжимаю пальцы. Она тут же начинает растирать запястье. На бледной коже уже видны сероватые следы. А когда миитир поворачивает кисть из стороны в строну, слышится хруст и ее демонстративный стон.

— Не отставай, ато будет хуже, — говорю ей.

— Тогда помедленнее, — окликает она. Кажется, такой тон называется «капризный».

— У меня мало времени, так что поторапливайся, — говорю как можно более жестко. Как бы хотелось обернуться и ударить ее.

— Мало? Для чего мало?

Снова допрос? Нет, теперь игра по моим правилам. Останавливаюсь, собираясь снова подогнать ее. Она испуганно отступает назад.

— Ладно, не говори, — отвечает уже долей испуга, — мне просто в этой обуви идти неудобно.

Смотрю на ноги Арит. Она прибыла, одетая в изящное белое платье, облегающее ее тонкую фигуру. А на ноги одеты туфли на высоком каблуке. Идти на таких действительно очень трудно. Я помню это по себе.

— Снимай и иди, — говорю, с удовольствием видя растерянность на ее лице.

— Без одежды? Это же не прилично, Алури, ты подставляешь меня…

— Обувь не столь обязательна. Многие ходят и без нее, — поворачиваюсь и иду, не собираясь ждать ее ответа.

— Во что тебя превратила эта параллель! — возмущенно кричит она вслед, — Ты же стал похож на дикаря. Хуже дема, — она, спеша за мной, спотыкаясь на высоких каблуках, — в Уровнях о тебе говорили как об одном из образцовых Помощников. Ставят в пример даже наложникам…

Это слышать слишком странно. Поворачиваюсь к ней.

— Что, прости?

— О, ну хоть так остановила тебя, — пользуясь моей остановкой, Арит догоняет меня. Я жду пояснений, — Да, ты успел прославиться, — говорит она успокаивая дыхание.

Что за странная провокация?

— Мне безразлично, что там говорят. Снимай, нам еще долго идти, — киваю ей на обувь. Подумав, Арит, все же, скидывает серебристые туфли, с неудовольствием ставя голые ступни на мостовую.

— Больно…

— Привыкнешь, — иду дальше, она нагоняет, неся обувь за тонкие каблучки.

— Так куда мы идем?

Быстро же она согласилась следовать за мной добровольно. Так и хочется ответить «Миитира бить».

— Раз сама навязалась, то иди молча, тогда увидишь.

С широкого главного проспекта мы свернули в узкий переулок. Каменные дома стояли так близко, что даже нам двоим было тесно идти рядом. Тем не менее, на эту улочку выходили окна и двери жилых домов. Многие из них были украшены горшками с цветами. На некоторых окнах была растянута веревка, на которой сушилась одежда. А на порогах стояла обувь.

Мысль возникла сразу. Тем более миитир шла, демонстративно кривясь от неудовольствия. Попирать голыми ногами дорогу демов выходцу Уровней совсем не нравилось. Приметив подходящую обувь, беру с порога, протягивая Арит. Ее же роскошные туфли ставлю на место взятых сандалий.

— Примерь, должно быть в самый раз, — бросаю их перед ее ногами.

Арит оценивает качество новой обуви и мою серьезность, но, видимо, не найдя лучшего выхода, надевает их.

— Вроде неплохо, — комментирует она свои ощущения, — знаешь, в моей параллели, одежда считается частью тела. Меняешь ее, меняешь и свои возможности.

Я оглядываюсь на бодро идущую Арит.

— Думаю, здесь мало отличий. Идем быстрее, — по возможности ускоряюсь.

— Зачем ты выслеживала меня? — задаю ей мучающий вопрос, когда мы уже на пути к окраинам.

— Хотела поговорить.

— Не уже ли извиниться? — смеюсь.

— Еще чего! — ее манера речи меня начинает раздражать. Совсем не похожа на такую как у исполнителей, слишком эмоциональна. Передо мной словно капризный ребенок демов, — Я хотела объяснить кое-что.

— Что же?