Чтение онлайн

Ну и для остальных кубрики имеются, удобные, комфортные… Даже несколько кубриков про запас, так сказать, мало ли что!

Только нет кубрика для меня…

Мими… Моя прекрасная, как сон принцесса. Услада для души и тела, чего уж лукавить. Скоро, уже очень скоро расстанемся мы с тобой. Увидимся ли? Очень надеюсь, а точнее верю, что да. Но когда это будет, кто знает…

Последнее время она всё чаще смотрит на меня очень задумчивым взглядом. Она подозревает, что я не собираюсь лететь с ними. Ни разу об этом мы не говорили, никоим образом я не давал намёков. Всем кажется само собой разумеющимся, что я лечу без вопросов, но уже не моей принцессе.

В каждой женщине есть частичка Кассандры. Каждая может прозревать будущее. Не всеобщее, хотя и такие есть, а то, что касается конкретно её. Кто-то больше, кто-то меньше. Удивительная способность. У нас, у мужуков, с этим много суровей. Глуховаты да слеповаты мы к тонким материям, чувственно толстокожи. А им сердце вещует, как говорила мне бабушка. Сердце Мими вещует разлуку со своим Тсяшш Миммарр… Очень скоро она спросит меня напрямую и мне придётся честно ей ответить. Я жду тяжелого разговора втайне надеясь, что само рассосётся. Не рассосалось…

Сам, отчасти, виноват. Хотя… Как говорится, сколько верёвочке не виться… Как-то, на планёрке, в разговоре выдвинул идею уже сейчас начать придумывать имя для дирижабля. Зная менталитет окружающей меня компании: как раз к концу строительства может и договорятся. Все радостно приняли идею на ура! Но кто-то из толпы спросил, отчего мол я сам, единолично, не хочу дать название дирижаблю. А я ответил, мол проект-то мой, а воплощаем мы его все вместе. Без вас, без всех и каждого, как бы ни мала бы была его помощь, это так и осталось бы только проектом. И вообще, вам на нём лететь…

И по воцарившейся тишине понял, что ляпнул! Я, конечно, попытался переобуться в воздухе, мол экипажу лететь, но… и такой вариант прозвучал довольно двусмысленно. Оговорка, как говорится — по Фрейду! Вроде как соскочил, вроде как поверили, вопросов никто задавать не стал, ибо сопатые тревожить самого Господина Мо, однако в чуткое ушко Мими мои слова донесли.

Дня через два, поздним вечером мы с Мими валялись на койке ничего не делая, просто наслаждаясь теплом и близостью. Редко происходит подобное в последнее время, всё дела, заботы… Лежали "слипнувшись", неспешно разговаривали ни о чём… И вроде всё хорошо, тихо и мирно, но принцесса была тревожна. Я это чувствовал. И тут вовсе ни причём ментальные магические способности, тем более, читать мысли я всё равно не могу, просто долгая жизнь, опыт и развитая эмпатия ещё там, на Земле, всегда были моей козырной картой. Я чувствовал людей весьма неплохо, хоть они люди, хоть мио или кто другой. Кажется, уже говорил об этом, да. Так вот, Мими, несмотря на внешнее спокойствие, внутри штормило не хуже, чем снаружи нашей пещеры.

Я понимал отчего, и так хотелось смалодушничать, сделать вид, что ничего не происходит, оттянуть разговор или хотя бы дождаться, когда она сама начнёт его. Слаб человек, тут уж что уж, но и мужиком надо быть…

— Что тревожит тебя, мой котёнок? — мягко поглаживая шелковистую спинку, решился я.

— Почему?

Она привстала и впилась в меня пронзительным взглядом невероятных глаз, в которых явно проступали растерянность, обида, печаль…

— Почему, господин мой? Зачем Тсяшш Миммарр хочет покинуть свою принцессу? Отчего он не хочет и дальше наслаждаться её душой и телом? Почему, господин мой?!

Я некоторое время молчал, а она безмолвно ждала.

— Ты девочка умная, — наконец вымолвил я, — не сомневаюсь, что сама ответишь на большую часть вопросов. Как прилежная ученица…

— Не хочу! — прервала она меня, замотав головой так, что влага, скопившаяся в уголках глаз, разлетелась прозрачными кристалликами по сторонам, — Не хочу! Ты ответь! Ответь мне, своей принцессе!

Я прижал тихо всхлипывающую Мими к груди и стал гладить по её пушистым волосам, иногда задевая трепетное ушко. Ничего эротического не было в этой ласке, только нежность, только благодарность, только печаль…

— Я мог бы наврать, — наконец начал я, — Старый дядюшка Мо врет, как дышит, отменно и правдиво, когда ему это надо, но с тобой буду честен и искренен. Послушай меня, мой котёнок, не перебивая.

— Когда ты спустишься с небес возле королевского дворца в сиянии славы и величия. Когда народ твой поймёт, что ты не только по статусу их королева, но и по силе телесной, а паче того — духовной. В умениях магических и знаниях тайных. По делам, в столь юном возрасте, я не секунды не сомневаюсь в этом — великим! Когда радость твоего народа будет плескать через край, я буду вызывать удивление, почтение и даже благодарность. Но пройдёт не слишком много времени и появится недоумение, вопросы — кто этот странный тип, что является твоим Тсяшш Миммарр?

— Да, — прижал я её губы, не дав сказать очевидное, — вы расскажите, какой я весь героический, мудрый, великолепный и так далее, ваш спаситель и всё такое. Меня удостоят чествований и восхвалений, мной будут даже восхищаться… Народ мио примет меня как героя.

Я немного помолчал.

— Первое время… Ты говоришь: мио — не люди, очень похоже на то. Но я, слушая ваши рассказы, тебя, брата, Бобо, Безухого, всё же убеждаюсь, что различия есть, но и похожести не меньше. Для простого народа, очень даже допускаю, я так и останусь героем, но элита… Элита, мой котёнок, живет несколько иными законами. Пройдёт срок, и мио, что трутся при власти, ваши аристо, станут задавать всё больше и больше вопросов: а кто, собственно, этот Мо? Отчего он, странный мутант непонятного колеру, вдруг да Тсяшш Миммарр достояния народа мио, его сокровища? И почему этот титул не носит кто-то, чьи предки исключительно благородных кровей из Королевских Прайдов? Герой, да, мы ценим, местами благоговеем и даже где-то любим, да, но такое приближение к телу…

Понимаешь, котёнок, я не из ваших, каким бы замечательным не был. Меня будут пробовать на вшивость. Сначала аккуратно, потом пожестче, это естественное положение вещей для аристо, тех, кто во власти и возле неё. Поверь, я знаю, пришлось терся в этих кругах совсем не малый срок своей жизни. Вопросы ко мне будут, будут и к тебе… Потому, что я буду совершать ошибки. Где-то неосознанно, где-то сознательно. Слишком много неписанных правил, слишком много тонкостей, традиций, естественных для мио, но не слишком понятных для чужака. И я буду влипать в расставленные сети просто по незнанию. И даже ты не сможешь слишком тормознуть эту камарилью. Не всегда и не по каждому случаю. Тем более Тсяшш Миммарр, которому "доверенное тело" подтирает сопли — это не та опора трона.

Боюсь ли я? Вот уж нет! Я буду отвечать. Ты же знаешь, моя принцесса, я совсем не смирная овечка, я подставлять щеки не стану. Начну складировать благородных мио по семейным склепам. Да, меня тоже будут убивать, это не так просто, но можно, но я бессмертный. В отличии от них я буду восставать и устраивать в ответ воздаяние и справедливость! А вы, мио — раса тоже весьма немирная. Мало того, не из пугливых. Особенно аристо! И что? Что мой пушистый хвостик будет делать? Начнёт строить родовую знать?

— Начну! — решительно стеганула она меня хвостом, — Если надо…

— Тихо, тихо… — тормознул я её, — Я не сомневаюсь в тебе, ты начнёшь. Мурр подвяжется, Бобо с Безухим. Устроим бамболейло с чунгой-чангой, чтоб куче мио было погоготать! Но вот вопрос — стоит ли? Ты не забыла, какая беда скоро грянет в этот мир? Придут тысячи бессмертных, подобных мне по способностям, но не по характеру. Они будут совсем разные, и большинство, увы, отнесутся к вам, ко всем вам, жителям Океании, весьма утилитарно. Вы для них ресурс. Наравне с монстрами и чудовищами, полезными ископаемыми, землями, реками, морями и океанами. Всё ресурс! Твой Священный Лес, где в могучих деревьях воплотились великие души предков — ресурс. Всё, что живёт и растёт в нём — ресурс. Ты и твоя магия — ресурс. Твой народ — ресурс… Лишь для небольшой части бессмертных существует понятие — табу. Для многих нет ничего святого. Не только у вас, но даже у самих себя.