Чтение онлайн

В ответ ему забормотал пулемет МГ, но из вставшего «броника», как черти из табакерки, выскочили шесть человек в камуфляжных костюмах и с немецкими автоматами. Короткие очереди, секундная рукопашная. Пилипенко уже у пулемета. Быстро повернув его назад, он врезал длинную очередь по фольварку, из которого бежали к посту на том берегу немецкие солдаты.

Бронетранспортер Чернышкова проскочил мост. Из бойниц и из верхнего пулемета посыпались очереди. Второй «броник» тоже понесся по мосту…

На захват мостов ушло не более минуты.

– Ты чё стрелял? Ты, гад, под трибунал у меня пойдешь!

– Товарищ майор, немец расшифровал вас! Вам еще метров пятьдесят оставалось, они бы вас в упор гранатами встретили. А я его снял. Еще лучше получилось.

– Согласованный план в процессе выполнения изменять нельзя! А если бы они не поверили, что ты за нами гонишься?

– Риск, конечно, был немалый, товарищ майор. Только времени согласовывать уже не было. И вы все прекрасно поняли, и немцы… а если бы они вас гранатами встретили, как бы я потом этот мост чертов брал?!

– Блин! И как с тобой Стариков работает!

– Гиацинт, это Баку, ответь, прием!

– Баку, это Гиацинт, прием!

– Как дела, что видно?

– Оседлали шоссе, тут лесочек такой, обзор на три километра вперед. Пока ничего, стоим, ждем.

– Стойте там, сейчас к нам подойдет конно-механизированная группа, жду с минуты на минуту. Потом сменим вас. Прием.

– Понял, стою, жду. Прием.

– Все, конец связи.

Чернышков оглядел позиции. Танкисты и осназовцы, разобрав шанцевый инструмент, копали окопы. В первую очередь под пулеметы МГ, расширяли траншею, оставленную немцами. Трупы врагов перенесли в фольварк, из которого прогнали семью немецкого кулака. Во дворе, на время подготовки позиций, за каменными заборами спрятали Т-34 и «кюбель» с рацией. У перекрестка маячил одинокий БТР, водитель которого должен предупредить о подходе немцев с севера.

– Товарищ майор, вас Гиацинт к рации!

– Слушаю, Чернышков.

– Баку, это Гиацинт-21. Подходит колонна грузовиков, жирненькая такая колонна!

– Твое решение?

– Атакуем навстречу, по полю. Обстрел ведем справа. Проходим ее всю, переезжаем дорогу налево и продолжаем разгром. После занимаем прежнюю позицию.

– Как ты без пехоты-то, Игорь?

– А я приближаться не буду, разгоню народ, расстреляем грузовики. Нам ведь продержаться немного надо, вот и посеем панику в рядах супостата.

– У них есть артиллерия?

– Пока не вижу…

– Ну, давай, давай. Только не зарывайся сильно, у нас с тобой еще задач море, с кем мне их решать? Ладно, будь на связи.

– Все, мы пошли… Острецов! Делай как я! Разбор целей самостоятельный, расход боеприпасов до половины боекомплекта. Вперед! Вперед!

Чернышков, стоя у «кюбельвагена», слушал по рации перипетии боя. Слушал, как Стариков хвалил экипажи за натиск, слушал, как они начали громить колонну, как обнаружили в колонне развертывающиеся зенитные орудия, а потом связь прервалась. В эфире шуршало и шипело, но на призывы откликнуться никто больше не отвечал.

Через час на горизонте появились танки и конники, и вскоре к мосту вышли первые подразделения конно-механизированной группы генерала Доватора. Чернышков, заправив «свои» машины, рванул по дороге, по которой уже продвинулись батальоны Юго-западного фронта, по которой ушел Стариков.

Он нашел и останки разбитой в пух автоколонны, и два разбитых танка.

Игоря не нашел…

Москва. Кремль

– Если Совдепия завоюет всю Евразию, то и участь всего остального мира будет решена. Это же как дважды два!

– Поясните…

– Видите ли, товарищ Сталин. Морское могущество, «Sea power», питает свою силу в преимуществах торгового строя. Просто, перемещая товары через море, они набавляют огромные проценты на стоимость, ими не произведенную. «За морем телушка – полушка, да рубль перевоз». А имея в своих руках торговые пути, можно задушить любую страну, если хотя бы несколько компонентов, необходимых в общественном производстве, перемещаются по морским коммуникациям…

– Не везде так. Мы, например, решили вопрос с изготовлением резины без использования натурального каучука… в некоторых случаях блокада и закрытые границы имеют свои положительные стороны. По резине, например. Мы выпускаем такое количество шин, на которое и вдесятеро большего объема мирового производства натурального каучука не хватило бы. А что касается увеличения стоимости при перевозке, так это явление еще Карл Маркс описал.

– Но вы представьте себе, что Англии и США не с кем торговать в Евразии. Что они сделают? Правильно! Закроют границы! А торговая война повергла Америку в Великую депрессию, и Штаты чуть за собой Британию не увлекли. А спас их…

– Сталин.

– А зачем?

– А затем, что Советскому Союзу в то время нужны были реконструкция промышленности и перевооружение армии.

– Вы взяли в кредит товары, пусть это и были средства производства, но дали тем самым нашему геополитическому противнику возможность вывести свою страну из затяжного экономического кризиса. Другими словами, купив станки, вы дали работу американским рабочим. Может, это и соответствует пролетарской солидарности, но этим вы отдалили пролетарскую революцию в Америке.

– А у нас нет и не было задачи разжигать пролетарскую революцию, где бы то ни было. Мы те станки установили у себя, дав работу советским рабочим. Но те американские рабочие выпускают только станки и сейчас снова простаивают. А наши рабочие уже выпускают на станках самолеты, танки, тракторы, комбайны… они золото наше пустили на виллы, яхты, дорогих шлюх. А мы им еще и меха получше подкинули, чтобы шлюхи в цене не падали. Но… мы говорили о Евразии.

– Да, я помню. Вы обратили внимание, что вместо классового врага я ввожу термин «геополитический противник». Вот что касается геополитики: сколько в Германии до войны было народу в армии?

– По последним данным, около 120 дивизий, это примерно 5 миллионов человек.

– А в Советском Союзе?

– Примерно столько же.

– Вот, смотрите. В Евразии десять миллионов молодых, здоровых, сильных мужчин вместо того, чтобы создавать общественный продукт, до недавнего времени просто стояли на границах и этот продукт проедали. А у нас точно такая же граница с Китаем, с Маньчжурией, с Турцией. Эти границы не просто нарисованы на картах. Они привлекают к себе внимание соседей и отвлекают потенциальных работников от производительного труда. Вы можете сказать, что это не так…

– Не скажу. Это так, и что?

– А сколько сил и средств притягивает к себе побережье Северного и Тихого океанов?

– Вопрос некорректный. Эти территории мало освоены, нет необходимости защищать их со всем напряжением сил. А если кто и высадится, быстро будет сброшен обратно в Тихий океан. О Северном Ледовитом океане я уже и не говорю.

– Вы, может быть, не знаете, но американцы так же бдительно охраняют свои побережья, как СССР охраняет свои северные границы.

– Американцы тут нам не пример. Тем более что они всегда отличались своей безалаберностью. Я не удивлюсь, если они, к примеру, проморгают огромную японскую эскадру, числа, так скажем, 7 декабря.