Чтение онлайн

Язакинулногу на ногу и пожал плечами, - Конечно. Что случилось?

Онзакрылзасобойдверь и на мгновение задержался, прежде чем занять кресло в другом конце комнаты.
– Я надеялся, что ты сможешь оказать мне услугу, - сказал он, переходя сразу к делу. Мне это в нем понравилось. В отличие от многих здесь присутствующих, Обри был человеком прямолинейным.

– Все, что угодно...

– Мненужно, чтобы ты убедила Джинджер отпустить Эйбла.

– ...Но это, - Я спустила ноги с кровати и встала. Учитывая, что он был братом-близнецом Эйбла, я не должна была удивляться. Но он ясно дал понять, что предан ему, и он знал все о сомнительной истории между его братом и, ну, почти всеми присутствующими. Он должен был знать, что этого никогда не случится, - Как ты можешь спрашивать меня об этом?

– Этонепотемпричинам, о которых ты думаешь, - Его голос был спокоен, плечи расслаблены, но в нем чувствовалась напряженность. Как будто что-то глубоко внутри сжалось и приготовилось нанести удар, - Я имею в виду, конечно, он мой брат, но все гораздо сложнее. Выслушай меня, ладно?

Янемоглапредставить себе никаких аргументов, которые он мог бы привести, чтобы переубедить меня, но я снова села и жестом попросила его продолжать.

Обристалачастьюнашегосообществазатемесяцы, чтопоследовал за Кейлом из Деназен. Ему потребовалось некоторое время, чтобы приспособиться, и еще больше времени, чтобы люди здесь приняли его, но одного за другим он завоевывал их своим сухим чувством юмора и непоколебимой прямотой.

– Воспоминания Кейла возвращаются. Он вспоминает все больше и больше о своем недавнем пребывании в Деназен, - Он прищурился.
– Большая часть этого связана с моим братом, так что, я уверен, вы можете себе представить, что он немного... зол.

С тех пор, как мы освободили его после последнего пребывания в Деназен, Кейл стал другим. Не в плохом смысле, на самом деле, но более суровым. Невинность, которая сияла в его глазах, когда мы впервые встретились, исчезла. Все, что они с ним сделали, особенно их последние проступки, давали о себе знать. Ему изменили память и усилили его способности с помощью опасного препарата Доминирования. Деназен обманули его, заставив думать, что они хорошие парни, и что мою сестру Кирнан на самом деле звали Роз, и что она была девушкой его мечты. Они не смогли полностью стереть меня из его памяти, поэтому просто заменили меня, нарядив ее, как меня, и заменив оригинал дрянной подделкой. Он восстановил большую часть своих воспоминаний, но там, где когда-то была сияющая звезда, осталась черная дыра.

– Ты хочешь перевезти его из-за Кейла?
– Я не сомневалась в намерениях Обри. Он любил своего брата, несмотря на все, что тот сделал, но, в отличие от Эйбла, у него было четкое представление о добре и зле. Он отказался стоять в стороне и смотреть, как Деназен уничтожает бесчисленное количество жизней. Но то, как он удерживал мой взгляд, теребя уголок своего кожаного браслета на запястье, заставило меня подумать, что за этим кроется нечто большее.

– Ради Кейла... и тебя.

– Я?
– Я фыркнула, - Никто, кроме, может быть, Кейла, не хочет видеть, как Эйбл страдает больше, чем я, но я не собираюсь изображать из себя воина ниндзя, наступающего ему на задницу. Ты должен это знать.

Обривздохнул.Ондействительновыгляделсмущенным,чтобыловпервые.-Послушай,этонемоедело,ноонничегонескажет.Думает, чтопоступаетправильно,даваятебевремя… Но он знает, что ты не в порядке, Дез. Из-за всего, что произошло...

Из-за всего, что произошло.

В частности, из-за того, что произошло с Кейлом и Кирнан, она же Роз.

Явскочилананогиимедленнодвинуласькдвери.Единственнойразумноймысльювмоейголовебылоубиратьсявосвояси. Какая-то часть меня испытывала отвращение. Я никогда не была из тех, кто убегает от всего. Я была из тех, кто встречает опасность лицом к лицу и дает ей по яйцам. Но сейчас все было по-другому. Единственным способом, которым я могла справиться с этим, было избегание. Это было нездорово и несправедливо, но это было то, что было, и я старалась изо всех сил.

– Я, э-э, поговорю с Джинджер. Насчет Эйбла, - Я взглянул на часы на прикроватной тумбочке, - Но мне пора уходить. Встреча...

– Ни с кем не встречаясь, - закончил он за меня. Он вскочил со стула и загородил дверь прежде, чем я успела убежать, - Ты не хочешь говорить с ним об этом, - В его глазах вспыхнула злость. Он начал защищать Кейла, пока был в Деназен, и их дружба только окрепла, когда Кейл поручился за него здесь, в комплексе, - Тебе не кажется, что он уже чувствует себя дерьмово? Ты делаешь только хуже, отказываясь выслушать его.

– Выслушать его?
– На самом деле все было гораздо сложнее. Как операция на головном мозге. Ну знаете, отрезал что-нибудь не то и ой! Город овощей.

В том, что произошло между Кейлом и Кирнан, не было его вины. Он не знал, кто он такая. Кем я была. Его окружали люди, которые говорили ему, что ему нравится, как он разговаривает, кого он любит. Это случилось. Он рассказал мне. Конец истории, верно?

Ятак и думала. Настаивала на этом каждый раз, когда он спрашивал. Но со временем я обнаружила, что, хотя я полностью понимала и люто ненавидела виноватых, небольшая часть меня тоже винила Кейла. Не столько из-за самого поступка, сколько из-за того, что он не смог распознать их ложь. Из-за того, что не вернулся ко мне сам… В глубине души я чувствовала, что он должен был понять, что связался не с той девушкой. Это было иррационально и глупо, но это было пятно на моем сердце, которое я не знала, как отмыть.

– Тут не о чем слушать, - сказал я, - Все кончено, и мы с этим покончили.

Обрипокачалголовой.Жалостивегоглазахбыло так много, что меня чуть не вырвало, - Ты еще не прошла через это, Дез.

Яненавиделасебя.За то, что позволила этому проникнуть мне под кожу, за то, что позволила тьме омрачить одни из самых важных отношений в моей жизни, за то, что не смогла сказать Кейлу правду. Потому что, как заметил Обри, он и так чувствовал себя ужасно. Он прошел через ад, и затянувшаяся боль, была просто еще одним ожогом от огня.

Ялюбилаего больше всех на свете. Это не изменилось и не измениться. Меньше всего я хотелось видеть, как он страдает. Поэтому я решила причинить ему боль сама. Видимо, я была не так убедительна, как думала.

– Я не могу тебе поверить, - продолжил он.
– Ты чертовски проницательна и не замечаешь этого? Ты действительно думаешь, что он не чувствует, когда ты отстраняешься?

– Я не отстраняюсь!
– Хотя, опять же, более здравомыслящая половина токсичных близнецов была права. Я жила ради его прикосновений и поцелуев? Я бы пожертвовала чашкой кофе за один-единственный обжигающий поцелуй. Но каждый раз, когда дело доходило до этого, до ласковых поцелуев, от которых у меня подкашивались колени и мурашки по коже, я замыкалась и останавливалась. Остывала. Я придумывала отговорку и уходила со сцены так же быстро, как только могли нести меня ноги.

И что самое худшее? Чем чаще это случалось, тем упорнее я заставляла себя забыть об этом. Сегодня утром я столкнулась с ним в коридоре и приставала, доведя нас обоих до точки невозврата. Затем снова в университете. Я хотела довести начатое до конца. Мне это было необходимо. Но этот тихий навязчивый голосок, сопровождаемый всеми извращенными картинками, которые я представляла в своей голове, не давал возможности обойти препятствие в моем мозгу.

Я сознательно знала, что он это чувствует. Ну да. Как он мог не чувствовать? Кейл был умнее большинства здесь. Но, как и сам катализатор, я предпочитала отрицать его существование. Притворяться было проще, чем смотреть в лицо зияющей пустоте в моем сердце, - Ладно.Так что, может быть, я отстранюсь...

– Возвращаяськмоейпервоначальнойточке зрения, ты для Кейла все. Нет такой деятельности, нет такого разговора, в котором бы ты не участвовала. Он чувствует, что потерял большую часть этого, и ты не можешь понять, как это подпитывает его ярость. Ему... ему стало труднее с тех пор, как он вернулся сюда. Поскольку он находится на расстоянии вытянутой руки, я действительно не знаю, что он сделает.

Завсевремя, проведенное в Деназен, Кейл больше всего ненавидел, даже больше, чем пытки и бесчеловечные методы принуждения, тот факт, что они снова использовали его для убийств. Одно дело - делать это в целях самообороны, но без всякой причины…это превратило его в монстра, которого они сами создали. Пешку, которую они использовали снова и снова. Добавьте к этому пожизненное насилие и клин между нами, который они вбили между нами, и получится бомба замедленного действия. Черт. Обри была права, - Ты думаешь, он нападет на твоего брата?