Чтение онлайн

— Наставник Глокта, вы меня не поняли. Я пришел не за долгом. Вот уже семь лет я имею честь представлять банкирский дом «Валинт и Балк» в Дагоске.

После короткой паузы Глокта как можно небрежнее спросил:

— «Валинт и Балк», говорите? Вы, если не ошибаюсь, финансировали гильдию торговцев шелком.

— Мы вели с ними кое-какие дела, пока от них, как ни прискорбно, не отвернулась удача.

«Кое-какие дела! Да они принадлежали вам с потрохами!»

— Впрочем, — продолжал банкир, — у нас заключены договоры со многими гильдиями, компаниями, с другими банками, с частными лицами всякого звания, знатными и простыми. Сегодня я заключаю договор с вами.

— Какого рода?

Мофис щелкнул пальцами в сторону двери. Створка распахнулась, и два здоровяка-туземца, пыхтя и обливаясь потом, с трудом втащили в комнату огромный сундук из полированного черного дерева с обивкой из сверкающих стальных полос. Осторожно опустив груз на великолепный ковер, носильщики отерли со лба пот и удалились туда, откуда пришли. Глокта хмуро посмотрел им вслед: что происходит? Мофис достал из кармана ключ, открыл массивный замок, поднял крышку и аккуратно — на выверенный шаг — отодвинулся в сторону, чтобы Глокта увидел содержимое.

— Сто пятьдесят тысяч марок серебром.

Глокта растерянно моргнул. И правда: в тускнеющем свете вечернего солнца мерцали и сияли плоские серебряные кругляшки достоинством в пять марок. Не звенящий ворох монет, не какая-то варварская россыпь, а ровные, опрятные столбики, зажатые деревянными штырьками. Ровные и опрятные, как сам Мофис.

Носильщики тем временем заволокли в комнату второй сундук, размером чуть меньше, поставили его на пол и размашистым шагом вышли вон, даже не взглянув на сверкающее у них под носом сокровище.

Мофис тем же ключом открыл второй замок, поднял крышку и снова отступил в сторону.

— Триста пятьдесят тысяч марок золотом.

Глокта понимал, что сидит с открытым ртом, но закрыть его был не в силах. Яркий, чистый, золотой, сияющий желтый цвет… От этого богатства, словно от костра, веяло теплом. Оно тянуло к себе, влекло, манило… Ноги Глокты, сами собой, неуверенно шагнули к сундуку — он даже не успел осознать, что делает. Крупные золотистые кружочки достоинством в пятьдесят марок, выложенные, как и в первом сундуке, опрятными, ровными столбиками. Большинство людей в глаза таких монет не видели. А в таком количестве — почти никто, единицы.

Мофис достал из-под куртки плоский кожаный футляр и начал аккуратно разворачивать его на столе. Раз, другой, третий.

— Полмиллиона марок в драгоценных ограненных камнях.

На распластанной посреди коричневого стола мягкой черной коже в теплом сиянии солнца и в самом деле переливались всеми цветами радуги они — драгоценные камни. Две большие пригоршни мерцающей гальки. Онемевший от изумления Глокта таращился на разноцветную россыпь. «На фоне этих камней украшения магистра Эйдер — сущий пустяк!» — пришло ему в голову.

— В общей сложности владельцы банка велели мне ссудить вам, Занду дан Глокте, наставнику Дагоски, ровно один миллион марок. — Мофис развернул плотный лист бумаги. — Подпишите вот здесь.

Глокта переводил взгляд с одного ящика на другой. Левый глаз начал дергаться.

— Зачем?

— Для подтверждения, что вы получили деньги.

Он чуть не рассмеялся.

— Я не о подписи! Зачем мне прислали деньги? — Глокта широким взмахом обвел рукой сундуки и развернутый на столе футляр. — К чему все это?

— Очевидно, мои наниматели разделяют ваше стремление уберечь Дагоску от гурков. Другого объяснения я дать не могу.

— Не можете или не желаете?

— И то, и другое.

Глокта хмуро оглядел драгоценные камни, золото, серебро… В ноге пульсировала тупая боль.

«Ровно то, что мне нужно, и даже сверху. Однако банки просто так деньги направо-налево не разбрасывают — иначе они банками не стали бы…»

— Раз это ссуда, то каков процент?

Мофис вновь изобразил ледяную улыбку.

— Мои наниматели предпочитают это называть пожертвованием на защиту города. Правда, есть одно условие.

— Какое?

— Возможно, в будущем представитель банка «Валинт и Балк» попросит вас… об услуге. Мои наниматели искренне надеются, что в случае необходимости вы их не разочаруете.

«Один миллион марок за услугу… Я отдаю себя во власть крайне подозрительной организации, чьи мотивы не понимаю даже смутно. Кроме того, именно в этой организации я еще недавно собирался искать высокопоставленного предателя. Только какой у меня выбор? Без денег я потеряю город — и со мной кончено. Меня могло спасти лишь чудо. Так вот оно! Сверкает передо мной. Заблудившийся в пустыне берет воду у любого…»

Мофис подтолкнул через стол документ: несколько аккуратно выведенных абзацев и место для подписи.

«Для моей подписи. Очень похоже на признание… Узники всегда подписывают признания. А поставить свою подпись им предлагают, только тогда, когда у них нет выбора».

Глокта обмакнул перо в чернила и поставил свое имя в указанном месте.

— На этом все. — Выверенными движениями Мофис осторожно скрутил документ и аккуратно сунул его под куртку. — Мы с коллегами сегодня покидаем Дагоску. — («Пожертвовать целую гору денег на благое дело — и так мало верить в его успех!») — «Валинт и Балк» закрывают местные представительства, но, возможно, мы встретимся в Адуе, когда разрешится неприятная ситуация с гурками. — Мофис еще раз механически улыбнулся. — Только сразу все не тратьте. — И резко повернувшись, широким шагом вышел из комнаты.

Глокта остался наедине со свалившимся ему точно снег на голову богатством. Тяжело дыша, он медленно прошаркал к распахнутым сундукам и уставился на блестящие монеты. Было в этих деньгах что-то грязное. Что-то отвратительное. Почти пугающее. Глокта захлопнул крышки, дрожащими руками защелкнул замки, сунул ключ в карман и кончиками пальцев погладил металлическую обивку сундуков. На ладонях выступил пот.

«Я богат…»

Он зажал между большим и указательным пальцами прозрачный ограненный камень размером с желудь и, развернувшись к окну, поднял его на свет. Тусклый вечерний свет, преломляясь сквозь бесчисленные грани, рассыпался тысячей сверкающих искр — голубых, зеленых красных, белых… Глокта плохо разбирался в драгоценных камнях, но почти не сомневался, что это бриллиант.

«Я очень, очень богат…»

Он взглянул на мерцающий посреди кожаного квадрата холмик камней: немного мелких, большинство крупные, а несколько даже крупнее, чем тот, что был у него в руке.

«Я невероятно, сказочно богат! Подумать страшно, что можно сделать с такой горой денег, что можно контролировать. Возможно, теперь я сумею спасти город. Да! Построю стены, докуплю провизии, оружия, наемников… Гурки в панике, смешав ряды, отступили от Дагоски. Император Гуркухула посрамлен. Кто бы мог такое вообразить? Занд дан Глокта снова герой!»