Чтение онлайн

Мы в лучшем случае дальние родственники. Это не всегда было так. Десять лет назад, после смерти моей бабушки, Декса отправили в школу-интернат, и всё лучшее от родителей будто осталось в прошлом.

— Превосходно, — коротко отвечаю я.

— Ты уже давно не посещал доктора Лайс, — произносит он обвиняющим тоном.

Я скрещиваю руки.

— Моя болезнь неврологическая, а не психологическая. Я не понимаю смысла моих походов туда.

— Она нейропсихиатр. Важно, чтобы ты виделся с ней, наряду с…

— Крик Плейс, Декс. Я здесь поэтому,— перебиваю я его.

Он отклонился от темы, а я не собираюсь проводить здесь весь день.

— Сначала мы обсудим это, — говорит парень спокойно, но в его голосе слышится раздражение, которое, я уверен, заставляет съёживаться его сотрудников.

Как хорошо, что я не работаю на него.

— Она одна из лучших в своей области. Ты проявляешь беспечность, игнорируя её опыт, — произносит он, а в его голосе слышатся нотки злости.

Я делаю глубокий вдох и подавляю желание послать его, сжимаю челюсть. Этот парень способен выявлять в людях всё самое худшее.

— Твой отец показывает своё невежество, уничтожая памятник истории – место, где помогают многим людям. Что он собирается делать? Построить парковку?! — взрываюсь я.

Декс в изумлении откидывается на спинку кресла.

— Послушай. Это важно для многих людей здесь, включая и нашу семью. Прежде чем он начнёт что-то, можешь передать ему, чтобы он просто оставил всё, как есть, — говорю я, глубоко вздыхая.

— Ты же знаешь, если мой отец за что-то взялся, то это уже не просто начало, а свершившееся дело,— равнодушно отвечает он.

Я разочарованно складываю руки.

— Но… сейчас он этим не интересуется, — добавляет Декс беспечно.

Отлично, значит, я могу уходить.

— Ну, тогда, думаю, это всё, — проговариваю я, вставая.

— Тебя можно поздравить, не так ли? Надеюсь, мы получим приглашение на это грандиозное мероприятие,— произносит он прежде, чем я хотя бы отхожу от стула.

— Какое?

— Ты помолвлен с... Дженной Мэллори, — говорит он сухо.

Я пытаюсь скрыть удивление, ведь я сделал Дженне предложение только вчера. Я бы спросил, откуда он узнал, но на самом деле есть масса способов. У него, скорее всего, заключён договор на аренду с ювелирным магазином, где я покупал кольцо.

— Ты готов к этому шагу? — спрашивает Декс.

К счастью, это единственный человек, чьё мнение заботит меня меньше всего.

— Ну, раз ты всё знаешь, ответь себе сам, — отвечаю я с сарказмом.

Он ухмыляется и встаёт из-за стола.

— Брак и семья – лучшее, что может быть у людей, — произносит он, расхаживая вокруг стола.

Я скрещиваю руки на груди, думая, к чему он клонит.

Декстер всегда раздражал меня со времени своего отъезда. Он всего на три года старше меня, но всякий раз считает необходимым разговаривать, будто какой-то профессор из «Лиги плюща». (прим.: «Лига плюща» – объединение восьми старейших привилегированных учебных заведений на северо-востоке США: Корнельский университет в Итаке, университет Брауна в Провиденсе, Колумбийский университет в Нью-Йорке, Дартмутский колледж в Ганновере, Гарвардский университет в Кембридже, Принстонский университет в Принстоне, Пенсильванский университет в Филадельфии, Йельский университет в Нью-Хейвене).

— Иногда что-то происходит, и не всегда всё выходит так, как ты надеешься или планируешь, — в его голосе звучит намёк на сожаление. — Вот сегодня, например, я отдал бы всё, чтобы присутствовать на первом дне рождения своей крестницы.

Он берёт со стола рамку с фотографией и задумывается.

Интересно, какой отчаянный человек выбрал его крёстным. Безусловно, жадный до денег. Я знаю, что он не религиозен. Но и для обучения ребёнка таким ценностям, как честность, добросовестность и трудолюбие, он не идеальная кандидатура.

Декс переводит взгляд с фотографии на меня.

— Она красавица. Посмотри.

Он протягивает фотографию. Мне нет дела до этого человека, но отказаться взглянуть на фото его крестницы было бы свинством.

Я беру фотографию и невольно бросаю на неё взгляд. Женщина и маленькая девочка.

Женщина на снимке красивая, у неё длинные тёмные волосы и большие миндалевидные глаза. Девочка на фото не слишком похожа на неё, она похожа на…

Фотография выпадает из моих рук, когда острая боль пронзает мою голову.

— А-а-а! — я хватаюсь за голову и держу её в руках.

Нет. Не сейчас. Не в кабинете Декстера.

— Кристофер, ты в порядке? — спрашивает Декс, направляясь ко мне.

Я пячусь в поисках стула, на котором сидел до этого. Сердце стучит в ушах. Уже даже и не помню, как давно у меня была такая головная боль, но никогда она не вспыхивала так резко и сильно.

Я начинаю стонать, сжимая голову. Декс что-то говорит, но его голос звучит будто издалека, когда в моих глазах начинает темнеть.

— Позвони моим родителям! — пытаюсь сказать я, но не уверен даже, что произношу это вообще, и в этот момент всё вокруг чернеет.

Глава 2

Мне холодно, но лицо тёплое… почти горячее. Веки тяжёлые, как кирпичи. Мне удаётся поднять их, когда я привыкаю к солнечному свету. Спина болит. Я потягиваюсь. Мне твёрдо и тесно. Приподнимаюсь и вижу, что лежу на заднем сидении своего пикапа.

«Как я тут оказался?» Обвожу взглядом машину в поисках телефона и бумажника. У меня должны быть ключи, иначе как бы я попал в автомобиль? Это плохо. Так не вовремя! Почему сейчас?

Я замечаю приклеенный на зеркало заднего вида конверт, на котором написано какое-то слово, которое я не могу разглядеть. Мои линзы высохли и прилипли к векам. Я протягиваю руку и беру конверт. Он тяжёлый и плотно закрыт, поэтому требуются небольшие усилия, чтобы открыть его. Я могу прочитать слово «Открой», написанное красными чернилами. Я делаю это и нахожу внутри свой бумажник, телефон и ключи. Мобильный разряжен. Боюсь даже предполагать, который сейчас час или даже день.

Я вылезаю из пикапа и благодарю бога за то, что машина припаркована за домом моих родителей. Солнце яркое – надеюсь, сейчас середина дня. Это может означать, что я провёл в отключке лишь несколько часов. Но если сейчас утро, то мне конец.

Я подхожу к задней двери дома и поворачиваю ключ. Как же я сюда попал? «Думай, думай!» Но это бесполезно. Так происходило уже тысячу раз.

Я захожу на кухню. Она пустая, нельзя уловить даже запаха еды, и мой желудок сжимается. Это означает, что мама не готовит ужин. Что, в свою очередь, значит, что это не может быть тот же самый день, и я пропустил ужин с Дженной и её родителями. Она меня убьёт!

Я нахожу взглядом часы над столом в кухне. Сейчас половина десятого и уж точно не вечер. Я действительно облажался.