Чтение онлайн

Дина не смогла долго об этом думать, потому что вода оказалась такой горячей, приятной и расслабляющей, что она просто отпустила все вопросы, и они мелкими птицами, щебеча, разлетелись по углам. Рядом на полочке стояли ряды разноцветных солей для ванн, эфирных масел и пены. Дина взяла наугад маленькую баночку с солью, открыла и высыпала в воду.

К сожалению, почти сразу в голову пытались влезть мысли о междумирье, о теле Мартина - Дина на секунду представила, как оно втягивается в землю, точь в точь как кровь - о Джеймсе - у него было такое лицо, словно Дина предала его. Предала ли? Возможно. Но она не хотела, не могла возвращаться в Дюрамо, снова заходить в дом, в котором всё будет напоминать о Мартине, идти в школу и сидеть на скучных уроках, зная, что ей осталось не так много времени. Она успеет походить в школу в следующий раз. Джеймс сказал, что у него есть план, как сделать так, чтобы ей не пришлось больше стирать память. Но раз прошло уже несколько тысячелетий, и это так и не было сделано, скорее всего это просто невозможно. Будет ли он пытаться осуществить этот план теперь, когда она отказалась от его помощи и ушла с Уиллом? Птицы пикировали на неё, клюя и ударяя крыльями, не давая возможности расслабиться, и отмахиваться от назойливых мыслей не было смысла - тут же налетали другие. Дина вздохнула, задержала дыхание и ушла с головой под воду.

Когда, обмотавшись полотенцем, она вышла из ванной, то Лилии в комнате не было, а на кровати её уже ждала чистая одежда.

– О боже, - протянула Дина, поняв, что ей придётся одеть.

Она провела пальцами по чёрному кружеву платья, и заметила, что у кровати стоит пара туфель на низком каблуке. В голове мелькнула мысль "он знает, что я не люблю туфли, поэтому на низком каблуке?" Она мотнула головой. Всё равно. Она не хочет знать ответов. Не сейчас.

Сбросив мокрое полотенце, она натянула платье, высушила волосы и обула туфли. Стала перед высоким зеркалом трюмо.

Кожа была тонкой, бледной и почти прозрачной. Тёмно-синие волосы хорошо смотрелись с чёрной тканью платья. Оно было коротким, с прозрачными кружевными рукавами до локтя, и открытыми плечами.

– Неплохо, - оценила она.

Словно Уилл знал её, знал, какая одежда выгодно подчеркнёт её красоту и при этом не доставит особых неудобств. Эта его осведомлённость, отдающая заботой странным образом и располагала к себе, и одновременно тревожила Дину, и она не могла решить, стоит ли доверять Уиллу, или лучше держать ухо востро.

Уложив волосы, Дина на секунду опустила задумчивый взгляд на туфли, затем сбросила их и босая вышла в коридор. Шаги скрадывал длинный синий ковёр с кремовыми узорами по краям. Беззвучно пройдя по нему, Дина спустилась по лестнице и прошла в высокие белые двери, в которых до этого скрылся Уилл. В первую секунду ей показалось, что она ослепла - свет тысячами лучей бросился ей в глаза так, что захотелось заслониться рукой, а потом разглядела, что это море хрусталя отражает свет ламп и люстр, создавая иллюзию, что каждый предмет в комнате светится изнутри.

– Дина, - услышала она голос Уилла.

На нём была рубашка цвета шампанского и светлые брюки. Приблизившись, он окинул её взглядом и улыбнулся босым ногам.

– Ты выглядишь потрясающе. Надеюсь, тебе нравится платье?

– Да, спасибо. А туфли...

– Лишний элемент, - подмигнул он.
– Присаживайся, - Уилл отодвинул стул и помог ей сесть, а затем сел с противоположной стороны.

– Ого.

Стол ломился от блюд. Индейка, запечённая в лимонном соусе, тофу в томатном соусе с рисом и чёрной горчицей, лобио, всевозможные салаты и соусы.

– Нас точно будет только двое?
– усомнилась она.

Уилл засмеялся, позвал слугу, и тот налил им вина в бокалы.

– За твоё возвращение, - Уилл поднял бокал.

Дина сделала глоток, про себя отмечая, что всё-таки уже была здесь, хотя в принципе и так догадывалась, Уилл лишь подтвердил предположение.

– Наверняка у тебя есть вопросы. Не стесняйся, я отвечу на все, - подбодрил он.

Дина поставила бокал на стол, поблагодарила слугу, положившего ей на тарелку всего понемногу, и ответила Уиллу.

– Я не хочу ничего знать.

Его губы окрасились в алый цвет от вина, он удивлённо поднял брови.

– Что ж, как скажешь.

– Всё, что ты мне расскажешь, никогда не станет моими воспоминаниями. Это не моя жизнь, и всё что произошло - произошло не со мной. Я - это я, которой всего несколько недель.

Уилл наколол на вилку пару стручков лобио и отправил их в рот.

– Верно. Но всё, что происходило с той девушкой, произойдёт и с тобой.

– Я понимаю.

– И ты... смирилась?
– он изучающе всматривался в неё.

В тонкой зелёной радужке отражался свет от люстры, и казалось, что в глазах Уилла прыгают хитрые огоньки.

– Если бы я смирилась, я бы осталась...
– Дина хотела сказать "с Джеймсом", но осеклась, - там. Я бы осталась там.

При мысли о Джеймсе сердце неприятно сжалось. Всё же она некрасиво поступила, отвергнув его помощь и уйдя с Уиллом, которого она совершенно не знала, точнее, не помнила.

– Что и сказать, ходить в школу для такого человека, как ты - сущее кощунство. Твои таланты можно было бы применить совсем по-другому.

– Так вот почему ты предложил мне помощь, - Дина натянула улыбку, - чтобы использовать мои таланты. И орден не против. Я заметила.

Уилл улыбнулся.

– Ты всегда видела меня насквозь.

– Не говори так, - попросила Дина изменившимся голосом.
– Я не хочу знать, как было.

Он чуть склонил голову, соглашаясь.

– Я не смогу тебя ни к чему принуждать, но догадываюсь, что ты не терпишь скуку, и сидеть в этом особняке, запертая в четырёх стенах тоже не станешь.

Дина слушала молча, отмечая про себя, как он меняет "знаю" на "догадываюсь".

– И потому я бы мог предложить некоторые... назовём это развлечениями. Ведь для тебя это сущий пустяк, при этом ты сможешь использовать силу, и заодно окажешь существенную помощь мне.

– Представить сложно, чем я могу быть полезна, - искренне заметила Дина.
– Разве что как скоростной почтальон, - она фыркнула.

Уилл не улыбнулся.

– Ты и представления не имеешь, на что ты способна, Авердина.

Он сказал это с такой убежденностью и искренним восхищением в голосе, что у Дины ёкнуло сердце. И то, как он назвал её по имени... Словно любил его произносить, наслаждался его звучанием и вкусом на языке. В животе у Дины появилось такое ощущение, какое бывает после того, как залпом выпьешь стакан холодной содовой.