Чтение онлайн

Он сомкнул веки, заставляя себя уснуть. Завтра с рассветом снова в путь. Снова решения. Снова ответственность. Бежать от нее было некуда. Можно только нести.

Обратный путь из Тулы начался спокойно. Ватага, разросшаяся до четырех десятков человек, тянулась по лесной дороге. Впереди и сзади груженые телеги, в центре - новобранцы, подобранные Ярославом по деревням. Они шли, озираясь с робким любопытством, и еще слабо понимали, что происходит.

Инцидент случился на третий день, у вечернего привала. Всеволод, коренастый парень лет пятнадцати из старой гвардии Ярослава, мрачно наблюдал, как новички неумело разгружают дрова. Один из них, Артем, споткнулся и уронил несколько поленьев.

– Смотри-ка, щенки даже ходить толком не умеют, - громко проворчал Всеволод, обращаясь к сидевшему рядом Сеньке.
– Только зря наши припасы трескают. На что они вообще сгодятся?

Сенька нахмурился, но промолчал. Артем, услышав это, вспыхнул от обиды.

– Мы не дармоеды!
– крикнул он, сжимая кулаки.
– Мы работаем как все!

Всеволод с усмешкой поднялся во весь свой рост.

– Ага, работаешь. Упал, как мешок с соломой.

В этот момент подошел Ярослав. Его лицо было спокойным, но глаза горели холодным огнем.

– Проблема, Всеволод?

– Да вот, щенок не знает своего места - буркнул Всеволод, не опуская глаз.

– Его место здесь, со всеми нами, - тихо, но отчетливо сказал Ярослав.
– Как и твое.

– А я, выходит, зря тут пайку отрабатываю?
– Всеволод сделал шаг вперед, его лицо исказила злость.
– Ты им, я смотрю, больше веришь, чем нам, старым товарищам!

Он резко толкнул Ярослава в плечо. Тот лишь покачнулся, но не отступил. В следующее мгновение Всеволод уже летел на землю, сбитый точным и резким движением. Ярослав, использовав его же импульс, оказался сверху, прижимая противника к земле. Драка длилась секунды.

– В походе старший - я!
– его голос прозвучал, как удар хлыста, заставляя замерзнуть всех вокруг.
– И те командиры, кого я назначу! Не тебе это решать, кто здесь дармоед, а кто нет!

Всеволод, пытаясь вырваться, хрипел под ним. Но Ярослав держал его мертвой хваткой.

– Ты силен, Всеволод. Но твоя сила должна служить ватаге, а не твоей гордыне. Еще раз тронешь кого-то из своих - вышвырну в лесу одного. Понял?

Он отпустил его. Всеволод, тяжело дыша, поднялся с земли. Его взгляд выражал ярость, обиду и... смутное понимание.

– Понял, - просипел он, отряхиваясь.

– Хорошо. С завтрашнего дня будешь учить новичков обращаться с топором. На деле покажешь, что значит быть старшим.

Ярослав повернулся к остальным. В лагере стояла полная тишина.

– Запомните все!
– его голос звенел в вечернем воздухе.
– Мы либо одна ватага, либо легкая добыча для любого лихого человека. Выбор за вами.

Этот инцидент не сплотил ватагу мгновенно. Но он расставил все по своим местам. Сомнения в лидерстве Ярослава исчезли. А Всеволод, хоть и затаив обиду, на следующее утро уже мрачно инструктировал новичков. Дисциплина после этого стала железной.

Дальше путь так же прошел в торговле и вербовке новобранцев, при чем торговля оказалась еще более удачной, поскольку на обратном пути они продавали именно те товары, на которые был высокий спрос, благо спрос Ярослав фиксировал изначально. Правда брать у крестьян было особо нечего, и поэтому были закуплены значительные запасы продовольствия.

Глава 7.

Летом пролетело в бешеном ритме. К концу лета удалось мало мальски организовать добычу железной руды, из которой тут же получали крицу, а производство в изделья пока временно шло в Изроге. В самом селении по меркам крестьян происходил сумасшедший дом, возле школы появилась церковь, у реки пристань и мастерская по производству лодок и плотов, к селению постоянно то приплывали, то отплывали суда Ярослава, так же стихийно образовался торг, после того как деревянная церковь была закончена, он построил хороший высокий частокол вокруг своего хозяйства, благо лесопилка уже отлично поставляла бревна. Деятельность школы уже разделилась на три ветви, это не посредственно образование, военную составляющую и на научную. Кузнец Никодим тоже фактически переехал в школу, к удивлению Ярослава он оказался очень жадным до новых знаний, а так же у него оказались хорошие педагогические задатки. Так за лето была внедрена коса литовка , которая дала феноменальный прирост в заготовке сена, а так же информация о ней со скоростью лесного пожара разнеслась по окружающим селениям, и пришлось даже наладить небольшое производство кос, так за косу крестьяне даже плохеньких лошадок предлагали, поэтому такой шанс на ажиотажный спрос нельзя было упускать.

Школа значительно пополнилась поголовьем скота. Пришлось увеличивать площади сенокоса, и для этого сделали паромную переправу и выкосили весь нижний берег реки. Благо плоты и лодки тоже строились.

По тихонько развивался глиняный карьер, хотя к обжигу кирпичей подошли только к осени, а в течении лета готовили и сушили заготовки, пока что абсолютно ручным способом. Из первых же кирпичей Ярослав начал реализовать принцип кольцевых печей, пока в маленьком масштабе, но самое главное, чтобы люди поняли технологию, а когда появятся рабочие руки, то масштабировать процесс не составит труда. К осени так же была отлажена логистика по доставке древесного угля для обжига.

Все работы за пределами селения по прежнему носили форму наряда, но уже к концу лета Ярослав начал подмечать ребят кто наиболее всего себя проявлял и уже начал ставить бригадиров по направлениям.

Неожиданно повышенным спросом стала пользоваться бумага, ее мизерное производство Ярик сделал при церкви для собственных нужд, и в качестве наглядного примера для своих ребят на деревянной пресс-форме для листов вырезал православный крест. В народе ее стали называть царьградской бумагой и священнослужители со всей округи начали засылать купцов в Изрог.

К осени был закончен один из важнейших проектов. Под странным рабочим названием комбайн .Конечно это была не самоходная машина, а набор примитивных конструкций. Но для местных аборигенов это был просто прорыв космического масштаба. Комбайн представлял из себя три модуля. Первое это молотильный барабан, в котором зерно оделялось от соломы, затем зерно ссыпалось в веялку которая представляла собой бункер с пропеллером внутри, суть его проста крутя ручку, работник создавал достаточный поток воздуха чтобы отделить всю мелкую соломку от зерна. Дальше зерно поступало в сортировочный бункер, где были установлены три сита, которые делили зерно по размеру. Поскольку транспортеров или шнеков сделать в текущих условиях было не возможно, Ярослав заложил принцип движения зерна на основе гравитации. Поэтому модули располагались почти вертикально на переносных конструкциях, а к молотилке ставили приставные деревянные ступени поскольку материал надо было подымать почти на двух метровую высоту.

А так же была сделана первая телега с деревянными колесами, но самым трудоемким, оказалось, реализовать идею Ярослав по строительству скрытых подземных хранилищ для урожая. Всего успели сделать два небольших хранилища а-ля подвалы, один на защищённой территории школы, а второй в лесочке возле поля.

Вот пришла осень и началась битва за урожай. Самым сложным оказалось начало, Ярославу пришлось два дня уговаривать людей скашивать зерно косой, было сложно пересилить их благоговейное, граничащее с фанатизмом, отношение к хлебу. После продолжительных разговоров и все же привитой за это время дисциплиной удалось дело сдвинуть с мертвой точки.

На краю поля был установлен комбайн люди Ярослава, включая его должников взяв косы, начали косить зерновые. А за ними ехала телега, в которую собирали урожай и везли на помол. Там в работу вступал комбайн , который тоже обслуживало с десяток ребят, поскольку все механизмы в нем работали в ручную.

– Сенька не зевай, подкидывай - кричал Никодим вращая обмолочный барабан.

– Дядька Никодим это мы сейчас мигом - сказал парнишка, спрыгивая с телеги.

Люди радовались и улыбались, с шутками и прибаутками работали с утра до ночи.