Чтение онлайн

— Насчёт слежки не совсем так. Скажем так, мы шли с вами в одном направлении. Произошедшее я заметил совершенно случайно. А как вошёл? Так дверь же была не заперта.

Он лукавил, я чувствовала это. Несмотря на то, что его вмешательство можно было бы назвать благородным, в помощи я совершенно не нуждалась. Но представим, что я была бы слабой девушкой, и он пришёл сюда меня защитить. Да, положительный поступок. Но вся эта скрытность, насмешливость и хитреца, просматривающаяся во взгляде — всё говорило о том, что этот человек крайне непрост и совершенно непредсказуем.

— Скажите, — решила уточнить я, — вы собираетесь докладывать моему мужу о поведении этого человека?

— Думаю, это будет несколько неуместно, — проговорил преподобный, отводя взгляд. — Вас считают, простите за откровенность, любовницей этого мужчины, и мой свидетельство о произошедшем навредит исключительно вам. В вашу невиновность никто не поверит. Это же очевидно!

— А вы, я смотрю, очень осведомлены о том, что у нас здесь происходит, — прищурилась я с недовольной миной.

— Я духовное лицо, — улыбнулся преподобный. — Моя работа — знать о других абсолютно всё. Я же в души заглядываю, не то, что в судьбы.

— Ну да, ну да, как всегда, железная отмазка, — пробормотала я с досадой. — Ладно, давайте сделаем вид, что вы ничего не видели и ничего не было.

— Хорошо. Как скажете, леди, — произнёс Ксандер и тряхнул своей светло-русой гривой, которая рассыпалась по плечам аккуратными волнами. В полумраке и за Ангела принять можно, вот только взгляд для небесного создания слишком лукав.

Я поправила одежду, приподняла юбки и решительно направилась к выходу. Когда проходила мимо молодого человека, вдруг почувствовала, как он резко схватил меня за локоть. Встрепенулась, замерла и посмотрела на него с холодным предупреждением во взгляде.

— У вас щепка прицепилась к волосам, — произнёс он мягким дружелюбным тоном, потянулся рукой к моей причёске и вынул оттуда какую-то мусоринку.

Меня пробрало дрожью, но не потому, что ко мне прикоснулся мужчина, а потому что его внутренняя сила зашкаливала. Таких людей я ещё не встречала никогда. Его будет очень трудно просчитать и почти невозможно обмануть. Это самый опасный противник из всех окружающих здесь!

— Спасибо, — мило улыбнулась я, пряча усилившееся напряжение. — Спасибо за всё, преподобный Ксандер.

— Когда мы одни, — неожиданно ответил он, — можете называть меня просто Ксан.

— Разве это будет уместно? — я вздёрнула бровь.

— Вполне, — ответил молодой человек, ничуть не смутившись. — Моя задача — иметь близкие душевные отношения со всеми своими прихожанами. Официально я преподобный, а для вас — друг по имени Ксан.

— Друг? — хмыкнула я. — А вы даром времени не теряете. Уверены, что мне захочется с вами дружить?

— Более чем, — самоуверенно ответил молодой человек и сверкнул серыми глазами. — Мне кажется, мы с вами можем многому друг от друга научиться.

— Возможно, — ответила я уклончиво, — а теперь прощайте.

С этими словами я аккуратно вырвалась из его захвата и поспешила прочь, чувствуя в душе сильное волнение. Этот человек был слишком сложен для меня. Мне нужно держаться от него подальше…

***

Александр Грутто и главный королевский дознаватель покинули поместье невероятно скоро. Я очень удивилась. Неужели свёкру действительно удалось договориться с ними? И они на всё согласились?

Очень удачно подслушала обсуждение сложившейся ситуации служанками. Как я и думала, у всяких стен есть уши. Те были прекрасно осведомлены о том, что происходило в гостиной. Впрочем, ведь не одна я умею подслушивать.

— Господин Грутто отдал документы нашему господину, — шептала одна из служанок радостно, — и ушёл восвояси. Королевский дознаватель тоже был не очень рад, но выбора у них не было. Сперва они не хотели соглашаться на сотрудничество, но потом что-то произошло. Говорят, это благословение небес. Наш новый преподобный полдня молился о благополучном исходе этого дела. А потом даже подходил к этому Александру Грутто и исповедовал его. Они разговаривали прямо во дворе, и господин Грутто покаянно опустил голову.

Я едва не выругалась вслух. Ну он и прохвост! Когда только успел??? Как преподобный умудряется быть везде и всюду одновременно? Неужели у него есть влияние даже на таких мордоворотов, как эти товарищи? Эх, не к добру это всё, не к добру…

Я не наивная служанка, чтобы верить в непогрешимость преподобного и его исключительно духовную роль. Такой мог и припугнуть воздыхателя местной Евангелины. Но только чем? Что за козырь у священника в рукаве?

Так, мне срочно нужна информация…

Спальня. Час спустя…

Няня с удовольствием уплетала мягкие пирожные, запивая ароматным чаем. Старушка была счастлива. Впервые за целый год её подопечная обращалась с ней очень ласково.

Я чувствовала перед старушкой вину за поведение местной Евангелины. Но сейчас позвала её не ради доброго дела, а для получения информации. Поговорив с няней около получаса, я смогла нарыть некоторые сведения.

Оказывается, преподобный Ксандер получил сан всего пять лет назад. Его хорошо знают в столице. Чем-то там он выделился особенным. Короче, местный гений. Ему пророчат великое будущее вместо вместо верховного святителя всего королевства. А вот что именно священник делал в нашей глуши, няня так и не сказала. Это оказалось тайной за семью печатями.

Но ведь не ради же меня он здесь, — думалось мне. Даже если он считает меня ведьмой и хочет разоблачить, он мог бы просто схватить меня и допрашивать в своей келье. Не знаю. К тому же священник всеми силами ищет сближения. Мутный тип, короче.

А может быть, дело не во мне, а в моём муже? Может быть ему, как этому Александру Грутто, что-то нужно? Хочет отхватить кусок от поместья или от тех же родников?

К сожалению, это была единственная информация, которой располагала няня. Я отправила её отдыхать, а сама решила, что пора заняться просвещением.

На вечер, тихо проскользнув в кабинет Генри, пока он где-то ошивался с отцом, я набрала в стопку книг с его полки. Выбрала местные законы, какую-то религиозную муть, немного географии. Закрывшись у себя, начала читать. Продраться сквозь витиеватые словесные конструкции было очень трудно. Манера у местных писателей была отвратительной.

Но за несколько часов мне удалось разузнать, что верят местные в пятерых богов и поклоняются так называемому свету. Главная религия, её называют светлой, придерживается строгих правил. Священники соблюдают целибат.