Чтение онлайн

— Добрый вечер, Александр Владимирович! — осторожно выдохнула я, поприветствовав его.

Сердце предательски затрепыхалось в груди.

— Александр Владимирович? — переспросил он, рассмеявшись, после не долгой паузы. — И это после того что между нами произошло? К тому же звучит весьма глупо.

Нет, покоя мне не будет. Я сделала шаг вперед, как и советовала подруга. Совершила безумство и вот теперь совсем другая реальность, где есть место еще одному мужчине. И сейчас, кажется, что его настолько много в моей жизни. Нет, это пройдет, и острота реакции сотрется из памяти. Просто сейчас слишком хорошо помню его губы, руки, горячее дыхание, запах. И каждый раз, будто стрелой пронзает тело от воспоминаний о вчерашней ночи и о мужчине рядом. И поэтому разговор с ним настолько мучителен, пропитан чувством вины стыда. И к своему ужасу или облегчению я с трудом вспоминаю, как это было с Димой и я хочу еще, как было с Загорским. Господи, какая глупость.

— Прекратите, — зашипела я, пробуя возмутиться, чувствуя, как мое лицо вспыхивает, как спичка, а по телу бегут мурашки. Не собиралась ему уступать. Просто настырничала из принципа. Правда, в чем заключался этот самый принцип, объяснить себе было сложно. И выдержки не хватало иронизировать, над сложившейся ситуацией, а вот у Александра ее было предостаточно. — Что Вам нужно?

— Алена, у меня к тебе есть просьба, — озвучил он причину своего звонка, наконец-то, оценив степень моей моей серьезности. — Встречаться ты со мной вряд ли захочешь, поэтому звоню.

— Правильно думаете, — не удержалась я, присаживаясь на диван, нервно, кусая губы. Невольно насторожившись.

— Я вообще умный, — хмыкнул он в ответ на том конце. — Так что на счет просьбы? Согласна?

Конечно, разбежалась со всех ног. Но интерес решила проявить. Было любопытно, чем заслужила такое внимание от господина Загорского.

— Какая?

— Нужна помощь моему знакомому, — без всякой игривости и насмешек ответил он. — Можно я дам твой номер телефона?

— Какого характера помощь? — задала очередной вопрос.

— Ну, уж точно не мешки тягать. Юридическая, конечно же. Глупый вопрос, Ален.

— Знаете что… — попробовала я реально обидеться, правда, Загорский тут же пресек мою вдруг возникшую эмоцию.

— Извини и не кипятись. Хватит гордыню демонстрировать.

— Вы знаете, где я работаю.

— Прекрати, — зарычал он мне в трубку, теряя терпение. — Это действительно выглядит глупо. Мы взрослые люди.

Глаза закрыла в странном бессилии, лоб потерла.

— Хорошо, ты знаешь, где я работаю, — сдалась я.

— Нет, ему нужна консультация и желательно без лишних глаз и ушей.

— Почему я? — задала интересующий меня вопрос.

— Я тебе доверяю.

В трубке повисла тишина. Это нужно было осознать. С какого это интересно времени появилось это самое доверие?

— Надо же какая честь, а если серьезно?

— А если серьезно, то с меня достаточно Доронина, если ты это имеешь виду. Семейные дела. Пожалей мою тонкую душевную организацию. К тому же твои услуги хорошо оплатят. Думаю, это будет не лишним бонусом.

Пауза, после чего я выдала короткое:

— Хорошо.

Сразу же отключилась. Телефон до боли сжала в руке. В очередной раз разозлилась на Загорского. Ему было все равно. Чувство вины в нем так и не проснулось. Получил удовольствие и поминайте как звали. К тому же, если я хорошо помню нашу ночь, жаловаться ему не на что.

— Не хочешь послушать? — кивнула на расписание суда Наташа.

Сегодня мы вместе принимали участие в уголовном процессе, представляя интересы двух клиентов. Благодаря нашим усилиям двум подопечным хоть на немного, но срок наказания был уменьшен, и это была безусловная победа, которую мы отметили чашкой кофе и бисквитным пирожным. Правда, пообещав друг другу, что в самое ближайшее время встретимся и отпразднуем чем-то покрепче и явно не в рабочее время.

— А что там? — спросила я.

— Не что, а кто, — уточнила коллега, стуча своим красным коготком по вывески. — Уверяю тебя, будет весело, занятно и познавательно. Время прогулять рабочее время еще есть. Мы управились гораздо быстрее, чем предполагалось. Думала, у прокурора пар из ушей повалит. Сидел красный, как помидор.

— Да, особенно, когда ты намекнула на мужское достоинство и большую любовь к нему твоего подзащитного. Мне показалось, что и судья уголовно-процессуальным кодексом прикрылась от смущения, — хихикнула я.

— Идем?

Я перевела заинтересованный взгляд на то место, куда указывали минуту назад пальчики Наташи и тут же напряглась. Улыбка на губах сразу же увяла. Интересно, познавательно, весело мне точно не будет. А вот собственные нервы потреплю себе изрядно.

Загорский.

— К тому же лишнем не будет, — продолжала она свои бесполезные уговоры. — Тебе нужно видеть противника и знать, как правильно на него реагировать.

Наташа ждала ответа, одновременно, крутя своей кудрявой головкой по сторонам. Кому-то даже кивала. Потом снова посмотрела на меня. Пришлось отрицательно качнуть головой, отказавшись от столь прекрасной перспективы удовлетворить свое любопытство. Оно на самом деле было и носило чисто профессиональный характер в данной конкретной ситуации, но заявиться в зал судебного заседания, мне не позволила банальная гордость, которая не имела отношения к работе. Ни в каком случае, я не могла допустить, чтобы в его голове возникли мысли, что я бегаю за ним и восхищаюсь его персоной. А, если, в общем, то я со страхом ждала нашей следующей встречи — моей и его реакции. За прошедшие дни мы не виделись ни разу. Он больше не звонил. Но каждый раз, как я переступала порог суда или прокуратуры искала глазами высокого мужчину, с серым пронзительным взглядом. Каждый раз готовилась, мысленно представляя, что скажу ему, как поведу себя. В своих мыслях я была горда, равнодушна, независима, непринужденна. И, если быть уж совсем честной, то воспоминания о той ночи не давали покоя. С одной стороны, действительно, что я зациклилась на этом? Ну, было у них что-то по неразумности обоих, но это же не повод съедать себя и делать из мухи слона. Даже, если очень хочется. Но с другой…Все в один миг стало сложно. На душе была маета. Глаза закрывала, но вместо того, чтобы собраться силами, мне снова вспоминался Загорский. Его руки на моем теле, серые глаза, которые пристально вглядывались в мое лицо, чтобы потом поцеловать, дрожь по телу, тепло и жар исходящий от него. Хуже всего приходилось, когда я ложилась в постель. Признаться, первые два даже не рискнула постельное белье бросить в стирку, наслаждалась запахом Загорского. Сумасшествие, иначе не назовешь. От этих воспоминаний щеки начинали пылать, а тело все еще хранило следы парочку следов пережитой страсти. Господи, я не удержалась и полночи в выясняла, был ли он женат, если у него сейчас кто-то постоянный. Но ничего толкового не обнаружила. До конца вообще не понимая, зачем мне это нужно. Вот почему мне в тот вечер осторожность отказала? Если бы думала о последствия, сейчас бы не мучилась и смогла стольких проблем избежать. Например, не терзалась бы желанием увидеть его. Как школьница, ей-богу!

Но то, что случилось в ту ночь, определенно, разбило мою жизнь на две половины. И что делать с Александром Загорским поселившимся в моих мыслях, я не знала. И такое присутствие в моей жизни, казалось, сейчас более опасным, чем те люди, которые мне угрожали, чем та душевная травма, которую нанес мне Дима.

Мы еще немного потрещали в холле суда, прежде, чем разойтись. Коллега все же решила посетить судебное слушание с Александром Владимировичем. Как выразилась Наташа, чтобы получить чисто профессиональное удовлетворение. Она предприняла еще пару безуспешных попыток меня затащить на столь важное мероприятие, но я была, как скала. Уже выходя из здания суда, на крыльце слева обнаружила небольшую группу мужчин. Замерла в некоторой растерянности, увидев его. Хотелось провалиться сквозь землю и от стыда, и от того, как передернуло от волнения и затрепетало сердце. Загорский выглядел чрезвычайно занятым беседой. На меня даже не взглянул. Я приказала себе больше на него не смотреть и продолжить путь к автобусной остановке. Но сказать было легче, чем сделать. Мой взгляд будто был прикован к его широкой спине. А потом он обернулся и без сомнения в этот момент увидел меня. На секунду отвлекся, замолчал, усмехнулся.

Вот спрашивается, чего он усмехается, а я нервничаю?

Пришлось выпрямиться и расправить плечи, стараясь показать свое равнодушие и, что проведенная ночь вместе ничего не меняет. Посверлил меня еще немного веселым взглядом, после чего вернулся к разговору с мужчинами. Где-то внутри неприятно кольнуло. Это стало неприятным открытием. Я не имела право чувствовать хоть какую-то обиду. Но черт подери, его равнодушие и невозмутимость задело меня, вопреки здравому смыслу. Хотя чего я ждала? Что он ринется ко мне с объятиями? Скажет, что скучал, и у него до меня не было таких женщин. Складную сказочку, напридумывала себе и в омут с головой. Вон даже обидеться успела. Самой от себя смешно. Как и Загорскому. Я отправлялась в столицу работать, а не хвостом крутить, но на деле вышло именно так.

Вернулась в офис. Работа не работалась. На свой стол навалилась, и лицо руками закрыла. Мое настроение было на нуле. Позвонила Софье — нужно было хоть кому-то высказаться, иначе я сойду с ума. Договорились встретиться после семи. В кафе, неподалеку от моей работы. Последний клиент ушел, и можно было облегченно вздохнуть. Слава богу, конец рабочего дня. Казалось, он тянулся вечность. Быстро покидав все сумочку, не с кем не попрощавшись, побежала прочь, не сомневаясь, что Наташка в красках мне хотела поведать о распрекрасном Загорском. И если бы ее не трудовая загруженность, сделала бы это раньше.