Чтение онлайн

— Ты смеешься надо мной? Прекрасно!

Смеяться я перестала. Мне его голос показался подозрительным, поэтому я рискнула спросить:

— Ты пьян?

— Немного, — после короткой паузы ответил он.

— Ты принял для храбрости и приехал ко мне? — подивилась я.

— Мне не нужна храбрость, чтобы к тебе приехать, — фыркнул Загорский от смеха, на мое замечание. — Разве, что частичку безумия.

Я сделала осторожный вздох, прежде чем спросить:

— Саш, зачем ты приехал?

— Ты знаешь, зачем.

— Не знаю.

— Впусти меня, а? Я соскучился, Аленка. Только что самолета.

Он просто сказал это, ничего не скрывая. От волнения, сглотнула. Чуть сильнее сжала трубку телефона. Мурашки по всему телу побежали от его признания.

— Меня нет дома, — ответила я, к своему ужасу, испытав досаду.

— Алена! — его рык в ответ. — Ты издеваешься надо мной уже две недели.

— Саш, я у родителей. У папы день рождение. Меня нет в Москве.

В трубке повисло молчание.

— Мне не нравиться, что ты там. Среди этих людей. По бывшему соскучилась?

Я молчала. Замечание было несправедливым и малоприятным. К тому же я искренне не понимала вдруг изменившийся тон разговора.

— Прости, — услышала в трубке после короткой паузы.

— Ты устал? — зачем-то спросила я, поменяв тему.

Совершенно точно понимая, что тоже скучала по нему и увидеть его хотелось. Почувствовать его руки на своем теле, горячее дыхание и прикосновение теплых губ. Господи, что происходит? Я каждый раз наступаю на одни и те же грабли, причем делаю это сознательно.

— Да, — признался он. — Хочешь, я за тобой приеду? Утром.

Я помедлила с ответом.

— Нам нельзя… — произнесла я почти шепотом, закрыв глаза.

— Знаю. Ален…

— Я послезавтра буду в Москве. В среду у нас слушание, Александр Владимирович.

И отключилась. Как бы я не хотела согласиться на его предложение, но делать этого не стоило. Правильно сказала Сонька о том, что сначала нужно закончить дело, а оптом уже разбираться в своих душевных состояниях и хотелках.

Я снова вернулась за стол, за которым шел оживленный разговор о каком-то новом назначении на должность в аппарате губернатора.

Мой телефон снова ожил.

«Зараза, ты Матвеева»

Я совершенно счастливо улыбнулась, заметив на себе любопытные взгляды моей родни, которые я успешно проигнорировала.

Остаток семейного ужина, проходил в еще более напряженной обстановке. Я замечала как родители то и дело переглядываются. Дима по большей части молчал, кидал на меня задумчивые, пристальные взгляды. Будто присматривался к незнакомке. Разглядывал, прожигал. Сегодня этот взгляд не казался мне пустым и равнодушным, но он меня не волновал, как и сам Димка. Я не чувствовала былого трепета, когда мы встречались глазами. Я думала о Загорском. О том, где он, а главное с кем сейчас. Кто сейчас снимает его усталость. Я не имела право думать, но запретить себе не могла. Эти мысли мне совсем не нравились.

Вика злилась и, наверное, впервые за долгое время меня это радовало. Я получала какое-то странное наслаждение. Мама на будущего зятя поглядывала недовольно и тревожно, а потом на меня с очередным укором. Мне и самой не нравились пристальные взгляды Димы. Конечно же, я их заметила. Очень даже заметила. Это был чуть не первый раз, когда бывший посвящал мне столько внимания. Обычно он любовался Викой, обменивался легкими, теплыми поцелуями. А сегодня ничего подобного не было. Он вообще сидел мрачнее тучи и был всем недоволен. Практически ничего не ел. Это выглядело весьма странным. Будущий зять любил, как готовит его теща. Что-то не ладное творилось в идеальных отношениях у моего бывшего. Фейерверк утихал? Полет уже был не так высок?

Но мне не было до этого абсолютно никакого дела. Мне просто в очередной раз было обидно. Родители… Ведь они меня снова отодвигали в сторону, ради любви, счастья сестренки. Хотя я этому счастью не мешала никак. Уж точно на Дмитрия не претендовала. Я его отдала без боя. Даже ничего не делая, я вновь была виновата. Просто одним своим присутствием накаляла воздух. Я видела, что мама мне хочет что-то сказать или о чем-то спросить, но при всех не решается. Скорее всего, как только закончится ужин, меня снова попросят уехать как можно скорее. Мама с папой будут снова стараться ради Вики.

Зачем испытывать судьбу?

Сегодня я возьму инициативу в свои руки. Раз и навсегда, разорву чертов круг, по которому я бегу, подгоняемая своей родней последние несколько месяцев.

— Алена, не поможешь мне на кухне? — мама все же не утерпела, сделав первый шаг. Вышла из-за стола, ожидая, когда я за ней пойду. Только я никуда не собиралась идти. Конечно же, ей не нужна была моя помощь. Всего лишь предлог, чтобы очередной раз напомнить, что семья превыше всего.

— Нет! — ответила я, взглянув на нее. Открыто, смело и дерзко.

— Алена! — возмутилась родительница. Она заметно занервничала, кидая то на меня растерянные взгляды, то на родителей Дмитрия.

— Ну, что ты так на меня смотришь, мама? — отложив столовые приборы, спросила я, откинувшись на спинку стула.

Мамин взгляд быстро превратился из растерянного в понимающий. Конечно же, она уловила мои неправильные и не предвещающие ничего хорошего прохладные интонации. И это снова причиняло мне боль. И ни один сидящий здесь человек даже не представлял, как мне было сейчас тяжело. Плакать я себе запретила. Сейчас и потом. Я должна быть сильной.

— Хочешь попросить меня уехать? — улыбнулась я ей. Точнее выдавила из себя улыбку. — Для этого не нужно удаляться на кухню. Здесь все свои. Семья. У нас не должно быть тайн друг от друга. Просто озвучь. Я уже настолько привыкла, что меня это нисколько не удивит.

За столом повисла тишина, на меня смотрели все. Я знала, что так будет и была готова к такой реакции.

— Алена… — мама несколько сконфуженно, попыталась остановить меня. Я видела насколько сбила ее с толку своей выходкой, но она пыталась держать лицо. Нервно улыбалась. Пыталась сохранить перед будущими родственниками иллюзию чистой и святой семьи. Будто они слепые дураки.

Я чувствовала, как отец метал в меня молнии, но головы не повернула.

— Помешала вашему призрачному благополучию, — безапелляционным тоном заявила я, совершенно точно понимая, насколько права.

— Это не так, — возразила мама. — Ты наша дочь. Как ты можешь такое говорить? Алена, это столица так на тебя плохо влияет? Плохо. Очень плохо.

— Ты злишься? — подивилась Вика, решив тоже принять в нашей беседе разговор.

По ее глазам я поняла, что сестра тоже ждала этого момента.