Чтение онлайн

Ой, мамочки - он выше меня на полторы головы, я как маленький кролик перед ним. Ладно, собрались, панику в сторону, семь тысяч маячат на горизонте.

– Да, я вам хотела что-то сказать, Александр Сергеевич.

– И?
– он сложил руки на груди.

Я набрала воздуха и выпалила:

– Вы самый красивый, самый обаятельный мужчина, которого я когда-либо встречала!

Брови шефа удивленно поползли вверх.

– И все женщины мечтают быть с вами, но вы же со всеми держите дистанцию, и поэтому всех интересует вопрос - как этого добиться?

– Что?

Я послушно открыла рот, чтобы повторить эту тираду еще раз, но он меня перебил:

– Нет-нет, я все понял с первого раза. Я хотел спросить, вы действительно так считаете? Или вас на такую шутку надоумили подруги, с которыми вы шушукались за обедом?

Я покраснела, опустив глаза в пол. Мне захотелось срочно провалиться сквозь землю, отмотать время назад и никогда не говорить ему тех слов, которые я сказала ранее.

– Знаете, - он сделал шаг вперед, и горячая мужская ладонь обожгла плечо, - женщина, которая меня заинтересует, должна хоть что-то из себя представлять, и это совсем не внешность. Можете так и передать.

– Да...

– Хорошие кроссовки, - продолжил он, как ни в чем ни бывало.

– Простите, я знаю, что это не по дресс-коду, но я тогда потеряла туфли, а других у меня нет, и вот...
– я оправдывалась, все также не поднимая головы и проклиная собственную глупость, - но я сегодня же это исправлю!

– Не надо, мне нравится.

Внезапно он подцепил рукой мой подбородок, заставив поднять взгляд на него:

– Екатерина Игоревна, не переживайте - все совершают глупости и неудачно шутят - я все понимаю. Ничего страшного не случилось, не переживайте.

Он отступил назад и развернулся ко мне спиной:

– Хорошего вам дня.

Я осталась стоять посередине пустого коридора. Да, я могла бы заинтересовать шефа, ведь я что-то из себя представляю. Полную дуру, например.

А на девушек из отдела я обиделась. Глупо, по-детски - ведь сама во все это ввязалась - но не могла ничего с собой поделать: жгла обида на этих выдумщиц. Слова шефа я им передала, от себя добавив еще пару не очень приятных слов. Девочки все поняли и сидели тихие как мышки, боясь пикнуть хотя бы слово, во все со мной соглашаясь и даже начав работать. Зато выигрыш свой я получила и решила, что как только выдастся время, пойду и куплю эти несчастные туфли.

И вроде все шло нормально и тихо. Пару дней. А потом меня к себе вызвал Александр Сергеевич.

– Неужели, он все-таки обиделся на те слова?
– обеспокоенно спросила Таня.

– Не знаю, - я безразлично пожала плечами, - ну, если увольнять соберется, то я ему скажу, что вина не моя.

Все промолчали - понимали, что я имею на это право.

В знакомом кабинете почти ничего не изменилось. Только вместо того ужасного кресла стояло чуть поменьше и посимпатичнее.

– Здравствуйте, Екатерина Игоревна.

– Добрый день, Александр Сергеевич, - настороженно ответила я.

Мы не виделись с того памятного разговора, и я не знала, что он от меня хочет, и от этого еще больше нервничала.

Мужчина, опустив подбородок на сцепленные руки, задумчиво смотрел куда-то сквозь меня. Не решаясь нарушить молчание, я сидела тихо как мышка, искоса рассматривая Ворона. Все-таки действительно невероятно красив. Не смазливой глянцевой красотой мальчиков с обложки. Четкие черты лица, прямой нос, темные брови, глаза, которые просто дух вышибают, высокие скулы, красиво очерченные губы. Ладно, я могу понять, почему многие хотят нашего шефа. Забавно, кстати: на прошлой работе генеральным директором был вечно брюзжащий мужик за шестьдесят. Так что в этом плане мне повезло - хоть полюбоваться издалека смогу. Правда, что-то в последнее время мы с ним слишком часто пересекаемся.

– Я хотел вас кое о чем попросить, Екатерина, - наконец-то очнулся Воронов, - вы же женщина?

– - Ммм, - я растерялась, - вроде с утра была ею. А что?

– Простите, - он поморщился, - не так выразился. Я вижу, что серьезная, умная, мне нужна ваш совет в одном вопросе.

Вот интересно, когда он успел понять, что я умная? Когда упала в его кабинете, когда втюхивала ему про полезность свежих овощей, или когда сморозила полную чушь в коридоре?

– И что вы хотели бы спросить?
– мне даже интересно стало.

– Понимаете, я женюсь.

Я совсем некультурно открыла рот.

– Вау! И на ком же?

– Вот тут-то и проблема возникла, - он несколько замялся, - я еще не знаю.

– Это как?

– Понимаете, есть две крупные компании, слияние с одной из них невероятно повлияло бы на развитие нашей. Плюс. еще одни люди, с которыми я бы очень хотел сотрудничать, крайне негативно относятся к холостым предпринимателям.

– А, то есть у вас брак по расчету?
– разочарованно протянула я.

– Получается, что так, - он развел руками.

– И я чем тут могу быть полезна?

– Просто посмотрите своим профессиональным женским взглядом и скажите, кто вам нравится больше, - с этими словами он развернул ко мне экран ноутбука.

Я про себя посмеялась над своей “профессиональностью” и заинтересованно взглянула на две фотографии. Мда, сразу видно, что из богатой семьи. Что у одной, что у второй высветлены волосы, губки надуты, грудь из декольте вываливается, поза повелительницы жизни. И почему они все как под копирку? Где индивидуальность? Мне больше приглянулась девушка слева, с немного курносым носиком и голубыми глазами. Взгляд мне показался не таким стервозным и высокомерным.

– Вот эта, - я указала пальцем нее.

– Хм, - он развернул к себе компьютер, - а почему?

– Не кажется совсем бесчувственной.

– Что-то я сомневаюсь, - пробормотал шеф.

– А кстати, кто это?

– Алена Тихомирова, дочь владельца крупной холдинговой компании.

– Подождите, случайно не Андрея Тихомирова?
– осенило меня.

– А вы хорошо осведомлены, - одобрительно кивнул головой мужчина.

– И что, думаете, вам все перейдет после свадьбы?
– я была настроена крайне скептично.

– Несколько контрольных пакетов акций будут принадлежать мне, да.

– Ну а как же любовь?
– я была несколько разочарована открывшейся картиной на жизнь Воронова

– Какая любовь, Екатерина?
– он немного горько усмехнулся, - в моем возрасте, при бешеном темпе моей работы, где мне ее найти? Среди людей, меня окружающих, всех больше интересует больше содержание моего кошелька, чем я сам. Да и не всегда можешь распознать за наигранными чувствами настоящие. Знаете, не хочу жить во лжи. А тут все кристально прозрачно и честно.