Чтение онлайн

Я упёрлась лбом в колени и сильно зажмурила глаза. Всё это было слишком тяжело. Я заботилась о Николасе. Большую часть времени он приводил меня в ярость, но я соврала бы, если бы сказала, что между нами ничего не было, как минимум с моей стороны. У меня было достаточно много времени с момента нашего поцелуя, чтобы проанализировать и осознать, что мои чувства к нему начали меняться ещё до того, как я покинула Нью-Гастингс. Поцелуй лишь заставил меня признать то, что всё это время я пыталась отрицать.

Но любовь? Не просто любовь, а некого рода глубокая любовь двух родственных душ, о которой говорил Тристан? Я не была готова к этому. Мысль о принятии на себя отношений с кем-то на всю жизнь в данный момент, даже если у меня и были к нему сильные чувства, была излишней, чтобы задумываться над ней прямо сейчас.

Что на самом деле Николас чувствует по поводу всего этого? Был ли он побуждён поцеловать меня только потому, что его демон чувствует связь с моим демоном? Что если он чувствует себя загнанным в ловушку этой связью и именно по этой причине он выглядел несчастным после того, как поцеловал меня. Каким образом я вообще смогу узнать было ли это его желанием быть со мной, а не его демона?

— Ты так молчалива.

Я потерла глаза.

— Прости. Я усиленно пытаюсь всё это понять. Что именно означает быть связанными?

Тристан задумался, как будто размышлял о лучшем способе объяснить это.

— Связанные пары разделяют то, что я могу лишь описать как духовную связь. Они всегда могут чувствовать друг друга, когда те поблизости, и после того, как они закрепляют связь, они могут общаться через связь и чувствовать эмоции друг друга, когда они вместе. Связанные пары также могут делиться мощью своих Мори для утешения друг друга и помогать в исцелении, если один из них болен или травмирован. Это очень интимная связь и нечто такое, что несвязанный Мохири не может иметь.

Первый раз, когда Николас приехал встретиться со мной в Нью-Гастингс, он попытался проникнуть в мой разум, чтобы доказать мне, что я была Мохири. Уже тогда он знал о существовании связи между нами. Каково это было для него всё это время, знать об этом, когда я и понятия не имела?

— Ты сказал, что люди встречают свои потенциальные пары. Означает ли это, что кто-то может иметь нескольких спутников жизни? Может ли связь быть оборвана?

Мой вопрос, казалось, обеспокоил его, и ему потребовалось некоторое время, чтобы ответить.

— На обретение пары может уйти долгое время, но я знал нескольких людей, которые отвергли одну связь, и нашли другую пару. Твой Мори может быть совместим с несколькими другими, и если ты решишь не продолжать отношения с одним, эта связь не усилится. Как только связь сформируется — вроде той, что существует между тобой и Николасом — она может быть разорвана, но разлучение может быть болезненным. Не в физическом смысле… — поспешно заговорил он, когда я втянула резкий вдох, — а эмоционально. Всё зависит насколько сильна связь. Когда пара закрепляет связь, это уже на всю жизнь и разорвана она быть уже не может.

Я с трудом сглотнула.

— Как разрывается связь до её закрепления?

Тристан стал выглядеть ещё несчастнее от этого вопроса, нежели чем от предыдущего.

— Сначала ты говоришь другому человеку, что хочешь её разорвать. Затем ты прерываешь абсолютно все с ним контакты. Никакого общения и, безусловно, никаких физических контактов. Со временем связь станет ослабевать, пока в итоге полностью не исчезнет. Только тогда вы сможете снова увидеть друг друга.

Обрубить все контакты с Николасом? Попрощаться с ним и, возможно, никогда снова его не увидеть? Тяжкое бремя поселилось у меня в груди. После всего через что мы прошли, для меня он был больше, чем защитник и тренер. Он был больше, чем друг, даже, несмотря на то, что я не совсем понимала, кем он был для меня. Я не хотела быть втянутой в отношения, но и не могла представить, что его не будет в моей жизни.

— Ты ничего не должна решать прямо сейчас. Дай себе некоторое время обдумать это, — сказал Тристан, точно вслух озвучил мои мысли. — Никто не будет заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь.

Мои лёгкие перестали сжиматься, словно я была под водой, и я сделала глубокий вдох.

— Как пара закрепляет связь? Есть церемония?

Тристан прочистил горло.

— Нет. Когда пара готова, они признаются в любви в приватной обстановке и соединяются физически.

— Физически? Ты хочешь сказать?.. — он кивнул, и мой желудок совершил ещё один кувырок от мысли, что мы с Николасом… Моё лицо снова опалило жаром, потому что я не могла поверить, что у меня только что возникла такая мысль — да ещё и в присутствии моего дедушки: — Если все знают об этой фигне со связью, они узнают обо мне с Николасом.

А после его реакции сегодняшним вечером, они будут считать, что мы занимались намного большим, чем просто вместе тренировались.

— Да. Это расстроило тебя?

— Как мне теперь смотреть им в глаза? — я снова уткнулась лицом в колени со стоном. — Как я собираюсь встретиться с Николасом?

— Николас понимает насколько это трудно для тебя. Ему тоже было нелегко.

Я подняла голову, услышав такую неожиданную новость.

— Я и не подозревала, что его что-то беспокоило.

— Всю свою жизнь Николас был сосредоточен на роли воина, и он никогда не имел ничего большего, чем обыденные отношения. По прошествии почти двух веков, за которые он никогда не встречал потенциальную пару, я сомневался, что он вообще ожидает встречи с таковой, — Тристан тепло улыбнулся. — Он, несомненно, вовсе не ожидал тебя; ты перевернула его мир вверх тормашками, и он понятия не имел, как справиться с этим. Представь, каково это было для него. Он на повседневной миссии, когда наталкивается на сироту в баре из всех известных мест, и неожиданно его Мори говорит ему, что она та самая единственная. Сомневаюсь, что он воспринял это хорошо.

— Он был немного грубым.

Грубый было мягким описанием неприязненной первой реакции Николаса на меня, но я не хотела этого говорить Тристану.

Тристан глубоко рассмеялся.

— Ты забыла, что я знаю Николаса уже очень давно. Я прекрасно могу представить, как он повёл себя, — он подался вперёд, положив локти на колени. — Он желает только самого лучшего для тебя, Сара. Ты должна поговорить с ним и позволить ему рассказать о своих чувствах.

Паника ярко вспыхнула во мне от мысли о встрече с Николасом.

— Сейчас? Я-я не могу…

— Не сегодня и не до тех пор, пока ты не будешь готова.

Я осела, прислонившись к спинке дивана, неожиданно эмоционально и физически перегоревшая. Единственное чего я хотела, так это поспать. Может быть, я проснусь завтра и обнаружу, что всё это было каким-то безумным сном.

— Прости, что ты узнала обо всём этом таким образом. Я понимаю, что ты, должно быть, крайне смущена и потрясена.

Смущена — это слово не могло и близко охарактеризовать то, как я чувствовала себя в этот момент.

— Один из вас должен был мне сказать. Всё то время, что я провела с ним, я ни разу не поняла, что между нами происходит. Если бы я знала, возможно, я бы решила прекратить это раньше, чем это зашло ещё дальше, до того как мы сблизились ещё больше.

— Ты пытаешься сказать, что хочешь разорвать связь?

— Нет… Я не знаю, — честно ответила я.

Я на самом деле испытывала чувства к Николасу. Если я уйду, не раскрыв их для себя, буду ли я сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь?

— Мне надо некоторое время разобраться во всём этом, прежде чем я что-либо сделаю.