Чтение онлайн

– Спекин? Ну, ты меня напугал… Инициация закончена? Я почему-то не чувствую ни рук ни ног.

– Мы с вами не знакомы… И я, знаете ли, не люблю фамильярностей. Прошу обращаться на Вы.

– Вас тоже зовут Спекин?

– У нас нет имен собственных в вашем понимании. Для внешнего мира мы – Спекины. Если вы говорите «тоже», значит, вы встречались с нашей расой. Возможно, даже с одним из нас, который находится на этой планете, очень близко…

– Да, Спекин признал меня своим господином.

– Даже так? Признание было добровольным?

– Да, инициатива исходила от него.

– Гм… Очень интересно. Тогда я не убью вас сразу. Расскажите мне о нем. Я так давно не видел своих…

– Что значит «не убью сразу»? Вы собираетесь меня убить?

– Ответ положителен. У меня задание убить вас. Мне этого делать не хочется, но приказ Господина я обязан выполнить.

– Кому же я так насолил?

– Думаю, дело не в вас. Вы просто оказались не в том месте и не в то время. Но любопытство считается у нас качеством достойного Спекина. Поэтому я удовлетворю его, в меру своих сил.

– Кто меня хочет убить?

– Господин.

– Кто он?

– Я не знаю. Он поместил меня сюда. Он обладает знанием, как переместить душу Спекина в вычислитель.

В голосе Спекина Нимруд уловил нотку неприязни. Нужно было хвататься за любую соломинку, серьезность намерений собеседника сомнений не вызывала.

– Вы добровольно признали его своим Господином?

Спекин надолго замолчал.

– Нет. Но я не обладал в тот момент свободой воли.

– Тем не менее, он стал Вашим Господином вопреки Вашему желанию.

– Да.

– Спекин говорил мне, что, в данном случае вы можете отказаться от выполнения приказа, – (Нимруд отчаянно блефовал).

– Это есть в кодексе. Но я должен НЕ ХОТЕТЬ выполнять приказ. А в данный момент мне все равно. Спекины, живущие в вычислителях, теряют ощущения. Мы становимся равнодушными, почти, как машины. Поэтому ценим любые эмоции. Вызовите симпатию к себе, или сострадание, а лучше ненависть. Тогда я убью вас сразу, а этот мир будет разрушен цунами. А вместе с этим миром, наконец, умру и я.

«Вот болтливая железяка попалась! – думал Нимруд. – Развел сопли в сахаре! Помер бы сам тихо, не устраивая шоу с человеческими жертвоприношениями! Каменный век какой-то».

– Спасение жизни представителя вашей расы может расцениваться, как смягчающее обстоятельство? – ничего более подходящего Нимруд придумать не смог.

– Даже так? Интересно. Расскажите, я люблю слушать.

«Тоже мне, сказочника нашел», – Нимруд начинал злиться.

Он вкратце пересказал историю встречи со Спекином, слегка приукрашивая свою роль. Небольшая ложь во имя спасения не повредит.

Некоторое время Спекин оживленно задавал вопросы, потом куда-то пропал. Пауза затягивалась. Нервы Нимруда начали сдавать. Он пытался вырваться из этого дурацкого мяча, но все усилия оказались бесполезны.

Спекин вновь появился, и в его голосе прорезалась плохо скрываемая радость.

– Ваш рассказ позабавил меня. И я не стану убивать вас… Это сделают другие слуги Господина. В данный момент они ломают двери, ведущие сюда.

– Вы ведь знали это, когда слушали мой рассказ? – Спокойствие Нимруда почти испарилось.

– Конечно. Но я ведь не убью вас…

– Да, но дадите это сделать другим. Это почти одно и то же.

– Но ведь «почти»… – лукаво заметил Спекин. – Хорошо. Ваш рассказ мне понравился. Вы спасли Спекина, это много для меня значит. Поэтому, я не открою двери, которые закрыл ваш слуга, Спекин, и сделаю вид, что не вижу, как ваши слуги пытаются взломать аварийный выход, который я им подсказал. Тем не менее, вы обречены. Если вы прервете Инициацию на этом этапе, ваш мозг будет медленно разрушаться в течение полугода, и тысячи людей этого мира погибнут. Если останетесь, вас убьют солдаты. Вам предстоит нелегкий выбор. С вашего позволения, я вас покину.

Лейтенант первого взвода недоуменно слушал сбивчивые объяснения Спекина. Маленькая лохматая фигурка потеряла свою обычную сдержанность и оживленно жестикулировала.

– Откуда вы взяли, что инициатору грозит опасность?

К разговору подключился Сарт.

– Ты что, совсем тупой? Собирай своих воинов и бегом, куда скажут.

– Вы не имеете права мне приказывать, – продолжал упорствовать лейтенант.

– Ладно, – Сарт достал коммуникатор. – Гоген, ты где?

Изображение прыгало, Гоген бежал по каким-то переулкам.

– Скоро буду! Как у вас дела?

– Паршиво. Взводный не выполняет приказов.

– Кто? Лейтенант! Приду, башку снесу! Поднимай взвод!

Взводный метнулся к дневальному. Через пару минут из дверей, грохоча сапогами и на ходу прилаживая амуницию, стали выбегать пехотинцы.

Спекин суетился и показывал куда бежать.

Сарт вдруг подозрительно посмотрел на Спекина.

– Слушай, мой шерстяной друг. А чего это ты ведешь солдат не ко входу в Центр Управления?

– Есть другой вход.

– Нет другого входа. Я смотрел схему.

– Поверьте мне. Речь идет о минутах. Я ЗНАЮ, что он там есть.

– Откуда?

– Не могу объяснить, это трудно понять. Мне подсказали.

– Очень интересно, – саркастически хмыкнул Сарт. – Кто же это у нас такой добрый?

– Очень вас прошу! Нужно торопиться.

– Хорошо. Но смотри, если нарвемся на засаду, я тебе первому пузо прострелю!

Сержанты уже успели придать взводу видимость строя, когда со стороны выхода началась стрельба. Двое пехотинцев упали замертво, и еще троих слегка поцарапало, прежде чем взвод успел начать ответный огонь. Радикально решил проблему опытный сержант, вынесший дверь выхода с изрядным куском стены из гранатомета. Белая пыль покрыла взвод и половину коридора. В проеме с торчащей арматурой лежало два заваленных обломками трупа рядовых второго взвода.

– Вперед, червяки песчаные! – взревел сержант, раздавая затрещины гранатометом. – Чего уставились?! Отрабатывайте свое жалование! Цепью растянулись! Бронещиты вперед!

Бронещиты не понадобились. Засада была полностью уничтожена.

– Дайте направление и цели, – требование относилось к Спекину.

Пару минут ушло на ориентацию по выведенной на стену схеме, и взвод быстро двинулся вперед, прикрываясь бронещитами. Метров двести было пройдено без приключений, пока навстречу не выскочил ошалевший рабочий. Видимо он мирно спал, но стрельба его разбудила. Сразу у троих рядовых не выдержали нервы, и рабочего буквально в клочья разнесли импульсы лазеров на максимальной мощности.