Чтение онлайн

— Переоденься и выходи через вход для персонала. Я буду тебя ждать.

— Но…

— Лера, живо.

Когда она вышла, я натянул капюшон ее кофты ей на голову и, взяв за руку, повел к машине.

— Если это были люди Тагаева, то я тут при чем? Это же тесть Ильдара. Я правильно понимаю?

— Да. Правильно. Тагаев объявил Дару войну самую настоящую и он не успокоится, пока его не уничтожит. В ход пошли все методы и инструменты.

— Утром Ильдару позвонили, сказали, что в автосервисе произошел пожар. Ильдар считает, что это поджог.

— Я с ним согласен в этих выводах. Проблема в том, что Тагаев не идет на контакт, договориться не получается. Плюс все осложняется ещё тем, что сам Ильдар не хочет уступать. Поэтому находиться сейчас рядом с ним для тебя небезопасно.

— Но я…

— Это не шутки Лер.

— Ильдар говорит….

— Валерия, вы неглупая девушка, не будьте столь слепы в отношении Ильдара.

— Что вы имеете в виду? — я же, прищурив глаза, повел уголком губ в полуулыбке, если я начну рассказывать обо всех темных делах так обожаемого ею Ильдара, то разобью розовые очки этой девочки, а ей это не надо. Да и выглядеть в ее глазах буду как последняя скотина.

— Я хочу сказать, что не стоит верить каждому его слову, это ещё никого не приводило к чему-то хорошему, — она поджала губы и отвернулась к окну.

— Будем считать, что я вас услышала. Отвезите меня домой, пожалуйста. Ипподромная, 63.

— Хорошо.

Остаток дороги она молчала, просто смотрела в окно и о чем-то размышляла, я с разговорами не лез.

— Лера, — произнес, заставляя ее повернуться, когда остановил машину во дворе ее дома, — если тебе понадобится помощь, то ты можешь рассчитывать на мою.

— Спасибо, но это лишнее.

— Это никогда не бывает лишним, — уже смотря ей в глаза, в которых клубилась тень недоверия и страха. Я знал, о чем говорил, и она, интуитивно это уловив, кивнула и, выйдя из машины, направилась к подъезду.

Почему таким мудакам, как мой братец, всегда достаются такие хорошие искренние девушки?

Мне снова было страшно и если от Данилова я смогла уйти, найдя таким образом выход из ситуации, то сейчас я абсолютно не знала, что мне делать.

Испытывая полный раздрай, я то пыталась что-то приготовить, чтобы поужинать, то хваталась за телефон с целью набрать номер Ильдара, но тут же скидывала вызов, откладывая трубку в сторону, не желая его беспокоить из-за своих пустых страхов.

— Дура, — выругалась себе под нос, накладывая себе в тарелку только что приготовленный рис с мясом. Надо верить тому человеку, с которым ты находишься в отношениях, а не непонятно кому. Ильдар протянул мне руку помощи, взяв меня на работу в сложный для меня период, он выдал мне аванс раньше, чем я отработала хотя бы один день, а ещё он спас меня от Данилова и прогнал того так, что мой бывший муж после этого больше не появлялся. Я была ему безумно благодарна за это все и смотря на происходящее через эту призму, совершенно не понимала, почему меня все пытаются о чем-то предупредить, намекая, что Ильдару доверять нельзя.

Поужинав без особого аппетита, я приняла душ и расстелила постель с намерением поспать. Но сон не шел, я вертелась с боку на бок, упорно пытаясь заснуть, но все было напрасно.

Около часа ночи раздался стук в дверь и я буквально подскочила, уровень страха и адреналина в считаные секунды поднялся до критической отметки. Прокравшись к двери, посмотрела в глазок и шумно выдохнув, потянулась к замку, за дверью стоял Ильдар.

Он обнял меня, целуя, сразу же, как вошел в квартиру, одним этим унимая ту разыгравшуюся внутри бурю, что донимала меня весь вечер. Успокаивая и давая уверенность, что все наладится и все будет хорошо. Он был уставший, в той же самой одежде, в которой вышел рано утром из своей квартиры.

— Я не ждала тебя, — выдохнула, разрывая поцелуй.

— Не мог находиться сегодня один, без тебя.

— Я попросила Шамиля, чтобы он отвез меня домой, в ресторан приходили какие-то люди. Я побоялась ехать к тебе.

— Я знаю, я разговаривал с Шамилем.

— Будешь ужинать?

Он выглядел уставшим, и мне хотелось провести ладонями по его лицу, разглаживая появившиеся морщинки в уголках глаз, будто стирая с него эту усталость.

— Буду. Весь день ни черта не ел.

Мы прошли в комнату, я разогрела для него рис с мясом и нарезала овощи. Пока он ел, налила себе чай, замерев возле окна с горячей чашкой в руках.

— Ты беспокоишься, — он поднялся и, положив грязную посуду в раковину, подошел ко мне.

— Скажи, что все будет хорошо, — с какой-то внутренней беспомощностью посмотрела в его глаза.

— Все будет хорошо. Все обязательно решиться. Тебе не о чем волноваться.

— Я могу тебе чем-то помочь?

Он улыбнулся с какой-то усталостью, одним уголком губ.

— Лер, мне не хочется тебя ни во что вмешивать. Да и чем ты можешь помочь?

— Не знаю. Вдруг что-то есть. Просто мне хочется, чтобы все быстрее разрешилось.

— Знаешь, мне не на кого переоформить квартиру, если ты взяла бы это на себя, я был бы тебе очень признателен.

— Для чего?

— Понимаешь, если Тагаев сейчас начнет продавливать меня по всем фронтам, то мы с Тимом будем ходить под ударом и если нас посадят, это конечно же самый плохой расклад из всех, но все же, если нас посадят, то возможна конфискация всех активов, в том числе и недвижимости. Я хочу, чтобы жилье осталось, чтобы нам было куда вернуться.

— Я не знаю… — это было неожиданно, и я немного растерялась.

— Это просто квартира, Лер. Если меня посадят, то ты можешь ее сдавать или там жить. Но я не буду настаивать. Если не хочешь, я пойму.

Я сделала шаг к нему, обнимая и прижимаясь к его груди.

— Хорошо. Я согласна, — он прижал меня к себе теснее, целуя в макушку.

— Спасибо.

Он чуть отстраняется, чтобы поймать мои губы поцелуем, скользит губами по губам, нежно исследуя мой рот, и наш поцелуй довольно быстро переходит из нежного и трогательного, в жадный и несдержанный.

Нам не хватает воздуха, но мы не прерываемся, словно от этого зависит собственная жизнь. Дергаю за края его рубашки, он, тут же нервно расстегивая пуговицы, скидывает ее, отбрасывает в сторону. Туда же летит и моя пижама. Ильдар впивается в мои бедра пальцами, притягивая сильнее к себе, заставляя почувствовать его возбуждение. Без стеснения трусь о грубую ткань его джинсов. Мне кажется, ещё чуть-чуть и я просто сойду с ума. Я в нетерпении тянусь к пряжке ремня на его джинсах.

— Нетерпеливая, — но он отводит мою руку и, скользнув ладонью в мои шорты, отодвинув край трусиков, скользит пальцами в мое лоно, вышибая этим последний воздух из моих легких, тут же ловя губами мой сорвавшийся с губ стон, продолжая медленно двигать пальцами во мне. Со всей силы сжимаю его плечо. Выгибаюсь в его руках, запрокидывая голову.