Чтение онлайн

Я кивнула и проследила за тем, как тень за спиной мастера превратилась в языки костра, ясно показывая настроение хозяина.

– А потому, уже послезавтра жду от вас амулет-регенератор для целительского факультета.

Наверное, он ожидал, что я удивлюсь или начну что-то лопотать, но мне было так стыдно, что я только спросила:

– Раса владельца?

– Человек, чистокровный, Ристит.

– Резерв арта?

– На ваше усмотрение, но имейте в виду, что запрос поступил на арт среднего и высшего порядка. Должен поставить раненого на ноги, даже при ампутации конечностей, ожогах или остановке сердца.

Я кивнула.

– Общей направленности или на одного хозяина? уточнила я.

Танар удивленно поднял брови, но задумался.

– Для кого именно предназначен амулет мне неизвестно, поэтому делайте общей направленности для человека.

– Хорошо, - просто сказала я. Могу ли воспользоваться для этого одним из подвалов факультета, мастер?

Тирш моргнул, открыл рот, издал странный хмык, закрыл рот.

– Мне даже стало любопытно, - задумчиво проговорил он, доставая из ящика своего стола маленький кристалл-ключ, алого оттенка.

Ключ полетел ко мне. Я его поймала и быстро убрала в пространственный карман корсета.

– Второй этаж, Пятая зала, допуск на два дня и две ночи.

– Благодарю, только и смогла выдавить я.

Мы помолчали. Маг внимательно оглядывал меня, а я прятала глаза и пыталась не покраснеть. Юлиан щелкнул пальцами - и за моей спиной появилось низкое кресло с узкими подлокотниками.

– Присаживайтесь, лура, - приказали мне.

Я села. Моя тень, что странно, отлипла от пола и черным призраком стала за левым плечом. Обычно она так делала только в момент опасности или по приказу. Я покосилась на нее, но ничего не сказала.

– У вас невероятно плотная тень, - неожиданно резюмировал артефактор. Такие обычно у уже многоопытных разумных, а ваша молода. Сколько ей?

Я пожала плечами.

– Она со мной была всегда.

– Удивительное явление. Мне часто приходится иметь дело с полукровками, но ни одного из них даже близко нет такой плотной тени. И на мою она поглядывает с явным недовольством, чувствуете?

Я ничего такого не чувствовала, поэтому промолчала.

– Вы ее хорошо контролируете?

Повернулась и посмотрела на тень. Та, как следовало ожидать, ко мне не повернулась, она вся была обращена на тень за спиной Тирша.

– Если на меня напасть она встанет на защиту сама.

– Очень интересный экземпляр, - задумчиво протянул артефактор, разглядывая мою слугу. У вас необычный боевой корсет, юная лура, - резко перевел тему разговора Юлиан.

– Да, я даже не могу сказать: сколько ему лет.

– Работы Элвина Ратри или кого-то из его почивших детей?

– Не могу знать, - ответила я чистую правду для Ристит. Он был в запасниках хозяина моей матери. Клейма или магической печати на нем не сохранилось, а потому и о его создателе не могу ничего сказать.

– Зато, я могу! Это точно работы рода Ратри, только они умудрялись, в свое время, создавать настоящую красоту для женщин-воинов. Только в их корсетах было возможно появиться, даже во дворце и выглядеть не хуже придворных дам. Тиона Ратри, если знаете, последняя дочь Элвина Ратри, была почти богиней красоты среди всех боевых магов Аарды. Девушки-воительницы всех рас, кроме может быть орчанок, прозвали ее «кудесницей Ратри». Я уверен, что это ее корсет.

В глазах мужчины что-то изменилось, пока он говорил. Вроде бы и гнев остался, только под ним, в глубине зрачков мелькнула тоска. Тень за его спиной сползла на пол бесформенной лужей.

Тиона Ратри была моей родной тетей. Той, кто, несмотря, на все уговоры моего отца и деда, так и не вышла замуж, не родила ни одного бастарда и вообще не была замечена в любовных интригах. Слушая истории про нее, лично у меня сложилось ощущение, что она вообще не любила, не хотела этого, а все свое время уделяла созданию артефактов.

– Вы ее знали? тихо спросила я, и тут же прикусила себе язык.

Полукровка не имеет права задавать такие вопросы. Но, Тирш ответил. Он смотрел куда-то поверх моей головы пустым взглядом и глухо, как-то безжизненно уронил:

– Знал, и это было самым большим моим успехом в жизни. А то, что я не успел ее спасти мое самое большое поражение.

На сотую долю мгновения в ауре мужчины промелькнула скорбь, невыносимое по своей интенсивности чувство вины и любовь. Промелькнуло и пропало за иными эмоциям и почти незаметными маскировочными щитами. Если б во мне не было капли эмпатии, этой вспышки я бы просто не заметила.

«А ведь он любил ее, любил искренне и всецело, как мало кто умеет!
– пронеслось у меня в голове.»

Хотя дедушка утверждал, что моя тетя никогда и никого не любила, ни с кем романы не крутила и не устраивала сцен ревности на приемах. До этого момента я думала, что моя тетя была жутким трудоголиком, и в отношениях просто не видела смысла. А оказывается, любовь была, ее любили, и даже сейчас, спустя столько лет оплакивали, скорбели.

– Не думал, что когда-нибудь увижу ее Красную Нить сказал, будто самому себе, мужчина и повернулся к окну.

– Красную Нить?

Артефактор грустно улыбнулся.

– Таких корсетов она создала десять, для двух звезд магиан-дроу перед тем, как те отправились в Топи Тихого Ущелья. Никто из них не вернулся, поэтому я и сказал, что не думал увидеть Красную Нить.

Я посмотрела на красный канат с одного бока от корсета. И поняла смысл названия.

– Возможно, она создала больше?

– Да, - кивнул Тирш.- Скорее всего, так и есть. Она была удивительно предусмотрительна. Простите, но увидев вас в нем, я несколько растерялся.

Еще бы, я даже боялась предположить, сколько боли всколыхнул мой корсет в душе этого артефактора.

Дверь в аудиторию резко распахнулась, разрушая хрупкую ауру воспоминаний. На пороге застыл взбешенный Гадриэль Дэиваар. Удар его едва сдерживаемого гнева врезал по моей эмпатии так, что я чуть с кресла не упала.

– Ты! прорычал маг, почти как оборотень. Что ты умудрилась натворить?!

Я вскочила с кресла и предусмотрительно отошла от него, чтобы было место для маневра.

– Мастер Дэиваар, - поклонилась я.

– Да как ты смеешь! маг широкими шагами двинулся ко мне. Я поручился за тебя, был уверен, что ты будешь прилежно учиться, и не доставишь проблем! И что я узнаю: не проходит и дня, как ко мне прилетает вестник с известием, что ты на кого-то напала!