Чтение онлайн

Девушка икнула и попыталась отползти, от чего подол тонкой сорочки, еще больше задрался, оголяя колени и часть бедер.

– Танар Дэиваар? спросила она от страха осипшим голосом.

– Очень рад, что вы смогли меня узнать, лура, - самым суровым тоном сказал Гадриэль.

– Я я мне э-э

– Кутн, запахнитесь хотя бы, - сжалившись, подсказал мужчина.

– Ой, - взвизгнула девушка и спрятала стройные ножки под полами, распахнувшегося при падении, плаща.

С минуту Гадриэль рассматривал, как она елозит по земле, уставившись в траву. Девушка ничего не говорила, не делала - и это жутко, до немоты в костях, бесило!

– А ну встать! рявкнул маг. Лура, я вам собственно кто? Любовник или супруг, чтобы вы мне свои коленки показывали? С чего вы взяли, что при встрече с мастером нужно сидеть на земле? Я вам не кавалер, чтобы галантность разводить! И, скажите мне, магиана третьего курса, кто сказал, что при виде противника нужно охать и раскрывать ротик, как при виде самого красивого мальчишки в жизни, а не активировать заклятья и звать на помощь? Я вас этому учил?! последнюю фразу маг проорал.

Девица в одно мгновенье вскочила на ноги и вытянулась в струнку с бледным от страха лицом.

– Значит так, Кутн, к нашей следующей встрече на тренировочной арене, я хочу видеть в ваших руках работу на двадцать страниц о том, что нужно делать при внезапном нападении и неизвестном противнике.

Девушка посерела.

– Но, мастер, наше занятие будет у вас уже через два дня! Я просто не успею!

– А не стоит бегать ночами по луронам! наставительно припечатал маг.

Девушка вспыхнула, в глазах появились слезы, но она ничего не сказала.

Маг обошел ее и двинулся прежним маршрутом, но уже через пару шагов ему стало жаль девушку. Да и сорвался он не из-за ее поступка, а потому что праховы виски так ноют, что, кажется, кости черепа вот-вот треснут.

– Кунт, - обернулся Гадриэль.

Девушка нехотя подняла лицо от ладоней. Он сделал не больше пяти шагов, а она уже разрыдалась. И это третий курс! Прах и Тлен, куда катится мир!?

– Лурон Лорви ждет вас, так что поспешите, - маг улыбнулся уголками губ.

От такого заявления у нарушительницы моментально высохли слезы. Теперь она непонимающе вытаращилась на мастера.

– Танар Дэиваар, а как вы ? решилась, наконец, она на вопрос. И сама же от него смутилась еще больше.

Гадриэль только улыбнулся чуть шире и указал пальцем на повязку.

Лура распахнула рот. На милом юном лице читалось: «а я, еще и не верила!»

– Идите, Кунт, идите, а то еще простудитесь. А как мне быть потом? Лорви может меня и на дуэль вызвать, если узнает, что из-за меня вы продрогли.

Девушка тихо рассмеялась и кивнула.

– А работу я все равно жду! добавил маг, поворачиваясь спиной. И помните: я все про всех знаю!

Маг растворился в воздухе так же, как и появился, оставив луру одну.

Гадриэль появился в метрах ста от девушки, за разлапистым, высоким кустарником. Пронаблюдал, как перепуганная увиденным девушка, опрометью бросилась к мужскому общежитию своего кавалера. Убедившись, что она благополучно скрылась за неприметной дверкой для домовых, от души расхохотался

Вот из таких историй и творится образ местного то ли чудовища, то ли призрака. Теперь адепты будут шарахаться втрое больше, а ученики наоборот навострят уши и будут шпионить. Новая волна слухов про него точно пойдет.

На самом деле никакой магии для создания такого леденящего душу образа и не требуется. Просто горящие окна комнаты лурона Гадриэль заметил давно, как только повернул на эту дорожку, где можно было рассмотреть общежитие. А про то, что эти двое - пылкие влюбленные, не знают разве что первокурсники, все остальные, так или иначе уже были свидетелями их расставаний и примирений. Кстати, одинакого бурных.

До своих апартаментов, а именно: пяти просторных комнат, подаренных ему еще в годы студенчества нынешнего императора, Гадриэль добрался минут через пять.

И как только за ним захлопнулось охранное заклятье - маг позволил себе расслабиться. Из груди вырвался долгий, тихий стон. На подгибающихся ногах мужчина еле дошел до широкого дивана и буквально упал носом в мягкую ткань. Хотелось сгрызть деревянные подлокотники, чтобы хоть немного унять эту муку.

Несколько долгих минут продолжалась сложная, но уже в чем-то привычная борьба воли и тела. За годы маг свыкся с этой непрекращающийся схваткой, но иногда, редко, в такие моменты, как сейчас Гадриэль задумывался о бессмысленности собственного бытия в мире, о том, что возможно, стоило бы уйти

Войну прервал бархатистый голос, с низкими нотками:

– Не страдай! Я все принесла.

Гадриэль с трудом смог сфокусировать взгляд. В комнату вплыла призрачная сирена. Точнее когда-то, при жизни, она была сиреной. Хрупкая и гибкая, как волна. С длинными по колено волосами и просто бездонными печальными глазами. Призрак достала из складок собственного полупрозрачного подола небольшую шкатулку размером с мужскую ладонь и высотой с палец. Шкатулка, в отличие от призрака, не была прозрачной, а что ни на есть, материальной.

Она поставила шкатулку на столик около Гадриэля и отлетела к ближайшему креслу, невесомым пером опустившись в него. Маг еще несколько долгих минут не мог себя заставить подняться. Каждая частичка тела была против этого. С каждой нужно было бороться и со всеми вместе.

Наконец, маг смог выпрямиться. Смог протянуть руку и достать из шкатулки несколько красно-черных листьев со странным многоцветным блеском по ободку. Несмотря, на то, что они бы высушенными, но под пальцами не крошились, а легко скручивались в трубочку.

– Может лучше их отварить? подала голос призрак.

– Нет, Алира. Времени нет ждать правильного приготовления.

– Тогда может, так проглотишь? спросила привидение.

Гадриэль посмотрел на нее, как на самого выжившего из ума старца или на несмышленого ребенка, что, в сущности, одно и то же.

– Если я это съем то ближайшую неделю ничего есть точно не смогу, а мне еще занятия вести, не забыла?

Сирена совсем по-живому вздохнула и обреченно кивнула. Дэиваар прикурил от пальца. Закурил, прислонившись к стене затылком и прикрыв глаза. Распад уходил медленно и причинял едва ли меньше мук, чем без этого единственного средства.

Некоторое время в комнате было тихо. Алира молчала и мысленно взывала к Богам, чтобы те помогли ее хозяину. Хотя их отношения нельзя было назвать «хозяин и слуга». Гадриэль не привязывал сирену к себе, не брал с нее клятв и не проводил обрядов. Он вообще ничего не делал. В свое время он просто освободил ее, не дав одной вампирше ее развоплотить, а остаток присвоить. Алира сама не пожелала уходить за грань. На то, у нее свои были причины, они же и остались. Сирена сама дала Гадриэлю слово верности. Сама стала служить, и будет служить, потому что лучшего хозяина она никогда больше не найдет.