Придворный портной из Арилидилла
Шрифт:
— Будь проклята, — горько прошептал он и плюнул вниз.
— Я всё слышу.
И на его плечо приземлилась невесомая мокрая рука…
***
Путники шли по городу в абсолютной тьме, не взяв с собой ни лампы, ни факела. Ян по памяти искал знакомые улицы и срезы, понемногу приближаясь к заветному городскому кладбищу. Вскоре они вышли из-под крыш домов, попав на яркий лунный свет. Их длинные тени прошмыгнули на холм, скрипнув железной калиткой. Странники ходили между надгробий, стараясь не смотреть на них, их ноги вязли в чёрной влажной земле. Недавно над Лирдоном прошёл дождь. Наконец, они нашли искомое — маленькое скрюченное деревце, абсолютно чёрное в ночи. Луна обдавала его светом, порождая большую тень, скрывавшую крохотную деревянную будку. Ян подошёл к ней, нащупал дверную ручку и потянул на себя. Посмотрев вниз, он увидел наклонный спуск с крутыми ступеньками и маленький оранжевый огонёк вдали.
Таситурн и Ян с трудом спускались по скользким мокрым ступенькам, с опаской переставляя ноги и отыскивая опоры. С потолка сыпалась земля, по лицу иногда били острые кривые корни. Наконец, путники ощутили под ногами твердь, очутившись перед железной дверью-решёткой. За ней находилась небольшая каморка с лампой, висящей на стене. Видимо, недавно вырытая, она не внушала большой уверенности. Казалось, округлый низкий потолок вот-вот обвалился бы, но толстые балки, к счастью, прочно держали железные листы, которыми он был укреплён. Через минуту раздался скрип, затем быстрые недовольные шаги. Откуда-то из-за угла вынырнул лысый человек с безумными круглыми глазами, схватившись руками за решётку. Он осмотрел коридор и заглянул за спины путников, почесав голову.
— Кем будете? — хрипло прошептал он.
— Покупатели? Открывай! — войдя в роль проговорил Ян грозно.
— Тихо, тихо, — незнакомец воровало оглянулся, — пароль?
— Четырнадцать воронов революции.
Незнакомец нагнулся и засунул палец в какую-то чёрную металлическую штуковину, висящую на двери. Она звонко щёлкнула, разделившись на две части. Мужчина снял её с двери и впустил путников, затем опять одел, просунув в неё железный стержень, вбитый в стену, и снова защёлкнул.
— Чего вам? — развернулся он с недовольным лицом.
Незнакомец был одет в странный облегающий тело белый комбинезон, переливавшийся на свету. На костюме не было ни единого шва, и он блестел, будто поверхность какой-то жидкости.
— Ну теперь, когда вы нас впустили… — Ян окинул его взглядом, убедившись, что он безоружен, — можно и поговорить.
Таситурн с размаха ударил торговца в лоб, отчего тот упал на землю, откинув ноги и замерев. Ян нагнулся над ним, приложившись к груди, покрытой белым упругим волокном.
— Живой. Давай.
Хорд взял торгаша под мышки, и путники отнесли его в другую комнату. Помещение состояло из двух каморок: одна поменьше, другая побольше. Вторая, видимо, хранилище, оказалась завалена какими-то ящиками, возле которых находилась небольшая самодельная печка, труба которой уходила вверх, наружу. Возле балки, подпирающей потолок, стояли два железных стула. Путники связали припасённой верёвкой торгаша и уложили его на них, подперев ящиком, чтобы не скатывался. Пока его затаскивали в комнату, он уже очнулся и начал толкаться и дёргать ногами, крича что-то на каком-то странном языке. Вскоре он успокоился, лёжа на стульях и смотря в потолок.
— Вы дэусит? — спросил у него Ян, нагнувшись над ним.
— Пошёл ты нах*й, крыса рыцарская!
Мужик плюнул в юношу, но тот заблаговременно отошёл в сторону.
— Говорите по хорошему. Вам же дорога ваша жизнь?
— Да дэусит я, дэусит! Из тех, которых наши здесь кинули, улетая на Дэус. В пятнадцатом поколении, между прочим!
— Как вы связаны с маллумалами?
— Лучше убей меня, падла!
Таситурн локтем ударил торгаша в грудь, но его рука тут же отскочила, и белый костюм покрылся бирюзовой рябью, будто кругами на воде.
— Ха-ха, что, отбил руку, урод?
Великан тут же замахнулся, чтобы ударить мужика в нос, но тот резко дёрнулся, и из его шеи появились белые волокна, обвив его голову. Через мгновение дэусит абсолютно весь покрылся этим белым веществом, а вместо лица у него образовалась гладкая поверхность.
— Что, съел, зараза? — раздался из под костюма глухой голос.
Ян наклонился над ним и прикоснулся к комбинезону, отчего мужик задёргался как бешеный. На ощупь вещество оказалось упругим, как резина.
— Как вы там дышите? — поинтересовался юноша.
— Убери свои лапы, лирлендский пёс!
Ян сделал шаг назад и указал на дэусита. Таситурн взмахнул рукой, и его серебристый браслет превратился в большой клинок. Великан угрожающе приблизился к связанному торгашу. Тот задёргался и стал толкать коленями ящик, вопя не своим голосом:
— Матерь божья, это ж полиуглеродный меч! Где ты его взял? Ах ты вор-р-рюга!
— Так вы ещё и видите через эту маску? — удивился Ян. — Чудеса. А ещё говорят у дэуситов нет магии.
— Заткнись, тупица! Чтобы понять, как работает этот костюм, тебе придётся двести жизней прожить!
После этих слов Таситурн резким и плавным движением приставил клинок к лицу дэусита. Тот сразу же замер и замолчал, выгнув спину в попытке отстраниться от него, но уперевшись головой в спинку стула.
— Давай, бей! Мне всё равно! — зарычал он волком, скрипя зубами.
Хорд подался вперёд, вдавив меч в белое волокно. По нему в стороны разбежались голубые круги энергии, и лезвие разрезало костюм как масло, уперевшись в щёку торгаша, по которой побежала капля крови.
— Давай! — рявкнул он через зубы, бешено глотая воздух и вздымая грудь.
Ян стоял неподвижно и спокойно смотрел на него, держась рукой за подбородок и хмурясь после каждого его вскрика.
После долгих мучений путники убедились, что шансов вытащить информацию из него нет. Дэуситу будто было действительно всё равно на свою жизнь. С каждой минутой он всё активнее изрыгал ругательства и брань, дёргаясь и извиваясь, раскачивая стулья вместе с ящиком.
— Что с ним делать? — посмотрел на Таситурна Ян.
Но хорд лишь пожал плечами. Странники стояли, пытаясь принять решение. Огонь в печи уже затухал, понемногу погружая комнату во тьму. Наконец, Ян нарушил тишину и треск пламени, тихо проговорив:
— Ладно, давай его просто убьём.
— Ах ты падла! — заорал мужик, пинаясь ногами.
Таситурн в изумлении поднял плечи, смотря на Яна большими синими глазами.
— Что такое? Ты не хочешь? — мрачно сказал юноша. — Альберт сказал делать, что хотим…
Глаза Таситурна блестели, и в них отражалось оранжевое пламя печи. Он смотрел на Яна, широко открыв их и тревожно сдвинув брови. Великан нерешительно поднял длинную уродливую руку с клинком, снова покосившись на спутника в напряжении.