Чтение онлайн

Вслух сказал:

— А я как раз подумал: чего мне в жизни не хватает?..

За уютным столиком кафе Ян тщательно рассмотрел фотографию. Черчилль, казалось, заговорщически

улыбался Яну. Ян молча подвинул фотографию связнику. Тот сунул ее в карман пиджака.

— Пан Крункель, — по-польски связник говорил без малейшего акцента, — вы по утрам пьете только

кофе со сливками? Сегодня воскресенье, может, по рюмке коньяку? Угощаю я, — он предупредительно поднял

руку и безо всякого перехода представился. — Артур, Артур Коблиц.

— Надеюсь, мне нет смысла представляться? — поинтересовался Ян.

Коблиц рассмеялся:

— Боюсь, что вашу фотографию я знаю лучше собственной. И знаете, что я, пан Янек, больше всего

ценю на свете? Искренность. Это очень дефицитная вещь. И с каждым днем встречается все реже.

— Вы предлагаете мне тратить ее с оглядкой?

— Если хотите — да.

— Итак?..

— Итак — согласны ли вы сотрудничать с нами?

— С кем?

— С Интеллидженс сервис.

Ян усмехнулся:

— Вы опоздали.

Правая бровь Коблица слегка приподнялась.

— То есть?.. Впрочем, давайте за знакомство…

Ян выдержал долгую паузу.

— То есть мне уже предложили сотрудничество.

— Кто?

— Французы.

— Вот оно что… Ловкачи-мальчики из Сюрте женераль! Но это ничего не значит, с ними мы

контактируем. Кстати, как выглядел их представитель?

Ян довольно подробно описал его.

— О, у вас отличная память! Вы наблюдательны, как индеец! — одобрительно воскликнул Коблиц.

По выражению его лица трудно было понять, насколько ценна полученная информация.

— Пан Янек, — серьезно и, пожалуй, немного поучительно заговорил Коблиц, — пришло время

решительных действий. Вы можете очень помочь нам. Война стоит у дверей вашего дома. В этой войне

информация будет не менее важна, чем пули и бомбы. У нас есть данные, что немцы создали электрическую

шифровальную машину. Похоже, вы стоите у порога тайны.

— Уже не стою, — с горечью покачал головой Ян.

Он поведал Коблицу обо всех злоключениях на заводе.

Коблиц выслушал не перебивая. Потом спросил:

— Пап Янек, я так понимаю, что в уме у вас начала уже складываться некая схема машины в целом?

— Ну, в целом — это слишком громко, — покачал головой Ян. — Но какие-то предположительные

контуры возникают. Если бы ребята передали зарисовки остальных деталей…

Коблиц некоторое время раздумывал. Затем наклонился поближе к Яну и заговорил совсем тихо.

— Решим главное. Пан Янек, ничего не потеряно. Полагаю, ваши друзья позаботятся о том, чтобы

переправить чертежи. Это, конечно, дьявольски важно. Но вы, пан Янек, должны исчезнуть…

— Что значит — исчезнуть? Не могу же я раствориться в рюмке с коньяком…

— Я не шучу. Дело обстоит куда более серьезно, чем вы думаете. Вы не профессионал, пан Янек. А я

изучал методы гестапо. Их люди скрупулезны и весьма изобретательны. Они сентиментальны дома. Но птичек

из клетки просто так на волю не выпускают. Тем более — на службе.

— Однако из Германии они меня выпустили! — воскликнул Ян.

— Пейте сливки и не говорите так громко, — поморщился Коблиц. — Зачем им лишний инцидент в

Германии? У них здесь широкая агентурная сеть. Да, здесь, в Польше, пан Янек. Они выйдут на вас, если уже не

вышли. Я не хочу пугать вас, но поверьте, мне известны их методы. Нож в подворотне или какой-нибудь

несчастный случай на улице. Вот почему вам необходимо с нами сотрудничать. Поймите — в одиночку вы

беззащитны. Нет, нет, пан Янек, вам надо немедленно скрыться. Исчезнуть из поля зрения гестапо.

Ян молчал, размышляя надо всем, что сказал Коблиц. С одной стороны, разведчик, безусловно, прав:

тайные службы рейха в подобных ситуациях не церемонятся. Слава богу, уши не заложены, о всяких штучках

гестапо наслышан. Перекрывая каналы возможной утечки информации, они ни перед чем не остановятся. Но, с

другой стороны, как перейти на нелегальное положение? И каким образом отыщут его ребята, не говоря уже о

Кристине? И потом — если исчезнет он, фашистские головорезы могут взяться за отца…

— Не трудно догадаться, о чем вы думаете, пан Янек, — прервал молчание Коблиц. — Мы обо всем

позаботимся. И о вашем отце тоже.

— Из вас бы, пан Коблиц, вышла неплохая гадалка, — искренне восхитился Ян.

— Пожалуй, — согласился Коблиц, — Ужасно люблю врать. Кстати, человек, чью фотографию вы

недавно держали в руках, как-то изрек: правда такая редкая вещь, что ее должен сопровождать эскорт лжи.

Недурно, а?

— И этот эскорт будет сопровождать меня? — прищурился Ян.

Коблиц рассмеялся.

— Не могу обещать вам только белокрылых ангелов. И давайте спустимся с высот философии на

грешную землю. Мне нужно два дня, чтобы подготовить ваш переход на нелегальное положение. Постарайтесь

эти два дня как можно меньше появляться в городе. Это же касается вашего отца. В среду утром я заеду за вами

на машине. Встретив меня, ничему не удивляйтесь. Деньгами и всем необходимым мы вас обеспечим. Если

появится необходимость срочно связаться со мной — вот вам номер телефона. Наберите номер, скажите

единственную фразу: “Заболел отец, приезжайте, доктор”. Запомните? Впрочем, память у вас отменная. Итак,

согласны?

— Еще одно условие, пан Коблиц. У меня есть невеста. Я ее не брошу. Тем более что она вовлечена в

нашу игру.

— Но ведь, насколько я осведомлен, она там, в Германии?

— Это не должно стать препятствием. Или вы принимаете в расчет нас обоих, или никого.

— Ну, что ж, — сверкнул образцово-показательными зубами Коблиц. — Разведке приходится