Чтение онлайн

привезут сюда, я продолжать работу не стану.

“Наверное, Коблиц прав, — решил Фред, — до чего

этот поляк доверчив и наивен! Но, с другой стороны, что бы

делало человечество (и мое учреждение тоже!) без таких

людей. Они не умеют предавать…”

Ян внимательно посмотрел на Фреда и вдруг добавил, на первый взгляд, безо всякой связи с

предыдущим:

— А вам, думаю, нелегко живется в вашем оффисе. Вы никогда не сможете стать Коблицом. Знаете в

каком смысле? Я понимаю, что вы не спросите… От анализа до исполнения у вас большая дистанция. А

Коблицу приходится все делать с ходу.

— У вас к нему претензии?

— Я его не виню. Просто думаю о своем месте в мире.

“Ого, — удивился Фред, — а я поначалу принял его за наивного технаря. У него острый ум и

психологическое чутье. И он, конечно, тянется к широкому осмыслению действительности”.

— Не знаю, что заставляет вас разговаривать столь открыто, — признался Фред, — но, честное слово,

Ян, мне это приятно.

— Мистер Саммербэг, — с некоторым нажимом сказал Ян, — все мы живем в мире фальши, от которой в

разной степени устали. Когда встречаешь человека, лишенного декораций хотя бы в душе… в общем, вы

понимаете. Даже если этот человек из разведки… Какая разница? Я встречал демагогов и лицемеров среди

уборщиц городского туалета… Хотя профессия, безусловно, накладывает отпечаток.

— Что у вас с Коблицом? — спросил Фред.

— Ничего особенного. Просто я не всегда его понимаю.

— Стоит ли все понимать до конца?

— Вы правы. Но когда это касается твоей судьбы…

— Я поговорю с Коблицом. Условия должны выполняться.

— Благодарю вас, мистер Саммербэг.

Они помолчали.

— А я все не налюбуюсь Парижем. — Ян глядел на плывущие мимо кварталы.

— Да, Париж, — задумчиво протянул Фред. — Ян, нам предстоит грозное время. Давайте поговорим о

слове “завтра”. Допустим, конструкция собрана. Что дальше?

— Не знаю. Пойду сражаться.

— А если я вам предложу работу?

— Спасибо. Однако что конкретно?

— Вы полагаете, что с завершением работы над шифровальной машиной все наши проблемы решатся?

— Нет, конечно. Еще раз спасибо, мистер Саммербэг. Я готов сражаться с нацистами где угодно. Но отец?

И моя невеста?

— Давайте пока поговорим об отце. Как только вернусь в Лондон, я его разыщу.

— Разыщите, пожалуйста. Он теперь очень одинок. Конечно, одиноки мы все. Но он — особенно.

Передайте, что у меня все нормально. Как только позволят обстоятельства, постараюсь его навестить.

— Ян, подумайте над моим предложением. Оно не только даст вам работу и гражданство, но и приблизит

к отцу.

— А если я не сумею собрать машину?

— Все равно вы к ней ближе, чем другие.

Ян хотел расспросить о Коблице. Однако перед глазами встал беззвучный рот пана Марека, и он поборол

искушение.

— Конечно, неплохо бы вместе посетить “Гранд-Опера”, — перевел разговор Фред. — Мы ведь в стране

друзей. И все же…

— И все же?..

— Старый закон. Больше одного не собираться. Кстати, какие у вас отношения с Эженом Жиро?

— Мистер Саммербэг, вы же сами ответили! Мы собрались больше одного.

— Он что-то дал почувствовать?

— Нет. Однако один я редко бываю. Если бы не Зося…

— Очаровательная женщина, не правда ли?

— Мистер Саммербэг, — усмехнулся Ян, — очаровательная женщина на планете существует в

единственном экземпляре. Это — моя невеста. Все остальные — просто женщины.

— Ну что же, Ян, честное слово, буду рад видеть вас в Лондоне.

— Еще раз спасибо.

— Теперь, пожалуй, вернемся в мастерскую?

— Пожалуй.

Фред приспустил стекло и велел шоферу возвращаться.

У дверей особняка Ян спросил:

— В Париже больше не увидимся?

— Едва ли. — Фред помолчал, словно боролся с соблазном что-то сказать. — Есть другие города. Ну, Ян,

давайте руку. И вот что. Старайтесь понять Коблица. А с работой… не надрывайтесь. Испытания еще впереди.

Надо беречь силы. Передайте привет пани Зосе…

4 Дома Яна ожидали Зося, Коблиц и пан Марек. Эжен Жиро куда-то отлучился.

— Вы не замечали, пан Янек, — с места в карьер начал Коблиц, — какая хитрая штука шахматы? Помимо

содержания самой игры, есть второй момент: важно, кто твой партнер.

— Противник! Это еще важнее.

— Я лично ждал партнера. И с нетерпением.

Они расставили фигуры.

Когда Зося вышла, Ян взялся за пешку и сказал:

— Где же ваш обещанный ход, Артур? Вы обещали привезти Кристину…

— Вы определенно меня с кем-то путаете, пан Янек. Я не бог, хотя люблю чудеса. Терпение, мой друг,

терпение!

— Оно также имеет границы.

— Это ведь не переложить монету из правого кармана в левый.

— Было мое условие. И вы согласились. Уже прошли не дни, а месяцы.

— Давать обещания легче, чем выполнять.

— Вы хотите сказать, что ваше обещание невыполнимо?

— Я этого не говорил.

Они молча сделали еще несколько ходов. Ян оторвался от доски, выпрямился.

— Ну, вот что, Артур. Я не стану продолжать работу до тех пор, пока здесь не появится Кристина.

Коблиц скользнул ледяным взглядом по лицу Яна, словно прицеливаясь, но вдруг засмеялся.

— Ладно, давайте оставим партию недоигранной.

Он смешал фигуры на доске и поднялся. Уже на выходе из комнаты обернулся.

— А вообще, пан Янек, я хотел бы, чтобы это был ваш последний бунт…

Ян отлично понял угрозу, прозвучавшую в словах Коблица. Ничего не ответил. Он слышал, как щелкнул

замок на входной двери, и догадался, что Коблиц ушел.

Грациозная фигура пани Зоей мелькнула в коридоре. Затем Зося появилась в комнате. На этот раз улыбка

едва обозначалась на губах.

— Ян, вы что — поссорились?