Приглашение в ад
Шрифт:
метро. Метро в Лондоне было такое же грязное и неуютное, как и в Париже — Но передвигаться оно позволяло
быстро.
Был уже поздний вечер, когда спутник Яна подвел его к темному дому, позвонил и сказал:
— Мистер Эванс, тут вы останетесь до утра. Утром на вами приедут. Остальное мне неизвестно.
Дверь открылась, в прямоугольнике света возникла грузная фигура мужчины.
— Мистер Эванс? Добро пожаловать.
Ян шагнул в коридор.
— Проходите прямо. Вас ждут.
Ян отворил дверь в прихожую — и почувствовал, что у пего слабеют колени: навстречу ему, раскинув
руки, бежала Кристина…
Они долго стояли обнявшись, не говоря ни слова, слушая, как стучат их сердца.
— Кристя… Кристя… Кристя… — едва слышно шептал Ян, словно все еще не веря в чудо встречи.
— Это я… честное слово, это я, — счастливо улыбалась Кристина, с трудом освобождаясь из объятий
Яна. — Дай хоть посмотрю на тебя!
На Яна волнующе хлынула густая синева ее глаз, зовущая упругость губ. “Господи, какая же она
красивая! Как я мог столько времени жить без нее! Кто распоряжается нашими судьбами? И почему
распоряжается? К черту! К дьяволу! Всех! Неужели человек приходит в этот мир, чтобы, как нищий, стоять с
протянутой рукой, выпрашивая право на личное счастье? Неужели мы являемся сюда лишь для того, чтобы
чувствовать себя несчастными?..”
Кристина вся лучилась, лишь в темной глубине зрачков стояла тревога. У Яна сжалось сердце. Конечно,
ей трудно далось время разлуки. Сейчас он ни о чем расспрашивать не будет.
— Кристя, милая, запомни: я больше тебя никому не отдам. Никому и ничему. Ты поняла?!
— Нет! Нет! Не поняла. Ничего не поняла. Я сегодня сошла с ума! Я ничего не понимаю. Только хочу,
чтобы ты не исчезал…
— Я не исчезну. Слышишь? Я больше не исчезну!..
“Не исчезну? — усмехнулся Ян. — Легко сказать. Исчез я из Парижа. Легко и просто. Словно и не был
там. Даже “до свиданья” не сказал Зосе. И месье Жиро. И паву Мареку… О, пан Марек! Я помню ваши уроки.
Но сегодня мне хочется мяукать, как глупому котенку”.
— Не исчезай, — еще раз тихо попросила Кристина.
Смутная тень набежала на ее лицо. Но она тут же смахнула ее и бросилась к буфету.
— Будем пировать, Янек! Тут кое-что припасено. Ты хочешь пировать?!
— Я все хочу.
Он ходил за ней по пятам, целовал сзади волосы, шею, плечи. Кристина счастливо смеялась. И все время
оглядывалась на Яна, как будто все еще опасалась, что он исчезнет…
Они болтали о пустяках, беспричинно и счастливо смеялись. Вместе с тем, они, может быть, впервые
учились ценить эти беззаботные минуты. Потому что счастье хоть изредка должно улыбаться людям. Чтобы они
не теряли веры в то, что оно существует.
А потом, когда Ян заключил Кристину в объятия, припал к ее губам, он вдруг почувствовал, что она вся
дрожит. Щеки ее стали мокрыми.
— Ты плачешь? — удивленно шепнул Ян.
— Я плачу, Ян… Ни разу не плакала с детства… А теперь — плачу… Но ты не обращай внимания…
Сейчас пройдет… Ты целуй меня, целуй…
…Она не могла не плакать. Ничего не хотела рассказывать Яну о Фриче. Вместе со слезами из нее
выходил ужас, испытанный ею при встрече с гестаповцем в вагоне поезда. Видимо, Фриче вызвали в Берлин, но
ей пришло в голову, что немец оказался в поезде не случайно, что он ее выслеживает.
Однако Фриче выглядел не менее растерянным. Неужели теперь чужая разведка контролирует каждый
его шаг?..
И все же неизвестно, чем бы закончилась неожиданная встреча, если бы не отчаянная находчивость
Кристины.
Из соседнего купе в коридор вышел молодой парень в твидовом пиджаке. Пиджак ловко сидел на
спортивной фигуре. Незнакомец с интересом посмотрел на симпатичную пассажирку. И Кристина, делая вид.
что не знает Фриче, отвернулась от него и заговорила с молодым человеком…
Гестаповец вздохнул с облегчением и прошел в свое купе. Ведь он устроил себе вызов в Берлин, чтобы
обеспечить алиби на случай неприятностей с похищением шифровальной машины — происшествие случилось,
мол, в его отсутствие…
Кристина дрожала до самого Берлина. И только пересев на поезд, шедший в Париж, позволила себе
расслабиться.
…Кристина долго смотрела на спящего Яна. Осторожно сняла с себя его руки, выскользнула в ванную
комнату. И тут, оставшись наедине с зеркалом, обнаружила четыре четко обозначенные морщины.
Морщины… Плата за переживания? Или за дорогу к счастью? Ну что ж. В жизни нет ничего
бесплатного. Одни платят деньгами, другие — страданиями. Всем нам кажется, что молодость не кончится. До
сих пор Кристина не пользовалась гримом. И вот пришла пора вступать в царство косметики. Это значит, что
следует помахать юности ручкой…
Время уже шло к полудню, когда сели завтракать. Пили чай с молоком по-английски, ели вкусные
булочки с джемом. К концу завтрака появился Коблиц. Видимо, у смотрителя был телефон и он информировал
Коблица о том, что его подопечные проснулись.
Коблиц вошел с обычной белозубой улыбкой, с букетом орхидей в руке. Поцеловал руку Кристине,
вручил цветы. Ян, переполненный радостью, обнял Коблица. Артур, похоже, удивился. И не смог удержаться от
хвастовства.
— Кажется, я выполнил свои обещания, — самодовольно произнес он. — Голуби слетелись в голубятню.
Ястребы напрасно точат когти… Впрочем, возможно, ко мне есть претензии?..
— Претензий нет, — отозвался Ян и спросил простодушно: — Скажите, Артур, для чего нужно было
разыгрывать мое похищение из Парижа? Разве я не мог отбыть в Англию обычным пассажиром?
Коблиц сразу напрягся, но тут же усмехнулся, махнул рукой.
— Вы неисправимы, мистер Эванс. Вы же имеете дело с нами. В разведке мало что соответствует