Приговор Любви
Шрифт:
Оставшись вдвоём, мать и дочь устроились на диване. Анна сидела, а Инга положив голову матери на колени, лежала.
– Как же так, доча?- Анна гладила волосы, перебирая черные пряди.
– Не знаю, мамочка.
– Ингуша, детка.... мы с папой виноваты....
– Мам, кроме меня никто не виноват,- по щекам девушки бежали ручейки слез, но она их не замечала,- во всем виновата, я одна.
– Нет, девочка. В этом есть и наша вина. Слишком часто мы оставляли тебя одну, а потом закидывали подарками. А потом я же видела, что с этим замужеством, что-то не так. Мне папа уже потом все рассказал...
– Как дедушка? Он меня простил?
– Да он и не злился на тебя... скорее на себя... Ингуш, я понимаю, что развод не возможен... но может, ты просто вернёшься домой?
– Мам, я сама уже об этом думала... но, я не могу... я, не могу без него...я, люблю его...
– Да что же это за любовь такая! Бедная моя девочка!
– Вот такая и я ею должна переболеть.
– Ты о любви говоришь, как о болезни.
– А это и есть болезнь, самая заразная болезнь на свете.
– Нет, девочка, ты не права, просто Игорь... он не твой человек и ты это поймешь, когда встретишь своего. Поверь мне.
– Может быть, но мам, знаешь, когда я раньше слышала фразу, что на чужом несчастье, счастья не построишь... я не верила... Мам, я так виновата перед Сашкой, так виновата...
Мать и дочь еще долго разговаривали, и Инга выплакала матери все слезы. А у Анны глядя на дочь обливалось сердце кровью, но она нечего не могла поделать.
Свекор со свекровью позвонили первого января, поздравили Ингу с наступившим новым годом, поинтересовались ее здоровьем, передали привет от Игоря. Инга понимая, что никакого привета Игорь ей не передавал, поблагодарила, передав ответные поздравления от себя и родителей.
Анна и Михаил улетали 2 января, гастроли продолжались, и никто их не отменял. В аэропорту, прощаясь с дочерью, Анна сказала:
– Ингуш, пообещай мне подумать о возвращение.
– Хорошо, мам обещаю.
– Да и рожать все же лучше дома.
– Ну, до родов еще больше месяца...
Проводя родителей Инга, ехала домой в такси. ' Может действительно, бросить все и уехать?'- думала она, прикрыв глаза. 'Игорю только на руку будет мой отъезд, глаза ему мозолить не буду'.
– Ее мысли прервала резкая боль в пояснице, а сидение под ней стало мокрым. Инга испуганно вскрикнула:
– Нет! Еще рано...- тут боль повторилась и девушка почувствовала, что теряет сознание.
'Только бы с малышом, все было в порядке',- подумала Инга, заваливаясь на бок и теряя сознание.
Перепуганный водитель доставил женщину в ближайший госпиталь. Там проверив ее документы, которые она всегда носила в сумочке, позвонили в посольство.
У Инги, в связи с бурной родовой деятельностью, начала отходить плацента и ее экстренно прооперировали.
– Спасите малыша, - повторяла девушка пересохшими губами,- спасите...
Как потом объяснили Инге, ей очень сильно повезло в том, что ее вовремя доставили в больницу. Да и представитель советского посольства быстро приехал и уладил все формальности. Операция прошла без осложнений и Ингу заверили, что в дальнейшем ей ничто не помешает иметь еще детей. Но девушку не интересовали другие возможные дети, все ее внимание было сосредоточенно на малыше, который лежал в инкубаторе. Только о нем она молила и бога и дьявола, прося, чтобы все с ним было в порядке. Ее ребенок, ребенок от которого она, вначале испугавшись, хотела избавиться. Ее сын!
Мальчика назвали Дмитрием, в первые дни после выписки Инга насмотреться на него не могла, ей все казалось, что он не дышит. Она постоянно подходила к колыбели, прислушиваясь к малышу, любовалась им. Смотря на сына Инга, наверное впервые полностью осознала, то, что сделала Саша, настояв на его рождении.
Приехавшие родители Игоря с восторгом рассматривали внука.
– Игореша, он вылитый ты,- Елизавета Егоровна тискала внука,- Илюш, подтверди - Димочка вылитый Игорь.
– Похож,- согласился Илья Васильевич, делая внуку 'козу'.
А Игорь, рассматривая этот маленький, кричащий, красный комочек не мог найти с собой никакого сходства. К новорождённому сыну он никаких чувств не испытывал, ну ребенок и ребенок. Его сильно раздражало, что все абсолютно все находили сходство между ними. Рождение, внука так похожего на сына примирило Елизавету с невесткой. И она стала относиться к ней немного мягче, даже стала бывать у них, регулярно проведывая внука. Елизавета и Илья видели, что Игорь равнодушен к сыну и старались компенсировать малышу нелюбовь отца.
– Если мужчина любит женщину, то любит и ее детей,- вздыхал Илья Васильевич,- а если к женщине он равнодушен, то и дети ее ему не нужны, будь они хоть трижды и его тоже.
– Что за глупости!- возмущалась Елизавета Егоровна.- Просто Игорек еще не осознал себя отцом, ему нужно время...
***
У Димки резались зубки и уставшая Инга носила сына по квартире пытаясь успокоить.
– Ну, что ты маленький,- убаюкивала малыша Инга,- тише, маленький, тише. Папа работает, может ты голодный?- женщина, держа ребенка в одной руке, другой развела смесь в бутылочке. Димка был искусственником, молока у Инги не было. Толи из-за стрессов во время беременности, толи из-за стресса после родов.
– На, миленький,- шептала Инга пытаясь накормить малыша, сидя с ним на диване в гостиной. Но, малыш, отталкивая маленькой ручкой бутылку, продолжал кричать.
– Долго это будет продолжаться?- из своего кабинета вышел разгневанный Игорь.
– У него зубки режутся,- устало сказала Инга.
– Ну и что? Ты мать или кто? Успокой его, накорми или еще что там вы женщины делаете...
– Я пытаюсь...
– Да, ты ни на что непригодна, даже ребенка успокоить не можешь!
Это было последней каплей так долго сдерживаемой лавины. Ингу как будто ветром подняло с дивана, она подскочила к мужу и буквально насильно всунула ему в руки сына.
– Ладно, я плохая мать! А ты- хороший отец, возьми и сам успокой, он и твой сын тоже!- сказав женщина, выскочила из комнаты и побежала в спальню. Игорь с плачущим сыном на руках последовал за ней.
– Ты куда собралась?- спросил он у натягивающей джинсы Инги.
– Не твое дело!- следом за джинсами девушка надела белую футболку.- Ты же мне не отчитываешься, когда развлекаешься со своими шалавами.