Чтение онлайн

— Эй, — сказала я, — ты жив ещё там?

Я попыталась сдвинуть его руку, но он не посмотрел на меня.

— Джордан!

— Боже, прости меня, — пробормотал он, всё ещё отказываясь на меня смотреть.

— Эм, за что?

— Я вел себя, как грёбаное животное!

— Ну да, вёл, но мне понравилось это.

В этот раз он позволил мне сдвинуть его руку и повернул голову ко мне, его красивые, проникновенные глаза смотрели на меня с сомнением.

— Я сделал тебе больно? — спросил он тихо. — Ты в порядке?

— Чёрт, это было классное начало моего дня! — усмехнулась я. — Это было похоже на укол адреналина с последующей комой. Моё тело не знало, какого хрена происходит, но чёрт, это было круто!

— Круто? — он выглядел озадаченным

— Джордан, ты дурак! Это было великолепно! Меня так не трахали с тех пор как...да вообще никогда. Я немного в шоке. Думаю, я упускала что-то все эти годы.

Я посмотрела на часы.

— Оу чёрт, я опоздаю в первый рабочий день! Это будет выглядеть нехорошо, если выяснится, что надо мной хорошенько поработали, и что я пахну сексом.

Я хлопнула его по груди.

— Это твоя вина! Я должна поторопиться, но у меня есть время, чтобы занять тебя, ну не важно. Ох, и тебе действительно нужно убрать всё в ящик, который ты перевернул.

Я поднялась, схватив штаны, и поплелась в ванную, чтобы привести себя в порядок настолько, насколько смогу. Влажное полотенце было тем, что нужно для моей пульсирующей нижней части тела, и я плеснула немного холодной воды на своё пылающее лицо. Надеюсь, я буду выглядеть достаточно презентабельно к тому времени, как приеду в кафе.

Джордан надел обратно свои шорты и ползал по полу, собирая мои разбросанные вещи.

— Мне нравится смотреть на то, как мужчина стоит на коленях, — засмеялась я.

Джордан поднял голову и улыбнулся, а потом притянул меня за бёрда к себе и поднял футболку, чтобы оставить нежный поцелуй на моём животе.

— Милая, я был у твоих ног с тех пор, как первый раз увидел тебя.

— Рада слышать это, — сказала я, потрепав его непослушные волосы. — Но я должна бежать, или меня выкинут с работы прежде, чем приступлю к ней. Думаю, ещё слишком рано в моей карьере бариста использовать «горячий-парень-в-моей-кровати» оправдание. Ключ от дома в горшке с цветами. Закрой после себя.

Я поцеловала его в макушку и оставила ползать по полу в моей комнате. Огромная улыбка играла на его лице.

***

Джордан

У меня ушло около десяти минут, чтобы собрать всё то, что я уронил на пол и починить ящик прикроватной тумбочки, прибить его обратно, используя свои руки вместо молотка.

Я не знал, какого чёрта только что произошло. Когда она прикоснулась ко мне, я совершенно сошел с ума. То, как я вел себя, было непростительно. Но чёртов смысл был в том, что Торри это понравилось. Я нагнул её, поставив на четвереньки, трахая, как какую-то долбаную собаку, и ей понравилось это. Хорошо, потому что я любил это.

Я не понимал её ни на одну дурацкую секунду. Думал, что я просто её благотворительность. По крайней мере, уверял себя в этом после. Но когда я был с ней, первый раз за такое долгое время, то не чувствовал, что меня осуждают. Я не мог понять почему, но она, казалось, приняла меня таким, какой я есть. Торри вдыхала в меня жизнь.

Джордан

Работа на заднем дворе Преподобной весь остаток дня была почти расслабляющей. Уборка в сарае испытывала мою силу и терпение, но это дало мне время, чтобы подумать о Торри. И не только о ней. Впервые я позволил себе подумать о том, что случится спустя четыре месяца и две недели, когда мой срок условно-досрочного освобождения закончится. Мне нужен был своего рода план: работа, место, где можно было бы жить… да и как вообще я собирался существовать.

Мой надзиратель по условно-досрочному не раз говорила мне, что я должен работать над тем, чтобы достичь каких-то целей. И я, наконец-то, начал понимать, что она имела ввиду.

Я приехал домой вспотевший и грязный и сразу же направился в душ. Клянусь, я пытался не думать о том, как тугое тело Торри пульсировало вокруг меня, но в ту же секунду, как эта мысль появилась в моей голове, я стал твёрдым, как чёртов камень. Как будто моё либидо получило лицензию на то, чтобы сходить с ума. Я дрочил по три или четыре раза в день, как будто у меня только начался период полового созревания.

В тюрьме очень редко можно было получить хотя бы какое-то уединение, но это порой не останавливало некоторых от того самого занятия. Большинство парней делали это ночью под одеялом. Я бы не сказал, что это было разрешено охраной, но думаю, что они понимали. Единственный раз я видел, что их сильно наказали, когда они проявили неуважение к женщине-офицеру в исправительном учреждении.

Такое иногда случалось. Один из заключённых заговаривал женщину-офицера, пока другой парень, сидящий в камере напротив или в той же камере, удовлетворял себя, глядя на её задницу.

Это до чёртиков меня пугало, многое в тюремной жизни пугало меня. А если нет, то вы были одним из тех сошедших с ума парней.

Но сейчас мой чёртов член не опал. Господи, я надеялся, что не напугал Торри из-за того, как я себя вёл, из-за всего того дерьма, которое я уже вылил на неё.

Внезапно после всего того стресса последних дней мне нужно было увидеть её. Мне нужно было видеть, что я не отпугнул её полностью. Она сказала, что всё в порядке, но мне нужно было увидеть её. Мне нужно было знать.

Я покончил с душем и переоделся в джинсы, которые мама купила мне в Гудвилле. Они достаточно хорошо подходили мне, что было хорошей сменой шортам, а затем я пробрался в комнату Майки, чтобы взять ещё одну футболку. Я всё ещё чувствовал свою вину за то, что был там и пользовался его вещами, но почему-то это становилось делать легче. Мы всегда одалживали друг у друга разные вещи. В половине случаев мы даже не знали, где чьё, ну, кроме трусов. Я был выше, а он больше, но всем остальным мы делились. Я увидел его любимую футболку с «Maroon 5» в ящике.

— Спасибо, приятель, — прошептал я, надев её.

Мне удалось уйти из комнаты прежде, чем мама вернулась домой. Её лицо как всегда было мрачным от осуждения, когда она посмотрела на меня через лобовое стекло.

Мне стало интересно, если бы мне пришлось предстать перед инквизицией после того, как я вернулся домой, ненавидела ли она меня настолько, что ей было бы всё равно, где я был.

Привычное чувство тревоги преследовало меня всю дорогу из города в торговый центр. Я прогнал их и напомнил себе, что не делал ничего плохого, находясь здесь. Я не был полностью свободным человеком, но хотел использовать по полной хотя бы ту свободу, которая у меня была.