Чтение онлайн

— Думаю, — ответил Виктор Семенович. В это время вернулась Ольга Михайловна и подала записку: «Найденов работает. Позвонит через полчаса».

— Думай, думай! — одобрили из трубки. — Перезвоню через полчасика.

В трубке запищали короткие гудки. Иванцов повесил трубку и тут же услышал телефонный звонок, доносившийся из гостиной. Там стоял аппарат, запараллеленный на номер Ольги Михайловны.

Звонил Найденов.

— Семеныч, 56-786 — это телефон ТОО «Алкоритм». Улица Чапаева, 22, офис 9. Послал гуда группу. Через десять минут будут там. Он повесил трубку?

— Это она, а не он, — поправил Виктор Семенович. — Да, повесила.

— Семеныч, «Алкоритм» был под крышей Курбаши. Это сто процентов. Есть такие данные. Так что учти — могут не просто шантажировать, а мстить. Ни в коем случае не ходи на прямой контакт.

— Положим, не пойду. А они возьмут да и упрутся? Скажут: или из рук в руки, или никак. Что тогда?

— Пока тяни время. Может быть, мы эту курву поймаем.

Вновь зазвонил телефон в кабинете Иванцова.

— Твои меня не прослушивают?

— Нет.

— Хорошо, тогда жди, не вешай трубку. Опять звонит, похоже.

Иванцов перебежал в кабинет. На табло определителя светились все те же цифры.

— Алло!

— Ну как, подумал, муля? — спросил уже знакомый голос.

— Подумал, — ответил Иванцов.

— И что надумал?

— Трудно сказать…

— А ты скажи, полегчает.

— Это как сказать… — Прокурор точно следовал совету Найденова и тянул время. — Ведь ты, девушка, 148-ю статью себе выпрашиваешь. За вымогательство.

— А ты за мою статью не беспокойся, об своей подумай лучше. Я сидела, я все знаю, а тебе в полста лет садиться — туго будет.

— Хорошо. Ты вот деньги просишь, и большие. Десять пачек по сто «франклинок». Как их тебе передать и когда?

— По делу спросил, прокурор. Возьмешь полиэтиленовый пакетик, положишь в него пачечки, запаяешь и прямо сейчас отнесешь самолично в мужской туалет на автовокзале. Там пять кабинок, положишь в среднюю, под крышку сливного бачка. Должно влезть. После этого возвращайся к себе и жди звонка.

Его ведь можно и через год не дождаться, — заметил Иванцов. — Не пойдет такой обмен.

— А ты бы хотел, чтоб тебе все рассказали, а ты потом шиш показал? Тоже умный.

— Но ведь никому ж неохота дураком быть. Могу предложить вот что. Положу в пакет одну пачку. Но там в бачке должно быть все то, что ты знаешь о Клыке.

— Ух ты, моя лапочка! — порадовалась дама из телефона. Поищи дешевок на вокзале Если так, то прощай, мой табор, пою в последний раз. Либо так, как я сказала, либо суши сухарики.

— Еще подумаю, можно?

— Думай, Чапай, думай. Только учти, что Клычок на данный момент от тебя быстро удаляется. Протянешь время — можешь не успеть. А в других областях прокуроры поумнее могут оказаться. И даже простые милиционеры. Жду десять минут.

Иванцов переместился к телефону, связывавшему с Найденовым.

— Валера! Как твои оперы?

Пусто, Семеныч. Вошли в офис, а там ни шиша. Никого и ничего. Это обманка. Где-то подключились к кабелям, получилось вроде параллельного аппарата. Регистрируется 56-786, а откуда звонят, не определишь, пока в проводах не разберешься.

С телефонного узла специалистов вызывали?

Еще не приехали. Но они тоже не обещают, что быстро разберутся.

Ладно. Вышли группу в район автовокзала. Пусть расположатся поблизости от мужского туалета, но не пугая народ.

— Трудно будет, Семеныч. Сейчас там густо. 23.35 уже, все междугородные автобусы ушли. И площадь хорошо просматривается. Если у них там сейчас кто-то есть, может сразу разглядеть.

— Ладно, попробуйте все-таки. Вы ж профессионалы.

Да уж придется. Ты что, собрался туда ехать?

— Надо попробовать. Иначе не придут.

— Рискуешь. Я тебе говорю: это курбашисты. Они, и больше никто. Только они в курсе дел с Клыком. Клюнешь — пойдешь за Грековым.

— А не клюну — мы все пойдем по этапу. По крайней мере есть шанс взять кого-то, кто даст ниточку.

— Не дадут они ниточки, Семеныч. Туда пойдет такая шелупонь, которая даже говорить не умеет. А вот тебя там, в туалете, может кто хочешь пристрелить или зарезать. Какой-нибудь бомж невменяемый или просто псих. От него ни слова не добьешься, даже если возьмешь, а если он какие-то показания даст, то их ни один суд во внимание не примет.

— Ладно. А ты что предлагаешь?

— Тяни время. Может, за телефон уцепимся.

— Она сказала, что позвонит в последний раз.

— Ничего, это она, стерва, на психику давит, пугает. Ты только сам, главное, не паникуй. Нормально все будет.

В кабинете раздался звонок.

— Вот, позвонила, кажется. Перезвоню, как поговорим. _ Иванцов повесил трубку и перешел в кабинет. На определителе был другой номер, и принадлежал он служебному кабинету полковника Рындина.

_Алло! — ,Иванцов сделал сонный голос, будто только что проснулся, разбуженный назойливым звонком. — Иванцов слушает.

— Виктор Семенович, — сказал Рындин, вам тут, говорят, спать мешают?

— Кто именно говорит, Андрей Ильич? — «удивился» прокурор, хотя сразу догадался, что рындинские специалисты прослушивали его линию.

— У меня есть информация, — не обратив внимания на вопрос Иванцова, произнес Рындин. — И если v вас нет своих решений, могу вам доложить, что готов вам помочь в деле устранения лишнего шума.

— У вас рабочий день ненормированный, я чувствую. Полночь скоро, а вы все на службе.

— Если вы, Виктор Семенович, хотите остаток ночи проспать спокойно, то рекомендую сейчас же приехать ко мне в управление.

«Ну и наглец!» — опешил Иванцов. Наверно, будь такое предложение сделано в другое время, прокурор бы обиделся. Но сейчас он не мог грубит Рындину.

— А какова, простите, цель визита?

— Я же сказал, Виктор Семенович, моя цель — ваш спокойный сон.

— Знаете, Андрей Ильич, совсем спокойно мне бы уснуть не хотелось.

— Тем более советую подъехать. Только пока не стоит ничего говорить Найденову. И лучше, если вы не будете вызывать дежурную машину прокуратуры, а поедете на своем транспорте.