Чтение онлайн

–Есть! Есть претензии!
– Закричал уже Бильворт.
– Они работали плохо и поэтому должны отработать еще месяц.

–Это не финансовая претензия, -поморщился лэр, -а вот у нанятых вами людей, опять же на сколько я знаю, финансовые претензии есть. Вы обещали платить гораздо больше, чем в конечном результате заплатили им. Давайте выслушаем наших переселенцев.

–Стоп!
– Закричал уже секретарь.
– Почему мы вообще должны кого-то выслушивать. Мы прибыли сюда с вооруженным отрядом и требуем выдать нам беглых батраков.

–Беглых батраков значит?
– Усмехнулся Климент.
– С вооруженным отрядом? Ну-ну! Боюсь, вам все-таки придется выслушать претензии этих людей.

Климент с Эр-Ризом стояли лицом к развилке дороги и хорошо видели, как к ним приближается кавалькада всадников в полном боевом облачении. Но когда всадники подъехали ближе, Клим с удивлением увидел, что с его полудюжиной гвардейцев прибыло еще двое. Двое неизвестных всадников тоже были в полном боевом облачении. Один богато одетый, в темно-синем плаще с вышитым на плече золотым львом. Был он уже сильно в годах, с пышными седыми усами. Другой одет добротно, но попроще и явно моложе седоусого. Клим удивленно посмотрел на своего сержанта.

–Ваша Светлость, Ваша Милость, позвольте представить вам, рыцаря баннерета Вардосской Империи, сэра Готриба и его оруженосца, сержанта Малдура.
– Указал он рукой на всадников.

–Ваша Светлость, лэр Климент, много наслышан о вас! Барон!
– Кивнул рыцарь и поспешил спешиться с коня, так как и лэр и барон были пешими. Остальные гвардейцы, включая обоих сержантов не стали сходить с коней, так как ситуация полностью не прояснилась и поодаль стояло пятеро конных гномов.
– Рыцарь баннерет, Калеве Готриб, -вновь кивнул рыцарь, -следую в приграничную крепость, чтобы принять под командование гарнизон Одинокого Стража.

–Здравствуйте, сэр рыцарь. Рад знакомству.
– Кивнул Климент, в свою очередь проявив учтивость. Барон Эр-Риз так же поддержал его кивком и приветствием.

–Позвольте полюбопытствовать, Ваша Светлость, что здесь происходит и чего хотят от вас эти недо… гм, гномы?
– Спросил Готриб.

–Предъявляют претензии моим поданным.

–Разрешите, нам с оруженосцем поприсутствовать при разговоре.
– Попросил рыцарь.

–Это ваше право, сэр Готриб, мы хоть и являемся вассалами Императора Конрада второго, все же находимся не на своей земле. А вы человек облеченный властью в этих землях, пожалованной вам самим Императором.

После таких слов рыцарь приосанился и погладил свои пышные усы. Слова лэра, явно польстили старому воину.

–И так, продолжим?
– Обратился Клим к секретарю с трактирщиком. Он заметил, что ни рыцарь ни его оруженосец даже не кивнули гномам, а те в свою очередь вообще отвернулись, делая вид, что любуются раскинувшимся пейзажем.
– Я вот считаю, со слов своих новых поданных, что это вы остались перед ними в долгу. Эйр Кринке, и вы эйры прошу вас высказываться.
– Кивнул, лэр сидящим в повозках людям.

–Да какие они эйры?
– Удивился и не сдержался Бильворт.
– Простые батраки, без роду и без племени.

–Помолчите, трактирщик!
– Осадил его лэр, но все же пояснил.
– У нас во владении нет, батраков, все рабочие работают по контракту и за достойную плату. И из вежливости мы даже к простым, не родовитым, согражданам обращаемся уважительно. У нас во владении нет рабов и крепостных крестьян, всякий вольный человек имеет право без всяких препятствий уйти с земель своего господина, заранее уведомив его об этом. Мы живем в соответствии с законами Вардосской империи и указами его Императорского Величества Конрада второго. Ведь в империи, заведено так же, сэр рыцарь?
– Обратился Климент к Готрибу.

–Точно так, Ваша Светлость.
– Вытянулся рыцарь, как перед начальником.
– Конечно, у нас в империи все по закону!

Хотя слова лэра и имперское законодательство, порой было очень далеко от истинных дел, например того же провинившегося крестьянина запросто могли до полусмерти выпороть на конюшне, по приказу какого-нибудь барона или графа. Но сейчас Климент давил именно на букву закона.

Климент опять сделал приглашающий жест:

–Что скажите, эйр Кринке?

–Да чего там говорить? Бильворт, обещал платить по шесть ливров в месяц, а выдали только половину

–Вы с вашей дочерью Мирой, отработали сколько? И сколько вам были должны заплатить?

–Полных три месяца и две недели, а заплатил господин Бильворт только половину. За три месяца выдали, мне девять ливров и дочке, стало быть, столько же.

–Они плохо работали! Я наложил штраф.
– Выкрикнул трактирщик.

–А, кто вы такой, чтобы налагать штраф?
– Удивился лэр.
– Штраф может наложить только государственный судья, либо титулованная особа облаченная властью и так же выполняющая функцию судьи в своих владениях. Не так ли, господин рыцарь?

–Истинно, так, Ваша Светлость!
– С уважением посмотрев на лэра подтвердил его слова Готриб и сделав суровое лицо посмотрел на красного как рак трактирщика.

–А они… они… хуманы драгоценности моей жены покрали!
– Вдруг привстав на коляске закричал трактирщик.
– Вот, она!
– Показал он пальцем на Миру.

–Как вы смеете?! Чтобы моя дочь?
– Вскочил и схватился рукой за сердце Ярош.

–Подождите, Кринке! Это серьезное обвинение.
– Покачал головой лэр.

–Я ничего не брала!
– Слезы брызнули из глаз девушки.

–Я официальное лицо и могу задержать этих людей для дальнейшего разбирательства.
– Подал голос Альбрехт.

–С какого перепугу вы будете задерживать моих людей? И какое вы лицо тут, на землях империи? Вы не у себя в автономии Альбрехт, не забывайтесь! Пойдемте разберемся, господа.
– Позвал Клим барона с рыцарем и направился к возу где находился Янош Кринке с дочерью.

–Такого просто не может быть, я никогда ничего не крала, господин барон.
– Утирая слезы сказала девушка Эр-Ризу.

–Хорошо, рува, у вас есть с собой какие-нибудь драгоценности?

–Есть, драгоценности моей маменьки.
– Кивнула девушка и вынула из баула с вещами маленькую шкатулочку.
– Вот!

На расстеленный платок выпали, золотые серьги с изумрудами и бусы из янтаря.

–Хм… серьги довольно дороги.
– Оценил их на глаз лэр.
– Точно ваши?

–Что вы, Ваша Светлость, я готов поклясться. Серьги моей покойной жены. Мы жили довольно зажиточно, вот и прикупил подарок ей на рождение дочки. Не продавали даже в самые тяжелые времена. Хотел, чтобы Мира в них на свадебке станцевала.
– Зачастил Кринке.