Прихвостень
Шрифт:
Пейзаж вокруг нас так и не менялся, зато на горизонте появились каменные стены.
– Почти на месте, – Гамаюн подлетела ко мне и сложила крылья, теперь она неловко шла по песку неприспособленными и совсем не привыкшими к этому птичьими лапками.
– Спасибо, – кивнул я ей.
– Справитесь дальше сами? – спросила она, едва поспевая за нашей скоростью.
– Думаю, да, – и вновь я склонил голову. – Как тебе на новом месте?
– Думаю, я тоже справлюсь, – она резко вскинула крылья, подняв столп песка, и взлетела.
Я закашлялся и посмотрел на своих спутников. И Агния, и все пять детей брели медленно, не справляясь с жарой палящего солнца.
– Немного осталось, – попытался подбодрить их я.
– Насколько немного? – спросила самая смелая.
– Нам вон в тот город, – я указал на приближающийся с каждой минутой нашего пути город с каменными стенами.
Все-таки удивительные дети – почти никаких недовольств. Судя по их виду… Возможно, сироты? Хотя, один из них, кажется, звал маму. Впрочем, не имея никакого желания лишний раз давать повод для слез, я не стал спрашивать у них про родителей.
Когда мы приблизились к городу, то уже смогли разглядеть, что являемся не единственными путниками, стремящимися за ворота. Но, насколько я понял, стражи в белых одеждах у ворот пропускают не всех.
Все пешие, одетые совершенно по–разному, каждый проходящий что–то предъявлял при входе. Разглядеть, что именно, мне не удалось. Единственное, что было понятно – у нас такого «пропуска» нет. А, чтобы смешаться с толпой, людей было не настолько много.
Я остановился, посмотрел на детишек, на Агнию, замерившую немного поодаль. Похоже, и она поняла – так просто нам в город не пробраться. Мне же хотелось сказать что–то типа «А я же тебе говорил!», но что уж теперь.
– Бросайте детей, – посоветовал мне Хозяин, но я ничего ему не ответил.
– Идите за мной и молчите, – обратился я к ним. – Что бы я не сказал. Даже если это покажется вам смешным или глупым, – я дождался, пока они все кивнут, и направился к стражникам в довольно легкой одежде.
Я жестом попросил спутников остановиться, и они столпились за моей спиной, а сам вроде как попытался пройти внутрь. Конечно, невысокий и коренастый страж преградил мне путь, доставая из ножен на поясе какое–то оружие, похожее на саблю, второй стражник только нахмурился.
Провернуть тот же трюк, что и в моем родном мире, я не мог – мы были не в моем мире, а потому как–либо узнать больше я с помощью души этого человека не мог.
– Монету! – гаркнул стражник, и я как бы растерянно оглянулся.
– Я не за этим иду в город, – ответил я, хотя и не представлял, зачем сюда идут люди с монетой.
– Все обязаны предъявить монету дружественного города, иначе не пропустим за ворота, – ответил мне он.
– Ненадежная система, – усмехнулся я, – монету ведь можно и украсть.
– Нельзя, – отрезал он, – все монеты изготавливаются с помощью магии крови и при краже меняют цвет.
– Ладно, – улыбнулся я. – Дело тут в том, что я пришел к вашим магам.
– Монету! – повторил стражник.
– Я пришел не из этого мира, у меня нет монет, – продолжал я. – Позовите вашего мага!
– Зачем? – стражники переглянулись.
– Потому что я пришел к магам. Или отведите меня к одному из них!
– Да знаешь, сколько таких, как ты, здесь бродит! – вступил в диалог второй стражник, он был явно крупнее первого. – Пошел вон!
– Сколько? – не сдавался я. – Сколько бессмертных людей из других миров здесь бродит? – и улыбнулся.
– Бессмертный, значит? – второй стражник тоже улыбнулся. – А если я тебе шею сверну? – он, все также продолжая улыбаться, стал наступать на меня. Похоже, ожидая, что я побегу, но я не двигался.
– Да не трогай умалишенного, – вступился за меня первый стражник, в его руке все еще была сабля. – Иди отсюда лучше, – обратился он ко мне.
– Пустыня не располагает к долгим прогулкам, – ответил ему я, все также не уходя.
– Так ты же бессмертный! – заржал второй.
– Я–то да, а вот мои жена и детишки нет, – я указал на стоящих немного поодаль, и первый стражник, похоже, сжалился.
– Давай им хоть воды дадим в дорогу? – обратился ко второму он.
– Сюда–то как–то добрались, – но второй все еще был непреклонен.
Я посмотрел на первого стражника, на обнаженную саблю в его руках. Черт!
– Эй! – окликнул я первого и, когда он обернулся ко мне, буквально насадился на его саблю.
Я почти не чувствовал боли, где–то вскрикнула Агния, что–то ругательное пробормотал первый стражник, заржал второй.
Я упал, сначала на колени, а потом и повалился лицом в горячий песок прямо у ворот. Все смешалось, в глазах потемнело.
– Алатырь! – руки Агнии касаются меня, переворачивают на спину. – Смотрите! Смотрите! – она кричит стражникам, и те подходят ближе, бросая на меня тень.
И снова картинка появилась перед глазами – теперь я не только чувствовал и слышал, я видел Агнию и стражей, и столпившихся детей.
– Живой! – открыл рот первый стражник.
– Живой, – ответил ему я и, немного приподнял свою черную футболку.
– Не раненый, – протянул второй стражник, оглядывая мою теперь рваную и в пятнах крови футболку и при этом отсутствие какой–либо раны на теле.
– Я пришел к магам, – настойчиво повторил я, поднимаясь на ноги. – Падай в обморок, – сказал Агнии на ее языке.
– Сейчас? – спросила она.
– Да, – и снова я смотрел на стражников. – Вы проводите меня? – спросил я у них.
Они переглянулись, и в этот момент со стоном, имеющим цель привлечь внимание, рядом со мной стала падать Агния. Я ее подхватил и поднял на руки.
– Моя жена больна, мы проделали долгий путь… – начал протяжно объяснять я, и первый все–таки сдался.
– Я провожу вас, – сказал он и убрал саблю, все еще заляпанную моей кровью.
– Нет, – да чтоб тебя! Второй стражник снова преградил нам путь. – Я сам позову мага, пусть ждут здесь, – он смерил меня недобрым взглядом и, не дожидаясь согласия первого, ушел за ворота.
– Хотите пить? – спросил нас тем временем первый.
– Да, если вам не сложно, – учтиво ответил я.
Он заглянул куда–то за ворота, и к нам вышел третий, совсем еще молодой, парень выслушал просьбу первого стражника, и снова убежал. А спустя еще несколько минут вернулся с большой деревянной чашей, до краев наполненной водой.